Академия Красного Феникса. Дар богов (СИ)

— Я… я хотела сказать, что не знаю, как так вышло, — начала я оправдываться, понимая, что по сути всё зависело от того, поверит ли моим словам ректор, или прислушается к сомнениям преподавателя и будет копать глубже. — Просто выполняла все пункты, что значились на доске.
— Фенира, — мягко позвал меня ректор, заставив поднять взгляд от моих колен. — Леди Фенира, никто и ни в чём вас не обвиняет. Произошедшее на занятии профессора Алавар ди Нормуса никоим образом не возводит вас в ранг преступницы. Профессор был несколько… эмоционален, потому что в его практике подобных случаев, пожалуй, и не встречалось. Простите ему невольную грубость, если он вас напугал своим рвением.
Я непонимающе моргнула. Меня что… защищают? И даже не обвиняют во лжи или сокрытии правды? И совсем некстати вспомнился старый добрый принцип «злой полицейский — добрый полицейский». Кто играл какую роль, было понятно и без лишних слов.
Но в любом случае, пока ректор академии на моей стороне, пусть и не искренне, а преследуя какие-то свои личные мотивы, я могла расслабиться. Наказывать и выяснять правду пока никто не будет.
Расмус улыбнулся мне, словно прочитал мои мысли. Ох, а ведь я так и не выяснила, может ли кто-либо в этом мире беспрепятственно считывать чужие мысли? А вдруг…
— Я вижу ещё кое-что, — прервал мою зарождающуюся паническую атаку мужчина. — Судя по состоянию вашей формы, у вас снова был неконтролируемый всплеск силы. Полагаю, не нужно напоминать, чтобы вы обо всём докладывали Лазарию?
— Конечно, — ответила я, поспешно пряча руки за спину. — После визита к вам я собиралась зайти в лекарское крыло и обо всём рассказать господину Лазарию…
— Могу я спросить у вас нечто личное? — вдруг ошарашил меня внезапным вопросом ректор. Я нервно кивнула, не найдя в себе сил на вразумительный ответ. Не хотелось снова срываться на противный писк. — В этот раз тоже магия вышла из-под контроля благодаря вашему куратору?
Я почувствовала, как мои щёки залил горячий румянец. Ну вот, Фенира, сама себя и выдала. И что теперь подумает обо мне Расмус дер Ларнак?
  
Глава 20. Ревность и её пагубное влияние на учебный процесс
 
Разговор с ректором оставил меня в растрёпанных чувствах. Прямо этот благородный мужчина не высказал ни единого дурного предположения, однако не нужно было иметь семи пядей во лбу, чтобы понять, на что намекал Расмус. А именно — не рассчитывать на то, что у меня с его высочеством есть какое-либо будущее. Приличное и одобряемое обществом.
Я даже почувствовала себя в шкуре леди века этак восемнадцатого, которой грозный отец высказывал своё неудовольствие слишком фривольным поведением по отношению к опасному ловеласу на недавнем балу.
Визит к лекарю не добавил спокойствия. Лазарий с искренним беспокойством посетовал, что мои вспышки магии никак не поддаются контролю. Снова прописал курс успокоительных, сказав принимать их утром и вечером, вне зависимости от самочувствия. Со вздохом я согласилась. Как ни крути, освоение магии мне давалось с трудом. А если приплюсовать к этому страх оборота, то…
Кстати, по поводу последнего мне Лазарий сказал, что лучше будет, если я попробую обернуться фениксом сама, не дожидаясь нового эмоционального потрясения. Выдал мне на руки какую-то тоненькую брошюрку, очевидно, для детей, в которой очень простым языком описывался процесс трансформации.
Решив попытать счастья следующим вечером, я с чувством выполненного долга отправилась в свою комнату, чтобы наконец лечь спать. Ни о каких дополнительных чтениях (а я планировала почитать перед сном) уже и речи не шло.
И вот настало новое утро. С трудом раскрыв глаза, я зевнула и потянулась. Мелодичный перезвон будильника заставил с сожалением покинуть мягкую постельку.
— Что у нас сегодня первой парой? — проговорила я вслух, глядя на своё расписание, лежавшее на письменном столе. — Хм… «Магия Смерти. Общие положения».
Я вздрогнула и передёрнула плечами. Я уже знала, что на первом курсе мы должны будем кратко ознакомиться со всеми видами магии, — не только своей профильной. Делалось это для того, чтобы мы лучше понимали магов иной направленности, чем наша. И в целях расширения общего кругозора, конечно.
 
Пока собиралась на пары, я гадала, каким будет предмет профессора Корвуса дер Торинса. Да, наш курс должен был вести куратор факультета Смерти, или как там они себя величали. Арланда мне как-то доверительно шепнула, что побаивается профессора дер Торинса, так как у того была слишком тяжёлая аура, которая буквально припечатывала к земле.
И если уж коренная драконица боялась этого загадочного профессора, то что уж говорить обо мне, девочке из другого мира?
В общем, на пару профессора я собиралась с трепетом и волнением. Встретив подругу в холле академии, я обменялась с ней нервными улыбками.
— Готова к первой лекции? — спросила меня Арланда, когда мы уже почти дошли до нужной аудитории. Я даже замедлила шаг, почти остановившись у порога.
— А разве у меня есть выбор? — спросила я, изобразив страдание и вселенскую скорбь на лице. Арланда засмеялась и легонько подтолкнула меня внутрь, а я пробормотала себе под нос:
— Перед смертью не надышишься. И то верно.
В аудиторию мы вошли в числе последних, но опоздания избежать всё же удалось.
Стоило мне положить на прохладную столешницу парты учебник и тетрадь, как в стенах академии зазвенел звонок.
В аудиторию вошёл профессор Корвус. А вместе с преподавателем в кабинет вплыла тёмная, тяжёлая аура, придавливающая к земле непомерным грузом. Захотелось сесть на подоконник, взять в руки чашку с какао и грустить, грустить, глядя на дождь за окном…
Стоп. Дождя не было. И вообще, за пределами аудитории царило солнечное утро!
Я снова посмотрела на высокого мужчину с бледно-серыми волосами.
— Чувствуешь? — тихо шепнула Арланда, легонько коснувшись меня рукой. Я кивнула. — Это сила мага Смерти. Ух, до мурашек!
И то верно, до мурашек. Я прям ощутила, как вдоль позвоночника пробежался холодок.
— Светлого дня, адепты, — прошелестел тихий голос профессора. Только меня уже было не провести обманчивой мягкостью и слабостью. Глядя на профессора Корвуса приходила мысль не о немощи, а скорее, о тщательно скрываемой мощи, которую боятся показать не потому, что стесняются, а потому, что эта сила попросту размажет всех по стенам, — и мокрого места не останется.
— Как вы знаете, магия Смерти считается одной из самых коварных. И не зря. Словно палка о двух концах, магия Смерти может как дарить жизнь, так и отнимать её. Откройте ваши учебники на первой странице и запишите тему сегодняшней лекции.
Все послушно зашуршали страницами. Я не отставала от коллектива и, раскрыв книгу на нужном месте, вздрогнула. И нет, вовсе не название первой главы меня напугало. «Магия Смерти. Введение». Чего тут бояться?
А вот ровный прямоугольник нежданного послания вселил в меня дрожь. Как я не вскрикнула, даже не знаю.
Заметив любопытство подруги, я накрыла прямоугольник бумаги ладонью и улыбнулась.
— В сумке перемешалось, должно быть.
Арланда лишь плечами пожала, мгновенно потеряв интерес к моим тайнам.
А я, стянув листок к краю стола, дрожащими руками развернула послание.
«Держись от Принца подальше. Это последнее предупреждение»
Я повертела листок со всех сторон, но больше ничего не нашла. Конечно, такие послания всегда анонимны, но чем чёрт не шутит?
Вздохнув, двумя пальцами свернула записку и кинула на дно сумки. Пусть в глазах других я буду ябедой или трусихой, но этот клочок бумаги однозначно был новым поводом навестить ректора.
До конца лекции происшествий больше не было. Если не считать тяжёлой ауры преподавателя, в целом мы не занимались ничем страшным. Просто записывали основные пункты, общие черты и особенности магии Смерти. Сухая теория, — но в нашем случае другое было бы попросту невозможным.
На следующее занятие я шла с лёгким трепетом. Нас снова ждала лекция у профессора рунической магии Грера ван Лун-Хаксера. Преподаватель руники был умён и вполне хорош собой, (я оценила широкий разворот плеч, густые пшеничные волосы и умный взгляд серо-голубых глаз мужчины), но моё сердце почему-то оставалось равнодушным к его харизме. Просто приятный мужчина, которого было интересно слушать. Не более.