Подчинись нам (СИ)

Только бы не головой… Только бы не убиться…
Как в замедленной съёмке, вижу, как летит мне навстречу поверхность воды. И уже почти ощущаю удар от падения… Обречённо понимаю, что сейчас будет очень больно. Но время внезапно останавливается. Я зависаю в каких-то сантиметрах от парующей прозрачной глади. В нелепой позе… и прямо в воздухе.
А потом меня стремительно дёргает назад.
— И всё-таки ты нарываешься, зверушка, — мрачно констатирует хозяин. И даже сквозь гул в ушах я улавливаю в его интонациях предвкушение.
  
Глава 28
 
Что меня держит? Что вообще происходит?
Обмирая от ужаса, я чувствую, как моим телом, словно тряпичной куклой, управляет неведомая сила. Неведомая и незримая. Даже барахтаться не получается. Ни руки, ни ноги меня не слушаются.
И от этого становится по-настоящему жутко.
Меня вздымает в воздух. Разворачивает лицом к ри-одо. И я успеваю заметить круговое движение его пальцев. Значит… это он? Даже не касаясь…
А я ещё хотела узнать, какие у него способности. Узнала вот.
Мамочки.
Хозяин уже полностью раздет. Узор на его теле, раньше почти полностью чёрный, сейчас переливается светящимся серебром. До жути… красиво. И смотрит он на меня так задумчиво, словно решает, с чего начать.
Неужели действительно накажет? Но за что? Я же пыталась сделать, как он приказал. Не моя вина, что мне стало плохо.
Не моя.
Но… Может надо было ползком в воду залезать? Или пятясь задом, чтобы не упасть?
А тем временем ри-одо ступает на край бассейна. Потом на ту самую ступеньку-скамейку, оказываясь совсем рядом со мной, зависшей в воздухе. И дрожащей от страха.
— Разве я не говорил, что твоя жизнь принадлежит мне, зверушка? Тебе запрещено вредить себе, — тянет он небрежно, рассматривая моё тело.
— Я нечаянно. В глазах потемнело, — произношу, тщетно стараясь убрать дрожь из голоса.
— Тебе стоило лучше обдумать, как действовать, чтобы не пострадать, — сообщает мне хозяин. Ровно. Без злости. Просто, как инструкцию. — Учись этому сейчас. Пока от твоих действий зависит только твоё собственное благополучие.
О чём он? Чьё ещё благополучие может зависеть от моих действий?
Ри-одо подступает ещё ближе, обхватывая слегка прохладными руками мою талию. Тянет на себя, пока моя грудь не оказывается прямо перед его лицом.
— Обхвати меня ногами. Хочу почувствовать твоё тело, — приказывает хрипло. И ловит ртом мой сосок.
Выполнить этот приказ означает прижаться своей голой промежностью к его обнажённому торсу. Откровенно и бесстыдно. Но даже это я воспринимаю с облегчением. Слишком уж жутким ощущается это зависшее в воздухе состояние. Словно я муха в янтаре, или в невидимой паутине. Марионетка, лишённая даже контроля над собственным телом.
Стоит моим ногам обвиться вокруг талии ри-одо, как от тут же смещает ладони мне на ягодицы. Сминает их, вжимая меня в себя. Заставляя максимально прочувствовать мощь своего тела. И кусает за сосок.
Вскрикнув от неожиданности, я невольно хватаюсь за широкие плечи. И тут же отдёргиваю руки назад, словно обжёгшись.
— Верни назад сейчас же. Я хочу твои руки на своём теле, — бросает на меня грозный взгляд хозяин.
И мои ладони оказываются на его плечах даже раньше, чем я успеваю сделать вдох.
Какая у него кожа гладкая. Прохладный шёлк, а под ним раскалённая сталь.
Удовлетворённо хмыкнув, ри-одо снова прикусывает ноющую вершинку, лаская её языком. Играясь. Посылая по моему телу разряды лёгкой и странно будоражащей боли. Вынуждая запрокинуть голову, рвано дыша. И спускается вместе со мной в бассейн.
Вода обволакивает нас нежным теплом, пробуждая все мои рецепторы. Заключая нас в свои объятия. Соединяя, как проводник между нами. И соприкосновение наших тел теперь ощущается ещё острее. Ещё откровенней. И чуточку порочней.
— Раз твой организм столь хрупок и нуждается в отдыхе, — поднимает ри-одо на меня взгляд, полный пылающей тьмы, — я освобождаю тебя сегодня от обязанности прислуживать мне. Всё, что от тебя требуется, это принимать то, что я буду делать с твоим телом. Поняла меня, Лина?
 
Сглотнув, я коротко киваю.
— Да, господин, — шепчу неуверенно.
— Я запрещаю тебе сопротивляться, — буравит он меня суровым взглядом.
Как будто я имею на это право.
А хозяин внезапно цинично усмехается уголком губ. Будто мысли мои прочитав. Поднимает руку и больно нажимает пальцем мне на лоб.
— Вот здесь, зверушка. Ты должна покориться мне вот здесь.
А вот теперь его требование уже по-настоящему пугает. Одно дело смириться с тем, что он будет владеть моим телом. Так, как ему захочется. Когда захочется.
Но ри-одо требует большего. Гораздо большего. Я не уверена, сумею ли выполнить этот его приказ.
И словно этого мало, повисшее между нами напряжённое молчание стальной вспышкой рассекает ещё один голос.
— Ты думаешь, ей хватит ума понять, что ты от неё хочешь? — саркастично интересуется неизвестно откуда взявшийся Са-оир.
Вздрогнув, я пытаюсь оглянуться. Но ри-одо тут же перехватывает мой затылок, не позволяя этого сделать.
— Я ожидал тебя позже, брат, — замечает он ровно. Без малейшего намёка на удивление.
— Насколько я понял, ты серьёзно настроен добиться успеха с этой зверушкой.
— Да, так и есть.
— Тогда, я полагаю, моё присутствие и участие в её подготовке тоже необходимо, — заявляет черноволосый монстр, и мне отчётливо слышится шорох его одежды.
А затем и всплеск воды. Краем глаза я ловлю какое-то движение рядом.
Сердце в груди замирает испуганной пташкой. Боже, что это за подготовка такая? Сколько можно меня пугать ею? Что он… что они собираются со мной делать?
Губы ри-одо изгибаются в порочной улыбке.
— Ты прав брат. Пора нашей сэ-авин показать, что она полностью принадлежит нам обоим.
  
Глава 29
 
Наверное, я сплю. И вижу кошмары. А может, меня всё-таки придавило насмерть гравитацией там в кровати ри-одо. Потому что даже во сне мне такое не могло присниться. Потому что… потому что… я не выдержу этого.
Этого не может быть. Как же так? Он же говорил, что я принадлежу ему… а оказалось, что им двоим.
Сдержать слёзы и нервную дрожь у меня просто не получается. Как бы я не обещала себе всё выдержать, моя человеческая психика на это просто не способна. Я не робот. Я живая.
Закусив губу, зажмуриваюсь, чувствуя, как катятся по щекам слёзы. Понимаю, что этим, возможно, разозлю двоих монстров, которым теперь принадлежит моя жизнь, но ничего не могу с собой поделать. Не могу остановиться.
И хочется просить о пощаде, умолять ри-одо не отдавать меня этому Са-оиру, оставить только себе, но я помню, чем мне грозит непослушание. Соня. Её жизнь тоже до сих пор в его власти.
Пальцы ри-одо сжимаются в моих волосах. И внезапно я чувствую, как он слизывает влагу с моей щеки.
— Столько страха. Са-оир, ты явно произвёл неизгладимое впечатление на нашу хрупкую сэ-авин, — тянет А-атон, скользя губами по моему виску. — Прекрати плакать, Лина.
— Я… не могу. Это… эмоции… я их не контролирую, — признаюсь тихо, едва сдерживая судорожные всхлипы.
— Мне напомнить, что ты обещала мне, когда я выполнил… твою просьбу?
— Я помню, господин, — шепчу, заставляя себя открыть глаза. И встретить сумрачный взгляд ри-одо. Чувствуя спиной пристальное внимание второго хищника. Как мне выжить в их лапах? Как не свихнуться?
— Тогда ты должна понимать, что у тебя нет выбора, — продолжает пытку мой… теперь уже не единственный хозяин.
— Я понимаю. Но… — запинаюсь, видя, как недовольно сужаются глаза мужчины. И всё же, набравшись храбрости, продолжаю: — Можно мне спросить, господин?
Позади раздаётся удивлённое хмыканье.
— Зверушка решила поторговаться? — излишне проницательно замечает невидимый мне Са-оир. Но меня накрывает кратковременным облегчением, когда я осознаю, что его голос звучит где-то на другом краю бассейна. Может, они не планируют меня вдвоём зажимать?