Игра в судьбу (СИ)

В общем, не повезло с этим сьеррину. Зато повезло мне. После нашего хронологического общения в библиотеке я стала желанным гостем. Любая информация, любые книги из этого богатейшего на островах собрания, были к моим услугам по первому же капризу. А в поиске информации Вокэнни творил настоящие чудеса. То ли ему помогала практически фотографическая память, то ли какие неизвестные или забытые боги, но больше получаса у него не уходило никогда и ни на что. Руны меня выучил читать тоже он, и без всяких магических заморочек. По собственной системе, что помогла мне справиться с ними дней за десять, не больше. Именно эти его чудеса навели меня на кое-какие мысли…
Через пару недель размышлений я решила, что стоит, пожалуй, поделиться ими и с Вессаэлем. Но разговор начала лишь тщательно проследив, чтобы нам никто не помешал. И с неожиданного для сьеррина вопроса:
— Не знаешь, из какого клана мать Вокэнни?
— Из воздушных, как и его отец, — озадаченно посмотрел тот на меня. — Он, кстати, довольно близкая родня мне по нему.
— Только по отцу? А по матери? — удивилась я, зная уже, что практически все даны одного клана так или иначе кровно связаны между собой.
— По матери? — он задумался, похоже, сообразив, чем вызваны мои сомнения и пытаясь что-то вспомнить.
Я не мешала.
— Подожди, — вдруг произнес сьеррин непередаваемым тоном, — а ведь его мать изначально не из наших. Она сменила клан.
Чего-то подобного я и ожидала. Что ж, будем копать дальше:
— А в каком она родилась?
— Н-не знаю.
— Думаю, что стоит это уточнить, — настаивала я.
— А в чем дело?
— Да так, возникла тут кое-какая идея относительно дара нашего библиотекаря. И, пожалуй, выскажу я ее не дожидаясь, прояснения ситуации с его происхождением. Не думаю, что это изменит что-либо принципиально.
Вессаэль был само внимание, и я продолжила:
— Есть у меня подозрение, что его дар связан с кланом хрустальных. Он прекрасно чувствует информацию и чуть ли не инстинктивно систематизирует ее, раскладывая по полочкам. Не знаю, понимает ли он сам, что другим это дается вовсе не так легко. Полагаю, копать дальше следует именно в этом направлении.
Что ж, можно было себя поздравить с очередным достижением. Рот сьеррин, конечно, не открыл — во многом уже и сам догадался, куда я веду, но все равно…
— Вессаэль, ну какого хрена, а? Где были твои глаза? Ты понимаешь, что шестой клан все это время был у тебя под носом? Без всяких дурацких пророчеств. Ну как можно было не догадаться? За семьсот-то лет?
— Такие связи видишь только ты, — прервал он меня. — К тому же я так привык к нему, что… Короче, со стороны, похоже, это заметнее.
Сьеррин встряхнулся и принялся развивать бешеную деятельность. Для начала кинул несколько «телефонов» старичкам из своего клана, пытаясь выяснить, кто и что помнит о происхождении Риэссиль, матери Вокэнни. У нее самой, к сожалению, спросить было невозможно, оба родителя библиотекаря давно ушли за грань.
В результате переговоров мы узнали только одно — почти никто ничего не помнил. Но вроде были кое-какие намеки на солнечных… Что ж, пришло время и мне включаться в работу. Связались с Авенелем. Не прошло и получаса, как он, подняв на уши чуть ли не весь солнечный клан, и даже не спросив у своей «богини», зачем мне это нужно, сумел выяснить, что таки да, выросла она у них. Но только выросла. А вот где родилась, не узнает уже никто и никогда. Риэссиль оказалась подкидышем, подобранным в Войну Кланов. Тогда еще и не такие истории случались, времена были смутные и страшные.
Что ж, насчет «никто и никогда» скульптор, похоже, погорячился. Я знала. С почти стопроцентной уверенностью. Хрустальные, разумеется, кто же еще? По большому счету я знала это и до начала нашего расследования.
Вот так мы и сидели со сьеррином, пялясь друг на друга и боясь поверить в собственные выводы. Наконец Вессаэль тряхнул своей белой гривой, прогоняя наваждение:
— Знаешь, — начал он, — иногда я думаю, что уже все, ты никогда больше не сможешь меня удивить. Я готов ко всему. Но ты умудряешься проделать этот фокус снова и снова. Как?
 
— Кто бы мне самой рассказал. Я вон себя всю жизнь знаю, и то не в курсе. Лучше скажи: что мы теперь делать-то будем?
— В смысле? Говорить или нет об этом Вокэнни?
— Ну да. И остальным тоже.
— Думаю, пока подождем, — выдал Вессаэль после долгого раздумья.
— Соображения те же, что и в отношении меня? — уточнилась я.
— Да.
— Ладно, могу согласиться. Хотя библиотекаря жалко. Он все-таки не слишком счастлив, ведя такую жизнь.
— Не думаю, что нам удастся действительно долго скрывать эти новости. А месяцем больше или меньше — для него уже не принципиально. Он живет так почти семьсот лет.
Пришлось опять соглашаться.
— Кстати, — сменил он тему, — уже начинают возникать вопросы, почему ты до сих пор не вошла ни в один из кланов. Как бы не начали догадываться о настоящих причинах.
— Ох, Вессаэль, ну придумай им что-нибудь. Например, что я войду в клан мужа, а поскольку я его еще не выбрала… В конце концов, кто из нас интриган с полуторатысячелетним стажем?
— Иногда я думаю, что ты, — ответил он на полном серьезе.
— Ладно, хватит, на такие комплименты меня уже не купишь.
Прошло время, когда я впадала в ступор от подобного.
— Ну, если ты считаешь это комплиментом… — сьеррин молча поднял лапки кверху и поспешил удрать, оставив за мной поле боя. Мелочь, а все равно приятно.
  
Глава 25
 
Ассиль вернулся через две недели. И тут же с крайне мрачным лицом потребовал «пресс-конференции» и общего нашего на ней присутствия. Ага, значит, чего-то там узнал.
Собрались быстро, заинтригованные до крайности, и с первых же слов выяснилось: за пару недель морской успел провернуть очень много чего. В том числе сходил за Сферу, забрать от норвежских причалов свою яхту, оставленную там еще в августе. Не то чтобы оно совсем горело, но братишка справедливо рассудил: такая поездка может дать неплохой шанс пообщаться с кем-нибудь из капитанов по душам. Ведь до этих самых причалов должен был его кто-то подбросить? Не вплавь же туда добираться?
И расчет оправдался полностью. Тихой осенней ночью, на палубе своей куэллы, Иссен, один из его многочисленных кузенов, поделился с ним всем, что сам знал по этому поводу. Да и какой резон ему было скрывать что-то от вполне вероятного кандидата в наследники главы клана?
— В общем, — подошел к главному Ассиль, — у морских есть пророчество, которым они почему-то не спешат поделиться с другими кланами. Причем известно оно у нас уже несколько столетий. Только текст, к сожалению, не полный, чего-то там не хватает.
Нет, ну прямо урожай какой-то у данов нынче на пророчества. К чему бы это? Но обдумать мысль как следует мне не дали, дальше сведения посыпались еще интереснее:
— Текст приписывают Видящему, и потому относятся к нему крайне серьезно. Иссен сам его не видел, как я уже сказал, о нем вообще не особо распространяются, но по слухам, написано там, что однажды на островах объявится дикарка со способностями к магии, и перевернет всю нашу жизнь с ног на уши. Благодаря ей вернутся нессы, а скариэ младших кланов вновь будут вынуждены подчиняться. Морские навсегда потеряют свою независимость. И у нас считают, что допустить этого нельзя. Любой ценой.
Все сидели, тупо уставившись друг на друга. Молча.
— Вот значит как… — Первым вязкую тишину нарушил, как ни странно, Вокэнни. — Интересно, это то же самое пророчество, или другое?
— Полагаю, то же, — мрачно выдал Вессаэль.
— Полагаю даже, — решилась я все-таки расставить все точки над всеми буквами, — это то самое его продолжение, которое ты так и не смог найти. Могу даже ставку сделать, какой именно страницы там не хватает.
Молчание, вновь повисшее в комнате, стало густым и липким, словно туман над болотом.