Люди и боги (СИ)

— Совершенно верно, ваше величество.
— Мне понадобится крепкая сила, чтобы удержать столицу. Генерал Алексис лоялен к Леди-во-Тьме, его стоит заменить… Расширить ряды лазурной гвардии… Призвать наемников…
— Вы также можете воспользоваться внешними союзниками. Не все лорды любят Ориджина.
— Морис Лабелин — я уже назначила ему встречу. И еще… нужен союз с шаванами! У меня с ними общий враг. К тому же, шаваны любят деньги. Из них можно набрать отменное войско!
— Очень мудро, ваше величество. Остался вопрос — как быть с Ориджином? Вы пошлете асассина?
— Я слышала кое-что о гильдиях асассинов… Насколько знаю, не в их правилах связываться с Великими Домами. Но если найти опытного убийцу-одиночку…
Мире перехватило дух, когда она поняла, что знает такого убийцу. Неужели все настолько просто?..
— С другой стороны, — отметила Бекка, — асассин опасен для вас. Его могут схватить и допросить. Узнав, что вы заказали убийство герцога, северяне захотят отомстить. Видите, какой шум сейчас поднялся из-за Ионы — а это всего лишь инфанта…
Лишь теперь Мира поняла, что слышит сарказм в словах Ребекки.
— Миледи, что вы имеете в виду?
— Есть более надежный способ, ваше величество. Свяжитесь с Шейландом и сообщите, где и когда будет Ориджин. Пускай носители Перстов атакуют и убьют его. Никто вас не заподозрит.
— Сговориться… с Шейландом?! — Мире сдавило горло. — Вы шутите, миледи!
Южанка издала сухой, деланный смешок:
— О, нет, лишь продолжаю шутку вашего величества. Знаете, как можно разыграть приятеля? Вешаешь седло на забор и говоришь: «Садись на коня». Приятель: «Какой конь?» А вы: «Да вот же!» Вчера на заседании Палаты вы отреклись от короны, леди Минерва. Неужели я одна вижу, что этого коня больше нет?
Гнев нахлынул так внезапно, что в глазах покраснело:
— Я отреклась в пользу Адриана, законного владыки!
— Вы отреклись, миледи! А теперь вы готовы интриговать и нанимать убийц, чтобы вернуть престол? Я надеюсь… я, тьма сожри, всей душой верю, что это шутка! Я жду того мига, когда вы засмеетесь!
— Проклятый Ориджин обхитрил всю Палату! Он разыграл спектакль, чтобы вынудить меня отречься, а самому занять трон!
— Проклятый Ориджин идет на войну против двух человек, каждый из которых унизил вас и бросил в темницу. И вы собираетесь ударить Ориджину в спину? Ха, ваше величество. Ха-ха-ха. Благодарю за потеху!
Минерва поднялась:
— Не смею больше задерживать вас, леди Литленд.
Ребекка отвесила низкий поклон:
— Если ваше величество желает послать за мной шпиона, то может не трудиться. До поздней ночи я буду в кабаке, затем пойду спать.
Когда Бекка вышла, повисло долгое гнетущее молчание.
Наконец, Мира спросила:
— Вы согласны с нею?
— Никак нет! — рубанул Шаттэрхенд.
— Трон ваш по праву, — поклонилась Лейла. — Я согласна только в малом: не стоит марать руки убийством. Есть лучшие способы разделаться с Ориджином.
— Назовете их?
— Пока нет, ваше величество. Но к счастью, у нас есть время подумать. Сначала Ориджин должен разбить Кукловода. Враг без Перстов все же лучше врага с Перстами.
— С этим я согласна… — протянула Мира. — А вы что скажете, лейтенант?
— Найти союзников — хорошая идея. Нужно провести переговоры и с Лабелином, и с шаванами. Расширить ряды лазурной гвардии. Изыскать способ заменить Серебряного Лиса. Но для начала, я предлагаю выждать пару дней.
— Зачем?
— Армии Ориджина готовятся к походу. Вероятно, завтра они покинут столицу. Тогда у нас будет больше свободы действий.
— Разумно… Что с Уитмором и Бэкфилдом?
— Бэкфилд пока не найден. Уитмор доложил, что завтра прибудет в столицу.
— Пошлите ему еще одну волну. Я хочу, чтобы Уитмор привез наше секретное оружие.
  
Монета-1
 
29 мая 1775 г. от Сошествия
Обитель-у-Бездны
Император, значит!
Владыка, значит, Адриан. Жив-живехонек!
Что же получается? Сразу и умом-то не окинешь. Боги, вот так дела!
 
Стало быть, я, Хармон Паула Роджер, оказал личную услугу его величеству! Помог ему пробраться в стан врагов и одолеть их. А главное — познакомил его с наукой воздухоплавания, открыл глаза на чудо техники — небесный корабль! Если верить слухам, при дворе Адриана люди и за меньшие заслуги взлетали до вершин. Говорят, простецкий сапожник стал у него главою тайной стражи. А я-то положением повыше сапожника буду! И небесный корабль есть только у меня!
Но не слишком ли ты спешишь, Хармон Паула? За последний год судьба тебя столько раз пинала, что пора бы научиться: прежде, чем слюни пускать, сначала просчитай все преграды. Обдумай, что может тебе помешать, и не надейся понапрасну.
Вот, например. Может, это не владыка вовсе? Ты ж не признал его в Охотнике, хотя и видел портреты. И шаваны не признали… Зато барон с дочкой герцога только увидели — сразу хлоп на колени! Им-то, благородным, виднее! А что мы с шаванами обознались — это ничего не значит. Мы только портреты видели, а он — живой, и побритый иначе, без бородки, и одетый по-простому… Словом, он это, собственной августейшей персоной! И я, Хармон, с ним теперь на короткой ноге! То бишь, не так чтобы совсем, но общаемся по-доброму, он за три дня ни разу мне не угрожал, денег дал, из шара не выкинул, когда в том была потребность. Могу считать, что место при дворе мне обеспечено! Но какое именно?
Нет, Хармон Паула, ты все-таки погоди с мечтами. Пускай это Адриан, но он же сейчас не император. В столице засели северяне с Минервой во главе. Отдаст ли она ему престол? Что-то не припомню такого человека, кто бы по своей воле снял корону со своей головы и переложил на чужую!
Э, оно-то да, но тут случай особый. Разве не Минерву владыка Адриан назвал своей невестой? И разве не она в прошлом году аж из корсета выпрыгивала, лишь бы владыке понравиться? А значит, для них двоих, да и для всего государства лучшим выходом будет свадьба. Поженятся премиленько, обнимутся и сядут вместе на трон, как пара голубков! Так можно и новой войны избежать, и наследника по-быстрому заделать. Такой удачный вариант, что его никак упустить нельзя! И, значит, когда они сыграют свадьбу, дойдет время до придворных назначений. Слыхал я давеча такое, будто бы прошлый министр финансов стащил кусок казны и сбежал. Подбросить бы августейшей чете одну идею — на счет, значит, нового назначения. Дескать, Хармон Паула…
Стой, друг, снова ты спешишь! Скачешь так, будто тебя змея ниже спины ужалила! А герцог Ориджин — про него ты забыл? Он давеча поднял мятеж против владыки, и не только поднял, а и довел до победы! И с Ориджином заодно шаваны были. Даже если Адриан с Минервой полюбятся, одолеют ли всю эту ораву?!
Конечно, одолеют! Ведь Адриан хитер — недаром же он водит шашни с шаванами! Это он так исподволь союзниками обзаводится. Как дойдет до войны, раз — а лошадники уже за владыку, не за герцога! Потом, все разговоры о Предметах, Перстах Вильгельма — просто так они, что ли? Нет уж! Адриан пришел сюда и захватил этот странный монастырь с одною целью: выведать тайну Перстов! По всему видно: эти монахи — такие же самые, как и те, которые меня в Южном Пути умыкнули. Они-то знают толк в Предметах, вот Адриан все и выжмет из них. На сей раз владыка пойдет воевать не сам, а с шаванами и Перстами Вильгельма! Никак Ориджину не устоять! Но, по правде, я надеюсь, что до войны не дойдет, а Ориджин просто оценит шансы и уберется на Север. Довольно уже воевать, пора созидательными делами заняться. Например, поднять экономику Империи. Для этого нужен надежный министр финансов, а я, Хармон Паула, уже зарекомендовал себя с лучшей стороны: принес Светлую Сферу и отдал владыке. Точнее, вез, чтобы отдать владычице, — почти то же самое. Значит, моя честность — кристальна, как ручей. И в финансах я знаю толк получше всяческих лордов. Сколько монет я имел в кармане, когда начал дело? Правильно: одну елену. А теперь — две тысячи эфесов в векселях, да поместье, да права на строительство небесного флота. За двадцать лет я свое состояние умножил в двадцать тысяч раз! Так и скажу его величеству! Пойду сейчас и…