Кровавый "Парк динозавров" (СИ)

— Все ваши вложения идут на оснащение для наших экспедиций, — возразил Грант, — сами можете убедиться, сколь основательно мы подошли к этому вопросу. Что же до личного комфорта…мы с Элли давно привыкли к спартанской обстановке.
— О, в этом я уверен, — Хэммонд расхохотался как мальчишка, — я уже слышал, как хорошо вы сработались друг с другом.
Он подмигнул Элли и та, слегка покраснев, постаралась как можно непринужденней застегнуть верхние две пуговицы от рубашки.
— Результативность наших исследований вы можете всегда проверить, — продолжал Грант, — достаточно направить запрос в Университет Аляски или Музей природы и науки…
— Грант как вам не стыдно! — Хэммонд протестующее всплеснул руками, — неужели вы думаете, что я вам не доверяю!? Мне прекрасно известно о ваших исследованиях, я нисколько не сомневаюсь, что все до последнего цента, что выделил мой Фонд, пойдет на дело. И все же…разве вам бы не хотелось работать с большим комфортом? Особенно, вы, дорогая Элли, — женщины обычно более чувствительны к таким вещам.
— Уверяю, вас мистер Хэммонд, — возразила Элли, — меня все устраивает.
— Или комфорт или результат, — пожал плечами Грант, — мы предпочитаем второе.
— Зачем же делать столь неприятный выбор? — рассмеялся Хэммонд, — когда можно прекрасно совместить. Собственно, ради этого я и приехал сюда.
Он сделал перерыв, многозначительно глянув на недопитую бутылку виски и Грант тут же налил Хэммонду полный стакан.
— И себе налейте, — кивнул Хэммонд, — есть повод, не сомневайтесь. Вы знаете, что у меня есть остров? В Индийском океане, к юго-западу от Суматры.
— Нет, я ничего не слышал об этом, — Грант сделал большой глоток, — боюсь, я вообще мало чего знаю о тамошних местах.
— Про этот остров вы могли знать, — Хэммонд залпом выпил и, поморщившись, ухватил с блюдца шматок оленины, — одно время о нем много писали в газетах. Его местное название я не помню, но в западном мире он известен как Остров Черепа.
— Да, я читал, — кивнул Грант, — но, насколько мне известно, этот остров является частным владением. Какой-то английский лорд…не помню, как его звали.
— Пенворд, — сказал Хэммонд, — сэр Даррен Пенворд. Его семья владела островом с 1833 года. Этакий кусочек средневековья посреди Индийского океана. Но времена меняются и то, что проходило в 19 веке смотрится не уместно в конце двадцатого. К тому же содержание острова требует немалых вложений, а у Пенворда, как и у многих британских аристократов с деньгами сейчас не густо. Поэтому лет десять назад он и продал мне этот остров за…впрочем, не важно. Я планирую устроить там заповедник. Биологический заповедник, с уникальными видами животных. Джунгли, водопады, пляжи и все такое…
— Все это конечно весьма интересно, — Грант умудрился вклиниться в этот словесный поток, — но я не могу понять, какое это отношение имеет к…
— Собственно, к этому я и подвожу вас, — продолжал Хэммонд, — на нашем острове возникла проблема. Совсем небольшая, чисто технические накладки, но инвесторы обеспокоены. Мой юристконсульт Дональд Дженнаро настаивает на независимой экспертной группе, которая могла бы дать авторитетное суждение.
— Но я не думаю, что мы…
— Вас я тоже хотел бы видеть среди экспертов, — как ни в чем не бывало, продолжал Хэммонд, — уверен, вам у нас понравится.
— Возможно, когда мы закончим здесь работу, то…
— Знаете, что я подумал, — сказал Хэммонд, будто эта идея только что пришла ему в голову, — все это можно организовать в этот уик-енд. Как раз на остров приезжают эксперты: доктор Ян Малькольм, математик из Остина; Сара Хардинг, зоопсихолог из Принстона, одна лондонская журналистка. Вы в этой компании окажетесь как нельзя кстати.
— Благодарю за приглашение, мистер Хэммонд, но, боюсь, это невозможно. Буквально вчера был найден скелет детеныша тираннозавра и я…
— Всего лишь уик-энд, — продолжал Хэммонд с вызывающей раздражение бодрой старческой настойчивостью, — ну, может еще пару дней. Мне меньше всего хотелось бы отрывать вас от работы, я знаю, насколько она важна, уверяю вас. Но это займет совсем немного времени и к тому же это действительно по вашей части.
 
— Но я и вправду не могу…
— В компенсацию за полученные неудобства, — продолжал Хэммонд, — я готов пойти вам навстречу. Обычный гонорар консультанта, работающего в выходные, составляет двадцать тысяч долларов в день, но я вам я буду платить по пятьдесят тысяч. За четыре дня вы получите двести тысяч долларов. А если к вам присоеденится и ваша очаровательная ассистентка, ее гонорар будет таким же.
Алан переглянулся с Элли и понял, что она сделала те же нехитрые подсчеты, что и он. Названная Хэммондом сумма обеспечит их дальнейшие экспедиции еще лет на пять.
— Что же, — Грант улыбнулся, разливая остатки виски, — после двух месяцев на Аляске, я буду не прочь провести уикэнд в тропиках.
  
Дженни
 
Пенворд-Холл, окрестности Вончестера, Северная Англия
Вновь щелкнул хлыст и пламя факелов дрогнуло от пронесшегося по залу сдавленного стона. Послышался негромкий смешок и стройная фигура неуловимым движением переместилась вправо, выбирая место для нового удара.
Экзекуция происходило в небольшом зале, умело декорированном под «старину». Нигде не было видно и следа электрического освещения — вместо них зал озаряли ярко горевшие факелы, размещенные на стенах через равные промежутки. Пламя освещало и размещенное на специальных подставках оружие — мечи, шпаги, винтовки, пистолеты. Чуть выше на стенах тянулась череда портретов мужчин, облаченных то в средневековые доспехи, то в костюмы викторианской эпохи. Определенная схожесть в чертах лиц указывала на родство изображенных на портретов.
Это же родство угадывалось и у мужчины, повисшего в дверном проеме на переброшенных через балку цепях. На скованных кандалами руках с каждым ударом кнута вздувались могучие мускулы. Голую спину, бедра и ягодицы покрывали кровоточащие полосы и уже наливавшиеся черным кровоподтеки.
За спиной истязаемого, играя длинным хлыстом, расхаживала молодая женщина. Из одежды она носила лишь высокие, до середины бедра, сапоги, в остальном же она расхаживала голой не стыдясь отлично сложенного тела. Обильный пот блестел на округлых грудях, плоском животе и длинных сильных ногах. Эту женщину сложно было назвать классически красивой: слишком маленький носик, рассыпанные по лицу веснушки и немного искривленные передние зубы. Но сочетание зеленых глаз, чувственного рта, алебастрово-белой кожи и копны золотисто-рыжих волос всегда производили неотразимое впечатление на мужчин.
Впрочем, Даррен Пенворд ценил в Дженни Стемпер не только внешность.
— Вам достаточно, сэр? — Дженни медленно распустила кнут на всю длину, высматривая пока нетронутый участок кожи, — или охота еще?
— Еще!!! — выдохнул сэр Пенворд и в тот же миг хлыст, словно обжигающая болью змея обвился вокруг талии, опоясывая его кроваво-красным обручем. Вновь и вновь кнут жалил его тело, пока Пенворд, выпучив глаза и до боли прокусив губу, изо всех сил сдерживался от крика. Дженни и сама увлеклась этой экзекуцией — зеленые глаза блестели, как у пантеры, зубы скалились в азартной ухмылке. В какой-то момент, она, отшвырнув в сторону кнут, подошла к стоявшему на коленях лорду и, сноровисто расстегнув кандалы, встала перед ним, расставив ноги и пригибая коротко стриженую голову к своей промежности. Пенворд ухватившись руками за гладкие бедра, поднял Дженни в воздух, губами и языком впиваясь в истекавшие влагой розовые лепестки. Удерживая на весу протяжно застонавшую девушку, Пенворд притиснул ее к стене и, опустив ее ниже, наконец, вошел меж обхвативших его талию ног.
Сейчас Даррен Пенворд, уже накинув черный халат с золотыми драконами, сидел в кресле у камина. Это был мужчина шести футов ростом, широкоплечий и сильный. Несмотря на смуглую кожу, он походил на скандинава — по семейной легенде основателем рода был один из вождей викингов. Прищурив серые глаза, Пенворд с удовольствием рассматривал Дженни, которая, так и не удосужившись прикрыть тело одеждой, сидела в кресле напротив, потягивая красное вино из семейных погребов Пенворд-Холла.