Обещание Гарпии
Головняк по рыжью кивнул, поднёс к уху вещун и откатился в сторону.
– Предчувствую, что за эту ночечку мы все получим благодарности! – пропела Любора. – Правильно сделанный докладик – это пятьдесят процентов военного дела!.. А Неверчик в этом соображает… Может, не будем говорить ему про… ну, что было в Выхино?
– Пока не стоит! – мягко сказала Настасья. – За это ведь ордена не дадут?
– Ни в коем случае. А вот по головушке настучать могут запросто. Надо, чтобы и Тибальдик помалкивал!
Любора отправилась искать Тибальда, а Настасья поманила к себе Вадида ибн Ваиля и отвела, точнее отбуксировала, его в сторону. Джинн тянулся за ней по воздуху как огромное летающее полотенце.
– Послушайте, Вадид! – сказала Настасья. – У нас с вами есть немного времени, пока Нахаба там беседует… Вы ведь джинн, не так ли? А у джиннов врождённый контроль пространства и объёма!
Рот джинна растянулся, обволакивая Настасью улыбкой:
– Мы все разные, о прекраснейшая!
– Вадид! Подозреваю, когда эксперты явятся к тебе на склад и будут там все трогать – начнётся ужас и кошмар.
– Жутчайший ужас и кошмарнейший кошмар! Ибо хоть они и будут, безусловно, осторожны – но что значит их осторожность, когда семьсот тысяч хитрых артефактов жаждут их погибели? Опять же, о мудрейшая, возможны тройные обмены, когда сущность меча будет в отравленной зубочистке, а сущность зубочистки, допустим, в футляре для карт… И когда эксперты попытаются…
– Я поняла! – перебила Настасья. – А как сам похититель смог их перетасовать?
– Одним-единственным заклинанием, о великая! Сложи пирамиду из песчинок, потратив на это годы, а любой мальчишка разрушит её в один момент!
– Это я знаю! Так что насчёт контроля пространства и объёма? – продолжала Настасья, отслеживая взглядом разговаривающего по вещуну Нахабу.
– Он у меня есть, о любезнейшая! Особенно в замкнутых помещениях. Хотя джинны не любят об этом распространяться! Это наша маленькая тайна! – ласково добавил джинн.
– Значит, ты смог определить, как выглядит артефакт, который появился в магхране! Возможно, не саму его сущность, но хотя бы форму?
Вадид ибн Ваиль опять сложил руки и поклонился, но уже не так низко и, похоже, без иронии.
– Уже сделано, драгоценнейшая! Разумеется, уважаемому Неверу ибн Невзору я об этом не скажу, дабы не испытывать его проницательности, но это нечто вроде шкуры!
Настасья напряглась:
– Какой шкуры?
– Бараньей или овечьей. Я не так хорошо знаю анатомию копытных… И да! Эта шкура, вероятнее всего, золотая! – добавил джинн вполголоса.
Настасья предупреждающе кашлянула. В их сторону шагал очень довольный чем-то Невер Нахаба.
– Нашему отряду объявлена благодарность за своевременные действия и победу над врагом, выразившуюся в захвате трофея! Как видите, мы можем прекрасно работать и без вашей сомнительной помощи! – съязвил он.
– Кто бы сомневался! – усмехнулась Настасья и, оставив Нахабу сиять дальше, отошла к «Роверу». Здесь Настасья заставила Бермяту поднять капот и притворилась, что её беспокоят плохо подвязанные талисманы. – Мой здравый смысл нервно дымит на балконе! – сказала она. – Получается, золотое руно было подброшено в магхран ещё до того, как его украли у гарпий и к ним явился Албыч! Примерно в то время, как они вылетели! Как такое возможно? Скажи, КАК?! И как Албыч заворачивал в него змея, если оно было украдено?
– Может, джинн ошибся или соврал? – спросил Бермята.
– Интуиция подсказывает, что нет. Хорошо бы его осмотреть, но нас не пустят!
Бермята повернул голову. Нахаба уже прыгал у входа в ГХМВ и лично помогал натягивать ограничительные ленты. Покончив с ними, он расставил вокруг атлантов с тяжёлым вооружением. Не забыл Нахаба и о себе. Раздобыл где-то сглаздамат, повесил его через плечо, а скулу измазал копотью, будто лично принимал участие в штурме. С минуты на минуту он ожидал приезда Маг-ТВ и хотел выглядеть наилучшим образом.
Рядом пролетел любопытный глаз. Нырнул под капот «Ровера», пристроился рядом с полётным амулетом и пристально уставился на Настасью. Притворившись, что не замечает его, Настасья внезапно захлопнула капот, заточив глаз внутри. Тот заметался внутри магшины, застучал.
– Может, выпустим? – предложил Бермята.
– Сам вылетит!
– Не сможет. Обычно в магшине под двигателем есть щели, но у меня магшина не совсем обычная.
– Нет уж, пусть посидит! Возвращаемся в Кудрино… Вон уже Маг-ТВ явилось! Смотри, как Нахаба приосанился!
Настасья позвала Еву и стожара, они погрузились в «Ровер» и улетели.
Глава 6
Кузькина мать, Мякишка и прочие якорные бабаи
Интересный момент. Когда я пристраиваю котят и вру, что это говорящие котята кота Баюна и египетской кошки-кладоискательницы, все их радостно разбирают и ужасно ими гордятся, хотя всю жизнь потом они молчат как партизаны, а песочек роют вовсе не потому, что там клад. А когда я случайно говорю правду, что котёнка подобрала на улице, мне приписывают какие-то сложные мотивы, которых у меня нет. И котят не берут.
На завтрак были яичница из тридцати яиц, несколько банок кукурузы, варёная курица и пирог «манник».
– У нас всегда готовит Бермята! Кухня – это не моё! Секрет общего хозяйства: кому что надо, тот то и делает. Бермяте нужна магшина – он её чинит. Бермяте нужна еда – он её готовит. Мне нужно спать – я сплю, – сказала Настасья.
Возникла неловкая пауза, которую сгладил опять же Бермята, поинтересовавшийся, какие планы после завтрака.
– Отправляемся в «Тихую пристань». Поспрашиваем у игроков в фараон. Вдруг кто-то наведёт нас на след Албыча. Да и Колотило обычно в курсе всего, что его напрямую не касается…
– Колотило уже оттаял? – удивился стожар.
– Оказалось, на вампиров замораживающая магия действует не так уж сильно. С собой мы возьмём Еву!
Ева, подкармливающая козью голову химеры листьями фиалки, довольно мурлыкнула. Львиная голова открыла один глаз и покосилась на неё с удивлением. Что это за звуки такие?
– А меня что, не берут?! – возмутился стожар.
– Думаешь, Колотило забыл, кто покушался на его сейф?
– Но ограбил-то его не я! Нетушки! Если вы не возьмёте меня с собой, я в мороке карапуза лягу посреди Садового кольца, перекрою движение и буду орать: «Купите мне что-нибудь!» Вы будете умолять меня успокоиться, а я буду называть вас «мамочка» и «папочка»!
Настасья прикусила кончик косы.
– Так и быть! Мы тебя берём!.. Кстати, по поводу полежать и поорать – идея хорошая! Надо её опробовать, и прямо сейчас! – Из ящика стола Настасья достала песочные часы. – Начинаем! Пять минут жалости к себе! – объявила она и перевернула часы.
– На что жаловаться? – спросил Филат, деловито глядя на бегущий песок.
– На что хотите! Лучше на то, что вас действительно тревожит!
И все начали хором жалеть себя.
– Любимая женщина меня не замечает! Это Михайло Ломоносов в теле красавицы! Мне хочется трясти её, чтобы этот Ломоносов оттуда вылетел! – объяснял Бермята песочным часам.
– А я беденький-несчастненький! – вопил стожар, растирая по лицу слёзы. – Никто меня не ценит, дохлый хмырь, и все считают, что я что-то украл!
– Тема умниц и красавиц раскрыта не полностью! Где мой красивый характер?! Где моя прекрасная судьба?! – унывала Настасья.
Химера подвывала. Хвост-змея шипел. Козья голова равнодушно жевала скатерть.
Последняя песчинка упала в нижний сосуд. Настасья перестала унывать, убрала часы в ящик и захлопнула его.
– Всё! Пять минут жалости к себе истекли! Смена активностей! – объявила она и, достав вещун, вызвала такси. Ехать на «Ровере» было рискованно из-за глаза, до сих пор находящегося под капотом и явно продолжающего слежку.
