Генерал Скала и ученица (СИ)
….
Лидия Хани дас Хельвин
Я вытерла мешающие смотреть слезы и, хлюпнув носом, спросила:
— И кто это был?
Рассказ Форсмота я пережила так ярко, словно сама выбивала чердачную дверь хрупким плечом, а потом стояла среди бездыханных тел.
— Наемники, — ответил Скала, подав мне платок. — В те времена кланы постоянно воевали, из-за лугов или леса с рекой могли до десятка Младших родов сцепиться. И в этом бардаке отлично себя чувствовали дикие наемные отряды.
— Ракхот их дери…, - я отстранилась от Ульриха и зафырчала в платок, — Не думала, что от Имерии есть толк, но, похоже, Эдгардо пришлось немало потрудиться, чтобы вычистить такие конюшни.
— Ему многих пришлось укоротить, но и поддержали его немало. Главам родов надоело беззаконие, постоянные свары и передел собственности. Сейчас они по-прежнему воюют между собой, но дело ограничивается мелкими стычками, а если переходят границы — есть сюзерен, к которому можно обратиться и он остановит зарвавшихся.
То есть «маленькие войны» все равно разрешены? Тогда я не очень понимаю в чем разница. Надеюсь, не только в количестве погибших и возможности потом обратиться в суд.
— И кому служили те, кто на вас напал? Или они были обычными бандитами? У наемников же есть опознавательные нашивки, на военных куртках, например. Ох, извините, кому я это говорю… Вы и сами знаете.
Шторм внутри меня никак не утихал, требуя мщения. Я боялась даже представить, что стало бы со мной, окажись я в похожей ситуации.
— Куртки они перед нападением сняли. Но я запомнил их герб по пряжке ремня у странного мычащего парня. Вольная когорта «Псы Запада», целая сеть была, до сотни мелких отрядов, которые при желании могли собраться в небольшую армию… Сейчас их не существует.
— Заказчик?
— Как мне сообщили позже, напали они по случаю. Отрядный маг по имени Джонка поставил Теневого Червя на отца во время ярмарки, за пару дней до той ночи. И предложил остальным быстро поживиться, когда узнал, что вся семья и домашние устали и уснули после рождения младенца. Вырезать всех они не собирались, думали захватить поместье, обездвижить отца, припугнуть домашних и уйти с добычей…
— Но что-то пошло не так… Я так и не поняла, как ты смог сбежать с сестренкой на руках, и кто такой «гость»?
Скала расслаблено откинулся спиной на столбик балдахина, согнул одну ногу в колене для удобства, а вторую вытянул прямо на кровати поверх покрывала. Подумал и, подтянув к себе с прикроватного столика резную деревянную коробку, вытащил из нее сигару.
Надеюсь, никто не войдет в спальню, потому что смотрелись мы сейчас подозрительно. Развороченная постель, расстегнутая одежда, растрепанные прически и, в довесок ко всему этому, еще и лениво развалившийся Форсмот.
Его нога касалась моей и было в этом что-то непристойное. Не знаю, что сегодня скажет Пра, учитывая как как быстро я двигаюсь по пути порока.
Скала помял сильными пальцами сигару.
— Я скрылся через кухонный вход, куда заносили еду. Глупо было бы кидаться на опытных вооруженных мужчин. Мне и с первым-то сильно повезло, — Крылья его носа подрагивали, вбирая запах. — Ученица, что ты знаешь, про божественное происхождение заклинаний?
9.3
А что тут знать, первые заклинания придумали боги. Все магические конструкты ранга созвездий тоже связывают с именами Семерых.
Форсмот выслушал, кивнул:
— Все так. Но есть и небольшое дополнение, о котором ученикам говорят далеко не сразу. Храмовники или опытные маги могут воззвать к божественной сути с просьбой помочь в исполнении особо сложного плетения или простого его усиления.
— Я не знала, но иногда и сама призываю Ракхота, чтобы он направил удар, — задумчиво ответила я.
— Что-то вроде этого, — он хмыкнул, — но с использованием энергии и специального заклинания Воззвания. Эту магию не все любят, потому что боги капризны, а результаты не всегда надежны. Захотят два мага снести стены, попросят дополнительные силы у Харигана. И один разнесет все в пыль, а другой останется без сил рядом с неповрежденной преградой. К тому же — по слухам, в крайне редких случаях бог может прийти лично.
Я подобралась, дернулась заинтересованно, но обнаружила, что покрывало сползает, открывая слишком коротенькие панталоны. Поймала застывший взгляд Форсмота, пискнула и снова завернулась в ткань.
— Наемники из «Псов Запада» рассказали… что же они рассказали… — Скале пришлось собраться, чтобы вспомнить давние события. Надеюсь, не вид девичьего белья настолько сбил воина с мысли.
Я краснела, но сидела ровно, вся сосредоточенная-сосредоточенная, внимательная-внимательная. Делала вид, что ничего не случилось.
Скала аккуратно вернул расплющенную сигару в коробку. Затем неспешно осмотрел меня, при этом явно думая о чем-то своем. Его голубые глаза остро блеснули, заставив поежиться. Скорее всего, он вспомнил о событиях, которые привели к исчезновению когорты, но на долю секунды я увидела перед собой не аристократа, а матерого, что-то задумавшего хищника, и по коже побежали мурашки. Ткань его брюк была натянута на крепких бедрах, словно в любой момент он был готов вскочить и атаковать или защищаться. Опасен, как же он опасен даже в лограх.
— … Маг отряда, — продолжил Скала как ни в чем ни бывало, — использовал Теневого Червя, принадлежащего Мару, чтобы проследить за семьей и выбрать удобное время для нападения. А потом, когда отряд пришел в поместье, Джонка еще и провел Воззвание к богу. Что произошло точно, никто из его соратников так и не смог сказать, но игры с высшими силами плохо заканчиваются. В человеке воплотилась суть Мару, Ночного Охотника, сделав его безумным. А когда покинула, оставив пустую оболочку, появился я и смог справиться с сумасшедшим телом. Я до сих пор не знаю всех деталей, но наемники говорили, что именно Червь помог Джонке оценить, насколько беззащитна семья, что мы переехали вместе со слугами не так уж давно, с соседями не породнились и никто не придет на помощь. После того, как поместье было разграблено, сосед просто забрал наши земли, а мне с сестрой пришлось скрываться. В течение лет десяти там не раз еще прокатывались межклановые войны, в итоге разметало и соседей. Зато… я годами изучал Червя и сейчас смог его уничтожить. Теперь выясню кто его поставил и… серьезно с ним поговорю.
— Я сама разберусь.
Фраза вылетела непроизвольно. Я едва удержалась, чтобы как в детстве не закрыть рот ладонями. Признаваться или нет, что видела глазами Палача, я еще не решила. Все происходило слишком быстро, а такие нюансы все же должны быть тщательно обдуманы.
— Очень интересно, — сказал Скала и подвинулся на кровати ближе ко мне.
— Да пустое, — решительно ответила я и отодвинулась.
— Ты знаешь кто запустил Червя.
Нельзя так обвинительно разговаривать с юными лэрами, мы хрупкие и нервные.
— Возможно.
С одной стороны, Форсмот был со мной предельно откровенен и по сути — на турнире хотели оскорбить его, а не меня. Но в итоге-то почти пострадала именно я. К тому же я лично обещала Балинштоку, что отомщу. И передавать эту восхитительную возможность никому не собираюсь.
— Хани, ты понимаешь, что рискуешь?
— Применять заклинания разрешается только на Турнире. Вне его все можно решить искрами, так что просто вызову на дуэль… виновника или разберусь другим способом.
Я воинственно выпрямилась, придерживая покрывало у пояса и на всякий случай еще немного отодвигаясь.
— Наивная, за использование заклинаний вне тренировок судят только тех, кого поймали, — подозрительно мягким тоном сказал Форсмот. И снова уменьшил расстояние между нами. Массой давит, бессовестный.
— Ладно. Но появилось кое-что важное — Червь почти поменял хозяина. Даже немного жаль, что заклинание уничтожено, — выпалила я. Ладонь нащупала на постели родные штаны для тренировок, и я окончательно приободрилась. Без них все-таки беда с ощущением защищенности, ни приподняться, ни развернуться. — Я смогла забираться в голову врага и узнала, что Алонсо, например, считал нас лю… э-э-м.