Плененный тьмой (ЛП)
- Вы уверены, что это был Damanica? - потребовала горгулья, и его французский акцент усилился.
- Без сомнения. - Джульетта пожала плечами. - Джастин в настоящее время предпринимает попытки соблазнить древесных эльфов выйти из укрытия, к нему.
Леве снова засмеялся.
- Жалок. Чёрт возьми. Это провал, провал, провал…
- Леве, - Джульетта поспешно перебила.
- Ах, простите, ma belle [3]. - Чувствительная горгулья мгновенно раскаялся.
- Я забыл, какой ты нежный цветочек.
- Нежный цветок? - Джульетта фыркнула. - Вряд ли. Я вор и лжец, и продаю свои услуги, чтобы сохранить крышу над головой. Как многие утверждают, я ничем не лучше обычной шлюхи.
- Нет, не говорите таких ужасных вещей. Мы все делаем то, что должны, чтобы выжить.
Джульетта вздохнула. Ей было тяжело, когда она вспомнила, что пришлось сделать, чтобы выжить.
- Да, я полагаю, это правда.
Леве склонил голову набок, прищурено глядя на нее.
- Есть нечто, что беспокоит вас, ma belle.
Девушка повернула голову к окну, не для того, чтобы полюбоваться видом Гайд-парка, дремлющего под серебряным лунным светом, а для того, чтобы скрыть виноватое выражение лица.
- Ничего больше, только скука.
- Скука? Но несколько дней назад ты говорила мне, что рада, что сезон наконец-то начался.
Конечно, она была в восторге. Она говорила себе, что беспокойная неудовлетворенность, которая мучила ее на протяжении долгих зимних месяцев, будет вылечена возвращением к обществу, в город. И только когда Виктор зашел в бальный зал лорда Тредвелла, она поняла, что ее недовольство не имело ничего общего с отсутствием общества, оно было связано с умопомрачительно красивым демоном. Это понимание раздражало. И это то, чем она не намерена делиться.
- Я надеялась, что возвращение в общество, будет развлечением, - сказала она. - Глупо, конечно. Это те же самые нудные балы, с теми же утомительными гостями и сплетнями.
- Но ты обожаешь сплетни, не так ли?
- Только когда мне интересно, - Джульетта повернулась к спутнику, ее пальцы терзали атласную ленту, продетую через лиф ее персикового муслинового платья.
- До сих пор я не слышала ничего более захватывающего, чем то, что из Лондона, по-тихому была убрана дочь лорда Мэйвуда после того, как она попыталась сбежать с явным охотником за приданым, и что было странно, в безоблачную ночь сверкали молнии. Одна молния сожгла склад возле доков.
Хвост Левета напрягся.
- Молнии, говоришь? В доках?
- И почему ты заинтересовался странными вспышками молний?
Улыбка коснулась уродливого серого лица.
- Гнезда эльфов часто притягивают молнии. Возможно, они поселились на берегу Темзы.
- У тебя привязанность к эльфам?
Горгулья прикоснулся пальцами к губам.
- Ну конечно. Женщины очень хотят, и обладают поразительной способностью радовать горгулий.
Джульетта резко поднялась, странная боль сжала ее сердце.
- Ради Бога, все мужчины так предсказуемы?
Леве поднял руки в знаке капитуляции.
- Да.
- Это вызывает жалость.
- Ma belle, пожалуйста, расскажи, что расстроило тебя. Я знаю, что это не может быть отсутствие забавных скандалов.
Леве проковылял ближе, его серые глаза были полны беспокойства.
- Джульетт?
Она сделала глубокий вдох, зная, что крошечное существо не оставит ее в покое, пока она не признается.
- Маркиз ДеРоза вернулся в Лондон.
- Каменные шары моего отца.
Крылья Леве захлопали от волнения, поднимая пыль, летающую по воздуху.
- Ну, нет нужды спрашивать, зачем он здесь. Хладнокровная сволочь не будет удовлетворен, пока он не сделает вас, одной из его подхалимов. Это было именно то, чего Джульетта опасалась. И почему она так упорно боролась против острого осознания его чувственности.
- Скорее ад замерзнет, - пробормотала она.
Леве подошел к ней, схватив ее за руку, явное беспокойство было в его взгляде.
- Будь осторожна, ma belle. Он опаснее, чем ты можешь себе представить.
- Что прикажешь мне делать? Я попросила Джастина уехать из Англии, но он слишком занят переговорами с Яйнтом, чтобы покинуть Лондон. Я думаю, что смогу уехать самостоятельно, но...
- Non [4], Джульетта, - голос Левета был испуган. - При всех недостатках Хоторна, а они разнообразны и многочисленны, он действительно обеспечивает некоторую защиту от тех существ, которые будут делать все, что необходимо, чтобы получить тебя и твои силы.
Она расхаживала в тесном пространстве, которое было освобождено горгульей, не в первый раз обижаясь на то, что так зависима от мага. Если только…
Джульетта резко подавила бесполезную тоску. Ее родители мертвы. Ничто не могло изменить суровой реальности.
- Я не совсем беспомощная, - сказала она сквозь зубы.
- Не беспомощная, но ты никогда не будешь достаточно безжалостной, чтобы выжить в одиночку в мире демонов.
Она проигнорировала горькую правду его слов.
- Возможно, Яйнт примет Damanica как надлежащий жест примирения и предложит Джастину травы, которые ему нужны. У него не будет больше причин задерживаться в Лондоне, после того, как получит зелье.
- Я не был бы так уверен.
Джульетта остановилась, взглянув недоуменно на горгулью.
- Что ты имеешь в виду?
- Ходят слухи, что Хоторн, наконец, убедил мадам Андреас стать его любовницей.
Джульетта фыркнула.
- Если ты хотел шокировать меня, Леве, то ты промахнулся. У Джастина всегда была одна или другая любовница. Он с легкостью найдет другую в Вест-Индии или Египте, или Америке.
- Мадам Андреас это не просто очередная любовница, Джульетта, она считается самой красивой женщиной в Лондоне, - исправил Леве. - Даже ДеРоза был замечен, пытаясь получить ее благосклонность.
Острая, дикая боль кольнула ее сердце при одной только мысли о Викторе, обольщающим золотовласую, голубоглазую, сладострастную красотку. И она была совершенно абсурдной. С момента, как она приехала в Лондон она слышала шепот многочисленных любовниц маркиза ДеРоза, и видела своими глазами, как женщины смотрели на него. Кроме того, общеизвестно среди мира демонов, что вампиры сексуально ненасытны. Пока они не связаны, для них нет ничего необычного в том, чтобы иметь десяток или более любовниц.
Чертов Виктор! Его место в аду.
- Он? Ну, я надеюсь...
- Oui? [5]
- Я надеюсь, что он задушит ее, - отрезала Джульетта.
Шероховатый лоб Леве нахмурился, когда он посмотрел на нее с внезапной тревогой.
- Я что-то приблизел? (middle – ближе, Muddle.- путать)
- Приблизел? - Ей потребовалось мгновение, чтобы осознать, что горгулья сказал. - Напутал. Напутал что-то.
Он пренебрежительно пожал плечами.
- Приблизел, напутал. Я сказал что-то не так?
- Нисколько. - Джульетта почувствовала, как ее хрупкое самообладание начинало давать сбой. - Если ты извинишь меня, я пойду отдыхать.
- Тебе нехорошо?
- Я, кажется, страдаю от боли, в шее.
Не дав Леве времени, чтобы остановить ее, девушка покинула чердак, следуя прямым маршрутом через освещенные свечами коридоры в личные покои.
Обычно, она чувствовала спокойствие, входя в гостиную, оформленную в оттенках синего и цвета слоновой кости, с твердой английской мебелью, которая была чрезвычайно удобной. И самое очаровательное из всего: высокие, арочные окна, которые выходили на булыжную мостовую. Она обожала проводить утро, попивая шоколад, сидя на мягкой подушечке у окна, наблюдая, как соседи занимаются своими делами.
Сегодня, однако, она прошла прямо в смежную комнату, готовясь ко сну. Она могла позвонить горничной, конечно. У Джастина был полный штат прислуги, все демоны, смешанной крови, так что Джульетт не нужно было притворяться человеком. Но она была не в настроении терпеть любопытный взгляд и бессмысленный треп ее служанки.