Проект «Геката» (СИ)

— Странные они тут, — сказал он Хольгеру, поджидающему его в коридоре. — Нормальный же был вопрос.
— Не слышал, но верю, — серьёзно ответил химик. — Поехали. Сегодня нам к Исгельту.
— Уверен? — слегка удивился Гедимин. Хольгер вместо ответа щёлкнул пальцем по прикрытому экрану передатчика.
— Он с утра заедет в «Гекату», перехватим его у пакгауза.
В безвоздушном пространстве пакгаузов звуки не распространялись — только пол едва заметно вибрировал, когда мимо проезжал массивный тягач. На состав из десятка вагонов, занявший всю платформу, грузили непрозрачные контейнеры — судя по маркировкам, рудные концентраты, металлолом и битум (в иссиня-чёрных бочках с пометками «огнеопасно»). Гедимин покосился на знакомые ворота — хранилище ирренциевой руды было закрыто.
— Исгельт, мы на платформе, — сказал в коммутатор Хольгер. — Да, вижу. Сейчас подойдём.
Очередной прицеп тронулся с места, и Гедимин увидел Исгельта — тот стоял в кольце охраны у закрывающегося пакгауза.
— Странное место для выдачи рабочей информации, — заметил Хольгер, подойдя к нему. — Почему не в лаборатории?
— Пока никто не знает, какую лабораторию вам дать, — отозвался Исгельт, внимательно посмотрев на Гедимина. — Ты в порядке? Эа-клеток не обнаружено?
— Я не мутант, — сердито буркнул тот. — Зачем звал?
— Хотел предложить одну работу, — Исгельт понизил голос. — Гельмер сомневается, что это возможно — а я бы попробовал. Одна из аварий у тебя случилась из-за непредвиденного прожига и выброса вещества из портала?
Гедимин кивнул, недовольно щурясь, — он не любил вспоминать свои аварии, тем более — такие нелепые.
— Ты мог бы воспроизвести этот эффект преднамеренно? — спросил Исгельт. Гедимин мигнул.
— Специально взорвать реактор? Но на кой?!
— Не-не, — поспешно махнул рукой бывший адмирал. — Реактор должен выжить. Я хочу использовать его как сверхмощный прожигатель.
Он замолчал, внимательно глядя на сарматов. Они переглянулись. Гедимин подумал, что в последнее время он слышит много странного, — но это, пожалуй, даже для него слишком.
— Сделать из реактора прожигатель? Ты в себе? — хмуро спросил он. Хольгер ткнул его кулаком в бок; гудения брони Гедимин не услышал, но слабую вибрацию почувствовал и удивлённо мигнул.
— Не торопись, — сказал Исгельт. — Хорошо подумай. Реактор является сверхмощным излучателем, так? Он — неотъемлемая часть любого большого корабля. Если ты сумеешь сфокусировать это излучение за пределами корпуса по ходу крейсера, он сможет уйти в портал в любой момент. И выйти обратно в Солнечную Систему, когда это понадобится. Подумай и скажи, какое оборудование и какие материалы тебе будут нужны. Я намерен построить этот прожигатель, и хорошо, если этим займётся специалист.
Хольгер снова ткнул Гедимина в бок и перевёл взгляд на Исгельта.
— Тут есть одна сложность, — задумчиво сказал он. — Одна, но размером с тот самый крейсер. Можно сфокусировать излучение краевых сборок в одной точке, можно скрестить два таких пучка и прожечь портал. Проблема с введением параметров. Излучение должно пульсировать. А как это сделать на работающем реакторе, не повредив его?
— Проблема с созданием пульсации? — переспросил Исгельт. — А я слышал, что наоборот — проблема с её ликвидацией, а излучение пульсирует по самой своей природе.
— Я потерял реактор из-за этой пульсации, — недобро сощурился Гедимин. — Еле её погасил. А ты думаешь, это так просто — снова её вызвать…
— Я? Я не специалист в этой области, Гедимин, — отозвался Исгельт. — Я думаю только, что ты сумеешь её обуздать и правильно использовать.
Сармат беспомощно посмотрел на Хольгера, ожидая поддержки, но химик, о чём-то задумавшись, не обратил на него внимания.
— Можно попробовать, — заключил он наконец, протянув Исгельту руку. — Но это будет непросто.
— Вы оба берётесь за работу? — уточнил тот, переводя взгляд на Гедимина. Тот, покосившись на Хольгера, нехотя кивнул.
— Чью лабораторию вам дать? — деловито спросил Исгельт. — Никэс и Гельмер готовы…
 
Хольгер приподнял ладонь, призывая к молчанию. Он смотрел на Гедимина и выжидал. Тот, на секунду стиснув зубы, нехотя заговорил. «Мы уже влезли,» — напомнил он себе. «Не бросать же Хольгера одного. Хотя мне всё это не нравится. Дурацкая идея.»
— Будут взрывы, — угрюмо сказал он. — Нельзя ставить реактор на базе. Нужно вынести его на поверхность. Так будет меньше последствий.
— Вот оно что, — ненадолго задумался Исгельт. — Всё сложнее, чем мне казалось. Вынести на поверхность… Реактор из лаборатории Гедимина годится для таких опытов?
Ремонтник кивнул.
— Нужна будет кислородная станция, — сказал он. — И экраны для реактора. Иначе заметят.
— Действуй, — сказал Исгельт, слегка толкнув его в грудь; такие знаки одобрения были Гедимину в новинку, и он удивлённо мигнул. — Сегодня разберёшь реактор. Завтра я найду вам кислородную станцию. Работать будете на поверхности, в кратере Кей. Других сарматов оттуда уберём. У вас будет два купола — кислородный для жилья и экранирующий для реактора. Ещё помощь нужна? Лаборанты, дополнительная охрана?
Гедимин поморщился.
— Этих забери, — он кивнул на Стивена и его бойцов. Хольгер укоризненно покосился на него и постучал по его броне.
— Я думал, ты с ними поладил…
— Не могу, приказ Маркуса, — отозвался Исгельт. — Ладно, работайте вдвоём. Надеюсь, у вас получится. Эти ваши порталы… Как они пригодились бы нам на Марсе!
06 июня 37 года. Луна, кратер Драйден, научно-исследовательская база «Геката» — Луна, кратер Кей, малый полигон
Вагон летел быстро, только изредка притормаживая у подъёмников, — транспортный туннель был свободен, все, кто хотел по нему проехать, давно это сделали. «Лаборатория в кратере. Глайдер ждёт. Действуйте,» — короткое сообщение от Исгельта Марци пришло только в седьмом часу утра, и Гедимин, при всей своей встревоженности, даже ему обрадовался. Теперь он сидел на контейнере с ирренцием, прикрепив к предплечью открытый ежедневник, и показывал Хольгеру недавний набросок.
— Слез бы ты с контейнера, — покачал головой Хольгер, но интерес к чертежу пересилил страх — и он осторожно устроился рядом. — Это краевые сборки. Здесь роторы, а здесь свободное место. Управляющую колонну сделать подвижной, сюда поставить систему линз… Где лучи сойдутся?
Гедимин поставил жирную точку далеко в стороне от реактора — условно «впереди», перед носом гипотетического крейсера.
— Ага, — кивнул Хольгер. — Хорошо… Не слишком далеко?
— Крейсер же движется, — напомнил Гедимин. — Как раз долетит.
— Движется… — покачал головой химик. — Как представлю себе манёвры реактором в полёте…
— Ты сам меня в это втащил, — отозвался ремонтник. — Что-то же ты при этом думал… А кстати — как вообще мы будем пульсировать реактором?
Вагон едва заметно дрогнул и замедлил ход — до выхода на полигон оставались считанные десятки метров. Хольгер встал с контейнера и подошёл к закрытому люку.
— Надо бы убавить охрану, — вполголоса сказал он, переключив коммутатор. — Кислорода не напасёшься.
…Глайдер ждал их у пирса — маленький, но тяжёлый из-за экранирующей обшивки. В него погрузили ирренций. На борт поднялись четверо — Гедимин, Хольгер и двое охранников: со стороны Гедимина — Васко Марци, со стороны Хольгера — Шемсин Тарс. Остальные с передатчиками наготове отправились в наблюдательный бункер — «там кислорода больше», как сказал, отключив коммутатор от общей связи, Хольгер. Гедимин облегчённо вздохнул — уследить, чтобы головы и руки не оторвало двоим охранникам, было проще.
У экранированного фургона не было ни одного иллюминатора; о прибытии на месте сармат узнал, когда транспорт плавно нырнул, дрогнул и, проскользив немного, остановился. Гермолюк зашипел, приоткрываясь.
— Кратер Кей. Высаживаемся, — Хольгер, жестом послав вперёд пару охранников, подошёл к люку. Гедимин выходил последним, придерживая на плече контейнер с ирренцием.