Экстрим не предлагать! (СИ)
— Наличие камер можно проверить завтра утром.
— Глупость! — добавил Павел.
— А у тебя есть версия получше?
Великопольский обиженно отвернулся.
— То-то же.
Остальные только наблюдали за их перепалкой, но были согласны со Стревой: «что — то здесь не так…»
Что не так, и в чем был подвох со стороны Сандерс понять пока не получалось, но в том, что он есть никто не сомневался. Однако разбираться с этим сейчас уже не было сил, потому потихоньку все утихомирились и начали укладываться спать, кто на чём придумал.
Дарья не спешила уходить от костра, она сидела и задумчиво смотрела на отблески пламени и, Ростиславу казалось, что нет её прекраснее. Он выбрал себе место немного в стороне от всех и свет от костра не доставал до него, а остальных, напротив, было хорошо видно, и он мог незамеченным любоваться ею. Как же она хороша в отблесках костра! И он замечтался: «все вокруг исчезли, остались только они вдвоём на необитаемом острове…»
Неожиданно его мечты прервал Великопольский:
— Ну и денёк сегодня! — выдал он. — Стресс на стрессе.
— Да! — ответила за всех Дарья.
— Надо это исправлять.
— Ты на что намекаешь? — спросила она, не отрывая взгляда от костра.
— Может, снимем стресс? Есть чем, — улыбнулся Павел.
Дарья подняла глаза, улыбнулась ему в ответ и, перевела вопросительный взгляд на Станиславовича.
— А что, хорошая идея! — оживился тот. — Нам сегодня положено. По чуть-чуть, а? Дарья?
— Я — «за»!
— Фима? — Ершов переводил взгляд с одного на другого, сколачивая компанию.
— Не, я спать! — ответил Ефим, выпивка плохо на нём сказывалась, а в таком тесном «сотрудничестве» он ещё больше боялся опростоволоситься.
— Не узнаю нашего великолепного ведущего! Перед камерой вы так хороши, а тут за спину жены прячетесь! — Великопольский злорадствовал. — Вы как будто с Дарьей поменялись ролями, — он расплылся в ехидной улыбке.
— Поменялись, Великополя, поменялись! Утихомирься уже! — неожиданно зло и смело ответил Фима и быстро ушёл спать, чтобы не нарываться.
Он был человеком нежной внутренней конструкции, и удерживался в шоу исключительно благодаря Дарье Андееевне. Она была для него всем. И щитом от яхидных уколов колег тоже.
Великопольский ошарашено уставился на него, не ожидая такого отпора от неженки.
Дарья тоже удивлённо посмотрела ему вслед, обернулась к Павлу и показала ему комбинацию из среднего пальца. Никто не заметил, лишь Ростислав, издали наблюдавший эту сцену, улыбнулся в темноте.
— Ростислав, составишь компанию? — продолжал Станиславович.
— Да, пожалуй! — он внимательно взглянул на Дашу, словно изучая её реакцию, и подсел к костру.
К «снятию стрессов» присоединился ещё Артур, дамы дружно отказались, а студент после пережитого уже мирно храпел и его решили не будить.
— Вот и замечательно, — подытожил Станиславович, и обратился к Вале:
— Валочка, выдай-ка нам бутылочку виски.
Валя молча вынула и подала бутылку Ершову, при этом грозно взглянув на своего приятеля.
— Ну-ну, Валя, сегодня можно, мы по чуть-чуть, — заметив её взгляд, поддержал Берёзу директор.
Вале не осталось ничего иного как отправиться спать. У костра остались Дарья, Ростислав, Великопольский и Артур. Возглавлял эту честную компанию Станиславович.
Виски разлили в железные кружки, громко чокнулись.
— За нас! — провозгласил Станиславович.
Дружно выпили, в желудках от виски потеплело, по телам разлилось блаженное чувство радости, были забыты все ссоры и споры, Экстремальцы расслабились, заговорили о пережитых треволнениях.
За первой последовала вторая, потом третья, незаметно бутылка опустела и Станиславович сходил за другой. Опьянели быстро, сказался трудный день. Великопольский что-то усердно втирал Берёзе.
Ершов обнял Дарью и Ростислава, и уже раз в десятый повторял, как он счастлив, что у них такой дружный сплоченный коллектив и такие ценные кадры.
— Дарья Андреевна, выпьем за тебя!
— Платон Станиславович, давайте за нас.
— Нееет, за тебя, — изрядно подобревший Станиславович не отступал. — Что бы мы без тебя делали?! Правда, Ростислав?
Ростислав молча кивнул в ответ.
— Шоу бы делали, — ответила просто Дарья.
Она была всегда уверена, что незаменимых людей не бывает.
— Шоу…, это было бы не то шоу, — и Ершов ударился в рассуждения, в конце которых подытожил: — Ты не представляешь, что ты для нас сделала!
— Да, ладно вам! — печально улыбнувшись, сказала та.
— Согласен с Платоном Станиславовичем. Ты изменила шоу, ты изменила нас всех! — Ростислав нежно взглянул на неё, говоря взглядом больше, чем словами.
Дарья подняла на него глаза и непозволительно долго они молча смотрели друг на друга. Даже Ершов почувствовал неоднозначность ситуации. Он нарочито громко кашлянул, возвращая их к действительности.
— Да! Ты даже Фиму изменила до неузнаваемости, — Станиславович удивлённо крякнул. — Никогда бы не поверил, скажи мне кто-то ещё год назад, что он женится и станет примерным семьянином?!
Дарья с Ростиславом многозначительно переглянулись, а Ершов продолжал:
— Ты — удивительная женщина!!! — он серьёзно посмотрел на неё, потом неожиданно ухмыльнулся. — Что ты с ним сделала?
— Да, ничего не делала. Это он сам! — отмахнулась она.
— Как сам? — икнув, не понял Ершов. Он видел, что Фима в её руках превратился в первокласнного ведущего и любимца публики, потому ответ девушки сбил с толку.
— Не знаю! — она грустно смотрела на виски в своей кружке, уже тоже изрядно опьянев.
Думали они при этом каждый о своём.
— Да, печальное зрелище! — глядя на её кружку, неожиданно произнёс Ростислав.
— Ты это о чём? — тут же ощетинившись, бросилась в атаку Даша. Никто не смел сомвеваться в её выборе, даже она сама.
— О виски в железных кружках! — удивился её реакции Ростислав.
— А!!! — сказали Воронцова и Станиславович одновременно и улыбнулись.
— Да, неплохое виски, оно заслуживает стакана, — добавила Дарья.
Все многозначительно улыбались, глядя в свои кружки.
Неожиданно Станиславович поднялся:
— Ну, я спать!
Глава 6
— Спокойной ночи, — не стройно, но вместе пожелали начальству оставшиеся у коста.
— Спокойной, — ответил Станиславович и, пошатываясь, побрёл спать.
Дарья подняла голову, посмотрела ему вслед, и увидела, что кроме неё и Ростислава уже рядом нет.
Никто и не заметил, как исчезли Берёза и Великопольский.
Она посмотрела на Ростислава и испугалась собственных чувств и желаний.
«Надо уходить, пока не поздно».
— Я тоже, пожалуй, пойду спать.
— Дарья, — он легонько прикоснулся к её руке, — нам надо поговорить.
— Не о чем! — она встала.
Ростислав поднялся за ней. Решительно взял её за плечи.
Дарья сразу запаниковала, она пыталась придумать повод побыстрее уйти, но ничего путного на ум не приходило. Голова кружилась, в ушах шумело, то ли от выпитого, то ли…
А он не собирался её отпускать.
— Ты не ответила на мой вопрос.
— Какой вопрос? — Дарья сделала вид, что не поняла.
— Почему ты вышла за него?
Она подняла голову, взглянула ему дерзко в глаза, собираясь сказать колкость, но вдруг, утонула в них, забыв обо всём на свете. Несмело положила руки ему на грудь и осторожно прикоснулась губами к его губам. Ростислав от неожиданности растерялся и стоял, не шевелясь, боясь спугнуть чудесное мгновенье.
Он так часто об этом мечтал, особенно последние дни, что сейчас не мог поверить в реальность происходящего.
А, может, это сон? Мираж? Галлюцинации? Злая шутка его подсознания — выдать желаемое за действительность? Дарья вывела его из оцепенения — она вновь встала на цыпочки, порывисто обняла его и поцеловала.
Ростислав ответил на поцелуй. Обнял её сначала осторожно, потом крепко прижал к себе. Мир вокруг них исчез, растворился. Остались только эти жаркие губы. Они целовались жадно, не в силах оторваться друг от друга. Время и пространство перестало существовать. Только стук сердец отдавался в висках, заглушая мысли. Остановились лишь на мгновение перевести дыхание, тяжело дыша, посмотрели друг другу в глаза, и растворились в них.