Путешествие коммивояжера по продаже фаллоимитаторов (ЛП)

Она положила руку ему на плечо.
- Если хочешь, мы можем осмотреть фабрику позже, но сейчас мы должны быть снаружи. Глаз в небе должен быть свидетелем этого события.
Бог переступила порог, и Ральф последовал за ней. Она села в позу лотоса на траву. Он воспринял это как намек на то, чтобы тоже сесть, хотя и не смог справиться с позой лотоса.
- Скажи мне, Ральф, - спросила она. - Что ты больше всего хочешь узнать?
- Итак, меня зовут Ральф.
- Да, но все же скажи...
- Я хочу знать ответ.
Она кивнула.
- После того, как ты зашел так далеко, ты это заслужил. Многие продавцы фаллоимитаторов никогда не продают ни одного фаллоимитатора. Ты продал свой в первые две недели, хотя прошли годы, прежде чем ты продал другой, - улыбаясь, говорила она. - Несмотря на все трудности, ты оставался стойким, старательно собирая воедино знаки. А теперь пришло время вознаградить тебя за твои усилия.
Его нервы казались положительно живыми, а позвоночник – наэлектризованным.
- О, спасибо!  - Выпалил он. - Большое вам спасибо!
- Не нужно меня благодарить. Поблагодари себя за то, что должно быть, - она посмотрела на его искалеченный большой палец. - Но сначала позволь мне позаботиться об этом. Пожалуйста, протяни свою руку.
Ральф так и сделал, и Бог коснулась обрубка там, где когда-то был его ноготь. Тепло разлилось по его пальцам и вниз по руке, когда, словно гриб, вырос недостающий кончик.
- Боже мой, - сказал он, осматривая палец, ища швы, но не видя их.
- Теперь я должна подготовиться...
Бог закрыла глаза, подняла голову к небу, соединила предплечья и подняла их так, чтобы развернутые руки были сложены у грудины. Это выглядело так, как будто она держала шар, невидимый для Ральфа.
Она сохраняла эту позу и полное молчание, казалось, очень, очень долгое время. Ральфу хотелось, чтобы она поторопилась, но он ничего не сказал, решив, что неразумно торопить Бога.
Наконец она встала.
- Я готова, так что встань, Ральф. Представь мне последний фаллоимитатор в твоем случае.
- И тогда я смогу быть свободным?
Бог ничего не сказала, просто улыбнулась, и Ральф протянул ей фаллоимитатор. Этот уход казался таинством.
Она протянула другую руку, и открыла ладонь.
- А вот и твой пенни.
Ральф посмотрел на монету. Он увидел обычное моржовое лицо с моноклем, но теперь под ним было одно слово, выполненное на барельефе: ПОЗДРАВЛЕНИЯ. Он взял у нее монету, перевернул ее. ТЕПЕРЬ НАЧНИТЕ СНОВА, гласила надпись на обратной стороне.
Внезапно футляр у его ног задрожал, а затем его окутал белый свет. Когда свет померк, Ральф увидел по меньшей мере сотню жестоких, разъяренных фаллоимитаторов, которые шлепались на землю, скрежеща зубами.
- Теперь продолжай, - сказала Бог. - Продолжай свое бесконечное путешествие.
Ральф поднял руки.
- Нет, подожди... Это... это должен быть конец! Это должно быть...
- Этому нет конца, Ральф. Не здесь, но это нормально. Благороден поиск, а не результат.
Он покачал головой взад-вперед.
- Я больше не могу этого делать! - Фаллоимитатор подполз к его ноге, и он растоптал его. - Я просто не могу!
- Не волнуйся. Завтра ты ничего не будешь помнить.
- Но теперь я знаю, и в этом вся проблема!
- Нет никаких проблем.
Он чувствовал себя на грани того, чтобы заплакать, закричать и начать ломать вещи.
- Ну же, Боже! Неужели ты ничего не можешь сделать?
- Мы могли бы осмотреть фабрику, - сказала она.
- Я не хочу осматривать эту гребаную фабрику!
Бог забарабанила пальцами по своим бедрам.
- Хорошо, Ральф, я поставлю это на кон. Свобода просто не для тебя. Ты всегда будешь кружиться обратно в центр, и именно туда ты отправишься, когда мы здесь закончим.
- Я не понимаю.
Она рассмеялась.
- Ты говоришь как человек, который не разговаривал со мной об этом уже сто раз, но этого следовало ожидать.
Ральф мог только смотреть на нее.
- Ты, может быть, сейчас злишься, может быть, даже захочешь убить меня, но ты вернешься с тем же выражением благоговейного ужаса, которое было у тебя на лице раньше, вне себя от радости видеть меня и желать того, чего, как тебе кажется, ты хочешь, но в конечном итоге получишь то, что тебе нужно.
 
Он набросился на нее.
- Я никогда не вернусь к тебе! И это не то, что мне нужно!
Ее тон снова стал мягким.
- Без фаллоимитаторов и разворачивающейся дороги в никуда у тебя нет направления, нет цели. Ты недостаточно силен, чтобы придать жизни какой-либо другой смысл.
- Нет, это не...
- Ты обеспокоен и взволнован, но не будь таким. У многих такая же проблема, и, когда придет время, они тоже вернутся в центр. Так и должно быть, сейчас и во веки веков.
- Может быть, они вернутся, но я отказываюсь!
- Но ты каждый раз возвращался раньше, - она покрутила указательным пальцем в воздухе. - Кружись, кружись, кружись...
Ральф шлепнул ее по руке.
- Не в этот раз! Сейчас все по-другому!
Бог рассмеялась.
- Сейчас никогда не бывает по-другому. Если бы это было так, как ты думаешь, была бы здесь эта фабрика, производящая все фаллоимитаторы для всех странствующих продавцов фаллоимитаторов в мире? Бизнес процветает.
Ральф попытался вставить словечко, но Бог ему не позволила.
- Ты помнишь ту женщину в телефоне? Это была не твоя мать. Это был голос актера, -  она усмехнулась. - Твоя мать сейчас работает на нас, в отделе тестирования передовых продуктов, вместе со всеми другими старыми, мертвыми матерями, сыновья которых – коммивояжеры по продаже фаллоимитаторов.
- Нет, это неправда! В тебе нет ни капли правды!
- Единственная правда находится в тебе, так что возьми ее.
- Я этого не сделаю!
Бог протянула руку и погладила его по лицу. Ее руки теперь казались холодными.
-  Ты знаешь, что это ошибка, - сказала она. - Но у тебя есть время, чтобы исправить ее. Просто делай, как я говорю. Мы можем притвориться, что этого никогда не было.
Ральф повторил свое заявление.
Бог покачала головой.
- Я не всегда даю коммивояжерам по продаже фаллоимитаторов такой шанс, поверь мне. - В ее руке появилась небольшая записная книжка. - У меня есть фотографии. Хочешь посмотреть?
Ральф этого не хотел, но она открыла ее и показала ему несколько страниц.
- Это всего лишь выборка. У меня в кабинете есть книга побольше.
Его желудок скрутило; он чуть не подавился. Его ноги попытались сложиться и опустить его на землю, после чего они, несомненно, встанут с нее и вернут его к его делу и к его жизни в качестве коммивояжера по продаже фаллоимитаторов до бесконечности.
Нет, он этого не допустит. Может быть, с этими бедными парнями и случились ужасные вещи, но это не означало, что они должны были случиться с ним... И что с того, что они сделали?
- Мое мнение не изменилось, - сказал он. - Ты ничего не можешь мне сделать. Я не тот, о ком ты пишешь. Я Ральф.
Внезапно ему показалось, что в этом имени было нечто большее, чем просто имя. И тут его осенило.
- Ральф Стивенс, - добавил он и не смог сдержать ухмылку.
Уши Бога закровоточили при звуке этого имени.
- Подними свой чемодан!  - Взвизгнула она. - Кто-то должен взять его, и ты здесь единственный, кто может это сделать!
- Нет, я не один такой! - Он вытряхнул фаллоимитаторы из футляра. - Я отдам их земле!
Земля приняла фаллоимитаторы не в рот—это было место для пенни—а в свое чрево. Выйдя из состояния покоя, фаллоимитаторы проросли, запутавшись под поверхностью, превратившись в сеть спиралей, когда земля извергла из своих недр горку пенни.
Ральф улыбнулся.
- Сделка завершена.
Мир почувствовал новый рост, начал визжать. Бог бросилась на вершину медного холма, крича громче всех вопящих существ. Она посмотрела на него, и ее рот был полон клыков из слоновой кости.
- Ты не можешь этого сделать! - Закричала она. Ее слова были приглушенными и невнятными.