Свет погасшей звезды (СИ)

Тяжело вздохнув, он сказал водителю ехать в отель.
***
Наташа встала, широко зевнула и потянулась, подавив острое желание вернуться в тёплую постель. Вошла в ванную комнату и посмотрела на себя в зеркало. Недосып отразился на лице хмурым сонным взором и припухшими веками.
Она допивала какао, слушая по радио «Лингволомку», посмеиваясь над нерадивым слушателем, когда раздался звонок мобильного телефона. Машинально глянула на часы на стене.
Надо же, ровно десять, — отметила пунктуальность подданного Соединённого Королевства и не ошиблась — это был… как он представился? Шамси… эмм… Лемма?
Уверенный мужской голос пожелал ей доброго утра и, не дожидаясь ответа, уточнил место и время встречи.
— Через час в «Пилигриме».
Девушка назвала адрес небольшого уютного кафе-пекарни в двух шагах от её дома. Она часто заходила туда купить ржаной хлеб и киш лорен*.
На церемонное «благодарю» зачем-то кивнула и запоздало спохватилась:
— А как я вас узнаю?
Ответом ей стали короткие гудки.
— Не успела, — досадливо поморщилась она и подошла к окну. Серебристого внедорожника на автомобильной стоянке не было.
— Вот видишь, никому ты не нужна, — продолжила беседу с собой, поворачивая корзину с крокусами другой стороной, не преминув их понюхать. Проверила субстрат под цветами — влажный.
Ночная метель сменилась ленивой позёмкой. Теплее не стало. Солнце не спешило выбраться из-за плотного слоя низких облаков.
Наташа удерживала капюшон, закрываясь от ветра и глядя под ноги. Пробивалась через низкие снежные заносы, жалея, что надела полусапожки на каблуке, два месяца назад купленные под классический брючный костюм.
Щёки горели огнём, ледяные пальцы рук не слушались, тело сотрясала мелкая дрожь. Сегодняшнее субботнее утро девушка планировала провести уж точно не так.
В назначенное время она вошла в ярко освещённый полупустой зал кафе. Тихая спокойная музыка, окутавшее тело тепло, запах свежей выпечки и ароматного кофе слегка расслабили.
Сбросив капюшон, Наташа поправила волосы, собранные в высокий хвост, коснулась пунцовых щёк, судорожно вздохнула. Расстёгивая на ходу шубку, медленно продвигалась вдоль барной стойки, осматривая столики в небольшом зале. Выделила два, за которыми сидели одинокие посетители-мужчины. Остановилась в нерешительности.
Из-за одного из столов поднялся высокий смуглый красавец и улыбнулся ей, как старой знакомой.
Она обмерла. Спортивного телосложения, похожий на арабского шейха в европейском костюме, он уверенно направился к ней. В отличие от неё, мужчина не казался растерянным.
— Наташа… — его карие, внимательные, с лёгким прищуром глаза изучали её лицо. — Счастлив лицезреть вас.
Могла ли она ответить ему тем же? Рассматривала его, в глубине души радуясь, что он, несомненно, не приходится ей отцом.
На вид лет тридцати пяти — сорока, «шейх» выглядел впечатляюще. Аккуратные усы и бородка, чёрные ухоженные волнистые волосы до плеч. Дорогая одежда идеального кроя: простая и удобная. Тёмно-синий блейзер из шерсти, тёмные серые брюки, им в тон свитер тонкой вязки, ботинки челси.
Шамси провёл её к столику. Помог снять шубку, пристраивая на напольную вешалку-торшер рядом со своим пальто. Выдвинув стул, подождал пока Наташа сядет.
Поборов внутреннюю дрожь, она испытала желание как можно быстрее завершить встречу.
— Господин Лемма…
— Для вас просто Шамси, — подвинул он к ней деревянный ящичек с прозрачной пластиковой крышкой. — Примите по случаю нашего знакомства.
В нём, поделённом надвое, лежали розы нежного абрикосового оттенка, похожие на полураспустившиеся пионы и длинная узкая коробка с шоколадными конфетами.
— Спасибо, — смутилась девушка, отметив сильный акцент мужчины.
Опустила глаза на его дорогие наручные часы. Большой палец левой руки украшал крупный золотой перстень. Старинный, из червонного золота, с высокой верхушкой с секретом, он вызвал мучительное любопытство. Захотелось рассмотреть его ближе, исследовать, убедиться, что верхушка не ложная, какие бывают в искусных подделках.
 
Мужчина излучал богатство и власть. Состоятельный и состоявшийся.
Образ идеального восточного князя завершили безупречные манеры и ненавязчивый парфюм.
Наташа принюхалась к мягкому аромату с нотками мёда, табака и розы. Удивительное сочетание — пьянящее и возвышающее.
— Чего желаете отведать? — спросил он, передавая ей меню.
Как из-под земли рядом вырос официант.
— Кофе латте, пожалуйста, и шассон с яблоками, — ответила девушка, отложив в сторону карту.
— Что посоветуете испробовать мне? — поймал Шамси её взор и улыбнулся.
Наташа поёжилась — почти чёрные глаза мужчины прожгли насквозь.
— Здесь вкусная выпечка, — тихо ответила она. — Если любите шоколад, то вам понравится брауни.
Подавив надрывный вздох, продолжила:
— Если голодны, то закажите киш лорен с грибами и сыром. Думаю, придётся вам по вкусу, — с трудом выдержала его взгляд.
«Шейх» заказал чёрный чай с шоколадным десертом, а Наташа металась между желанием немедленно уйти и остаться. То, с каким нескрываемым жадным интересом её изучали, лишало сил. Причина их встречи уже не имела для неё большого значения. Жила же она до сих пор без знаний, которыми он собирается поделиться ней, будет жить и дальше.
Как Шамси ни старался, но не мог скрыть своего пристального внимания к собеседнице. Против его воли он прикипел к её лицу, к глазам цвета камня богини Исиды. Вэлэри… На ней те же украшения, тот же блеск в настороженном взоре, но она иная. Её беспокойство связано с ним. Он для неё незнакомец, и она боится его. Он слышит запах женского страха, видит, как хочется ей сбежать. Но она терпеливо ждёт разъяснений, а он не спешит утолить жажду её интереса.
Шамси неспешно пил чай, не чувствуя вкуса десерта, сознавая, что не желает сравнивать сидящую перед ним женщину с той, какой она станет в будущем. Станет, если позволит он.
Воздух вокруг них наэлектризовался от напряжения.
— Вы знали мою мать? Или отца? — не выдержала Наташа.
— Простите, что ввёл вас в заблуждение, — тщательно подбирал слова мужчина. — Я не знал ваших приёмных родителей.
Вот как? — молча выгнула она вопросительно бровь. О том, что она приёмная, знали единицы. Вертела чайную ложку в пальцах.
— Мне предстоит непростой разговор с вами, и я хотел бы продолжить его в иной, более спокойной обстановке.
Разговор в иной обстановке? — заёрзала Наташа. О чём, если он не касается умерших родителей?
Она пригубила кофе, вслушиваясь в баритон собеседника, производящего на неё непонятное воздействие. Разговорный эриксоновский гипноз? В нём нет чётких правил и фраз, которые сработают. К каждому человеку применяется индивидуальный подход. Что ему от неё нужно?
Разумеется, недремлющая фантазия подкинула один из самых жутких вариантов: ему, или кому-то там ещё, нужна не она, а её трёхкомнатная квартира в историческом центре города и солидный счёт в банке. Как поступят с ней, догадаться не трудно. Её некому будет искать — она одна-одинёшенька в этом мире.
Её состояние не осталось незамеченным.
— Вам нет нужды меня бояться, Наташа.
Предстоящая встреча и разговор с ней казались Шамси несложными. Он желает занять её место в том автобусе, желает вернуться в своё время, желает вернуться к сыну. Он не желает видеть эту женщину в своём прошлом, встреча с которой перевернула его жизнь с ног на голову.
Что может быть проще покупки нужного тура, исходным пунктом назначения которого станет твоё время? — спросил он себя, с сомнением глядя на сидящую перед ним Наташу.
Ещё проще сделать так, чтобы женщины не оказалось рядом с тобой в том автобусе.
Для осуществления задуманного не хватает сущего пустяка — знать время покупки тура, его направление и услугами какого из туристических операторов воспользуется путешественница.