Игра в судьбу (СИ)

— Извини, но это вряд ли. Теперь уже не выйдет.
— А то я не знаю. — Он дрогнул уголком губ в своем подобии на улыбку. — Ладно, раз уж ты теперь моя ученица, то прямо сейчас и начнем.
— Подожди, — такая скорость оказалась слишком неожиданной, — а как же Тавель?
— Он придет после обеда, все равно раньше я тебе встать не разрешу, — отмахнулся сьеррин, — и обещал, что ничего сложного показывать пока не будет. Поэтому имей в виду…
— Слушай, — по привычке я перебила своего новообретенного учителя без всякого пиетета, — а ответь-ка мне на один вопрос… Вы тоже так долго восстанавливаетесь после этого песенного ритуала? Оно же должно быть не слишком удобно.
— Нет, — ответил дан, — мне, например, хватает пары часов. Это дело привычки, со временем к таким встряскам адаптируешься. Просто у тебя это в первый раз, да еще и исправлять пришлось уйму всего. Как вы вообще живете с таким здоровьем?
— С некоторым трудом, надо полагать. — Я слегка обиделась, а потом махнула рукой — у каждого свои стандарты, и в этом вопросе тоже.
А Вессаэль, не теряя времени, уже приступил к теории. Магии, конечно. Поначалу страшно мешала разница в терминологии, но в результате почти часовых усилий в общих чертах удалось с ней разобраться. Оказалось, что заклинания действуют не на материю, а только на энергию: на всякие там поля и иже с ними — на все в разной степени. Легче всего, например, получалось с электричеством и аурой человека, а вот гравитация не поддавалась почти совсем.
Но чтобы вышло хоть что-то, для начала надо уметь работать с так называемыми «струнами». Есть они практически везде, просто где-то погуще и посильнее, а где-то наоборот. И только при воздействии на них рождалась сила — основа любого колдовства.
Обычно маги работали с ними неосознанно, на уровне инстинктов (по ощущениям получалось, что сила накапливалась как бы сама собой), но было и исключение — солнечные. Врожденный дар давал им возможность чувствовать их и «дергать» сознательно, добиваясь такого, что даже не снилось никому из других кланов. Истинные мастера умели «играть» сразу на всем, до чего могли дотянуться, а дотягивались они поразительно далеко, пропуская через себя океаны энергии.
А вот могущество колдуна зависело уже от другого — от количества силы, что тот мог удержать и влить в заклинание, а не просто прокачать через себя. И с этим у солнечных были проблемы, удерживать и преобразовывать свои энергетические океаны они не могли. Получалось, тут или то, или это, но никак не все сразу. Но выход был найден — если сильному магу для сложного и затратного заклинания не хватало собственных резервов, прибегали к помощи «проводника» из солнечных, и такой тандем становился неизмеримо сильнее, чем каждый из них по отдельности.
Кроме способности удержать силу, требовалось еще и искусство влить ее в форму заклинания, выплести из нее сложный и устойчивый узор. И если с первым все было предельно ясно — количество энергии, что мог держать маг, напрямую зависело от его врожденных способностей, то умению строить заклинания мог научиться в принципе любой. Вот даны и учились, всю свою нереально длинную жизнь — ведь «нет предела совершенству».
Затем пошла практика, и тут нас поджидал неприятный сюрприз. Я совершенно, абсолютно и категорически не могла понять, чего же от меня хочет этот приставучий зануда! Что такое я должна сделать, да еще и инстинктивно, дабы ощутить в себе тот самый «поток силы». То, что маленьким данам, с пеленок привыкшим воспринимать магию как нечто само собой разумеющееся, давалось без малейшего труда, для меня оказалось непосильной задачей. А, может, он все-таки ошибся? И не было у меня никакого дара? Вообще? Я уже готова была опустить руки и признать поражение, лишь бы меня оставили в покое, когда Вессаэль сел и задумчиво уставился в стену. Минуты через две он выдал решение:
— Хорошо, попробуем рискнуть. Я тут рассчитал, должно получиться.
— Ах ты рассчитал? Ну тогда точно должно! — От злости я окончательно озверела и перестала выбирать выражения.
 
Мелочный сарказм предпочли просто проигнорировать. Даже не глядя в мою сторону, Вессаэль сделал затейливый жест и проговорил в сложенные пальцы:
— Суинни, ты нам нужен.
— Сейчас, — донеслось со стороны пальцев.
Я ошалела — вот это телефончик! Начинаю понимать, почему им совершенно не сдался технический прогресс. Для данов от него никакой пользы, один лишь экологический вред. Все, что он может дать, они и так уже имеют. Сьеррин увидел мою реакцию и сжалился — объяснил, мол, это всего лишь чары переноса голоса. Совершенно не сложно, и не требует много силы. Ага, очень он меня этим утешил в свете всех неудач сегодняшнего утра. Для меня-то, похоже, и самое простейшее заклинание останется недоступным…
Невеселые мысли прервало появление барда, на которого тут же насел Вессаэль:
— Попробуй передать ей внешний поток со струн. Только поосторожнее, начинай с малого и увеличивай постепенно. Нужно чтобы она его просто почувствовала, не больше.
Суинни кивнул и положил руки мне на плечи, встав сзади. Ладони обхватили основание шеи, большие пальцы легли вперекрест на позвоночник. Закрыв глаза, я попыталась сосредоточиться на собственных ощущениях — интересные, конечно, но к магии, боюсь, не имеют никакого отношения. Приятно чувствовать присутствие сильных и чутких мужских рук, особенно если вспомнить, кому они принадлежали, но…
Внезапно вдоль позвоночника прошла некая волна — сверху вниз и обратно. Я сразу забыла про глупости и напряглась. Да, точно, все повторилось, став еще более отчетливым. Так это и есть сила? Ну-ка, ну-ка, попробуем, как там учил сьеррин… забираем ее и направляем… в руки, например.
По ощущениям выходило, словно все нарастающий поток тепла пошел в ладони и начал стекать с пальцев. Чудненько, а ведь все получается! Теперь, пожалуй, стоило что-нибудь сделать. Как там говорил мой «сенсей»? «Не думай о том, как делать, а думай о результате; как не думаешь, что сделать, чтобы шагнуть — все выйдет само, стоит лишь решить, куда ты идешь». Ну, не думать это мы можем. Это мы как раз запросто. Вот с решениями уже сложнее.
Эйфория от успеха затопила с головой, лишив последних мозгов. Казалось, сейчас я могу абсолютно все, включая исполнение божественных обязанностей. Итак, чего бы нам хотелось, новая госпожа мирозданья? А сделаем-ка мы себе ма-аленькую ручную молнию, вроде бы это совсем просто, все с нее начинают. И я уже легко направила поток в левую руку, усилила его, зачерпнув все, до чего дотянулась и «пожелала» файербол…
Даны среагировали мгновенно, это нас и спасло. Суинни, поняв, что сила поперла слишком уж активно, причем без малейшего его участия, мгновенно убрал руки с моих плеч. Вессаэль же, быстро кинув какие-то чары, сумел загасить разрастающийся в моей ладони огненный шар яркого малинового цвета размером с баскетбольный мяч.
Несколько секунд в комнате царила гробовая тишина, а меня так еще и натурально трясло. Я была в шоке от того, что мне удалось сделать, даны охренели от того, как я это проделала. Вернее, от того, насколько эффектным оказался результат. Первым опомнился Вессаэль, но не взорвался от возмущения, а наоборот, совершенно заледенел в своем негодовании, что было, собственно, нормальной для него реакцией.
— Инесса, — его голос сочился холодным ядом, — не лечи я тебя пару дней назад, решил бы что ты сумасшедшая. Кто здесь просил колдовать? Тебе велели просто ощутить поток силы, а не лезть с чарами, не научившись элементарным контролю и защите. Или, полагаешь, мы выпеваем заклинания и размахиваем руками просто так, для антуража? Возомнила, что любой, добравшийся, наконец, до сырой силы, может считать себя магом и начинать бесконтрольно кидать ее направо и налево? Ты даже не понимаешь, насколько опасно было…
— Сам сказал — все рассчитано, и никакого риска нет, — прервала я это занудство. У меня из без того до сих пор с перепугу зубы клацали и красные круги в глазах хороводы водили.