Многомужество: с Владыкой морей (СИ)

"Она не поняла, что является моей истинной? — напрягся, чувствуя как рвутся сухожилия, — Где же её: "Я твоя! Посейдон! Повелитель моего сердца!"" — ведь это именно то, что я ожидал от неё услышать!
— Свежие, только что выловленные! — возбужденно перебила мои мысли своим диким бормотанием! Она довольно растянулась в улыбке и медленно обвела пальчиком мои мускулы. — Ты же Повелитель морей! — внезапно воскликнула и ткнула в грудь своенравная жена, пронзительно заглянув мне в глаза.
Смотря в её безумно соблазнительные очи, я почувствовал, что её время дороже моего. Её десятки лет многократно дороже моих тысячелетий! Её время бесценно... Потому я не хотел, чтобы она тратила свое время на бесполезные переживания, тревоги. Она должна получить всё, что захочет - уверенно решил для себя.
Я крепко обнял свою необыкновенную иномирянку.
"Ты заслуживаешь иметь все самое лучшее. И это то, что я могу сделать для тебя, — я плавно очертил пальцами девичье лицо и поцеловал её взмокший лоб, — Она не знает, что делать, — прикрыл глаза и погладил ее мокрые волосы, наполненные моей стихийной магией, — Ей это и не нужно, — вдохнул её таинственный аромат, — Потому что я знаю, что ей делать, — открыл глаза и посмотрел на свою жену, — Хочет моллюски? Будут ей моллюски", — я привстал и, неожиданно, она испуганно схватила меня за руку.
— Не уходи... — в тонком голоске проступила тревога.
— Ты просила свежевыловленные.
К тому же дела с Риаэлем ещё не закончены...
— Не уходи, — жалобно попросила и крепко обняла меня, — Если уйдёшь... я все океаны высушу! — угрожающе произнесла, крепче сжав свои ручки на мне. — У меня ещё осталась магия огня!
— На все океаны тебе её не хватит, — усмехнулся, а Мария насупилась и шумно запыхтела мне в грудь.
Приятно до ужаса.
"Как у неё только хватает сил на споры? — Мария удивляла меня раз за разом. — Русалки целую неделю плавать не могли после соития, не то, чтоб разговаривать".
Мария была абсолютно другой. Даже сейчас оставалась загадкой для меня. Она продолжала спорить и удерживать в своей постели. Бездна! Её угрозы были безумно милыми! Впервые мне было смешно слушать её ругань, несвязные предложения и, я не злился. Приятно было просто слушать её нелепые речи и обнимать. Сейчас она принадлежала только мне. Была только моей...
  
Глава 9 Не только твоя
 
От лица Марии:
Острый пронзительный импульс ударил в голову. Прошелся ребристым зубилом по сонному мозгу и болезненно разбудил меня! Я распахнула глаза, ощущая легкую тошноту, головокружение и тупую резь внизу живота от которой хотелось свернуться в клубочек и не двигаться.
"Что за настойку я вчера выпила...?" — вспоминала манящую зелёную жидкость с чувством тошноты. — Разве можно такое на балу предлагать?!" — голова разрывалась от боли, все тело ломило и была дикая усталость и безумная жажда.
Над головой плавно развивался рваный кусок балдахина от легкого порыва ветра из окна.
"Неужели котик постарался?" — сомнительно подумала, с трудом перекатываясь на бочок от ярких утренних лучей солнца и поджимая коленки к груди от давящей боли в животе.
В голове вспыхнул обрывок вечера - прекрасный сад с толпой нарядных вельмож в окружение крохотных золотых светлячков и... пустота. Затем опять яркая вспышка вместе с давящей болью в животе и острой пульсацией в висках.
И вот я стою в полумраке замка с мужчиной, за его широкими плечами ничего не видно. В какой-то момент меня тянет вверх. Я приподнимаюсь и целую...
— Дона?!! — от шока резко подскочила на кровати и завертела головой, стирая воспоминание лица правителя в опасной близости.
Мои губы защипали, вспоминая упругие прикосновения, а затем я ошалела, увидев разрушенную комнату. С потолка тихо падали сверкающие от солнца капли, отсчитывая каждую минуту. И снова вспышка ‐ грубые, мучительные прикосновения Посейдона блуждают по всему телу, успокаивают меня и заводят...
 
Я сглотнула, ощутив его властные касания, как наяву и наткнулась на порванное алое платье, что лежало недалеко от кровати на сыром искривлённом деревянном полу. И снова яркая вспышка перед глазами ‐ сильная пощёчина от моей руки и гнев в глазах Дона... а следом я глотаю прохладную воду...
— Мамочки... — пропищала, вглядываясь во вздутый деформированный паркет, который, как губку можно было выжимать! — Он меня утопить пытался!
Дыхание перехватило от страха. Деревянные колья кровати были грубо обломаны, намекая на нашу яростную схватку!
"Не удалось утопить, решил прибить?!" — вжалась в подушки, забыв о безумной боли во всем теле и увидела всплывающие обрывки воспоминаний:
Я цепляюсь за Посейдона руками, ногами, безжалостно царапаю его кожу! Трусь об голый мужской торс, с наслаждением чувствуя грубую плоть, похожую на опасные скалы. Рваная одежда где-то валяется за нами, а Дон, вместо того, чтобы ударить, впивается в меня жадными поцелуями, а затем резко вбивает в гладкий столб!
Жар накрывает от всплывающих картин прошлого, губы во всю пылают и горят огнём! Ладони чешутся от желания дотронуться до твердого и влажного тела Дона!
— У-ух! — резко выдохнула весь воздух из легких, пытаясь развеять дымку воспоминаний.
Ломается столб и, мы падаем в мягкую перину. Дон жадно ласкает меня, а я кайфую!
Обрывки вспыхивают одни за другим, мешая реальность с прошлым! Низ живота уже тянет не от боли, а экстаза.
Я хочу ещё. Хочу Дона!
— Нет! — резко опускаю ноги на пол и проваливаюсь в мокрую труху деревянного паркета. Снова чувствую пульсирующую боль в голове, тошноту, — Он кончил в меня... — вдруг осознаю, ощутив сгусток внутри.
Вспоминаю глубокий горячий толчок массивным предметном с пульсацией до упора и вязкую жидкость с давлением на живот! Сильные сокращения мышц, стоны с эхом в голове вгоняют меня в краску.
Я резко встаю!
С потолка продолжают тихо капать крупицы воды, пока мои ноги медленно погружаются в мягкие слои сырого паркета, как в густой лесной ковёр...
Я ощутила, как по внутренней стороне бедра потекла крупная капля и опустила растерянный взгляд.
— Оу... — напряжённо выдохнула в звенящей тишине и, дверь с грохотом отварилась.
В комнату по-хозяйски вошёл Посейдон в длинном дорогом камзоле с витьеватым малахитовым узором, держа в руках какой-то серебряный поднос с выпуклой крышкой. Я успела только покрывалом прикрыть полностью обнажённое тело с красными пятнами от его требовательных ласк. Приближающиеся грозные и тяжёлые, словно горы, шаги Дона отдавали крупной дрожью в теле. Я вздрагивала при каждом его шаге, а под босыми ногами неприятно хлюпала кашица из древесины.
— Ты проснулась, — уверенно заявил Дон, не сбавляя пугающего темпа, — Только не говори, что ты все забыла. А в прочем, могу напомнить, — уголок его губ приподнялся в опасной улыбке, а в моей голове развернулись баталии одних междометий с пульсирующей болью! Я не ответила ничего, неприлично вылупившись на мужчину, — Ты хотела моллюски, — не дождавшись ответа, остановился в нескольких шагах от меня.
Дон убрал крышку с подноса и положил её на комод рядом. Я увидела гору льда, где поблескивали панцири свежих устриц и мидий, отчего сильно удивилась.
— Я хотела?! — потрясенно воскликнула, подавшись вперёд с вязким хлюпаньем под ногами.
Да я этих слизней на дух не переносила! Не понимала людей, которые высасывают беспозвоночных с запахом тины!
— Уже не хочешь... — задумчиво произнёс, ставя поднос рядом с крышкой, — Теперь тебе хочется сладких ягод? Выпечки или солений? — взгляд Дона странно завис на мне, заставляя вновь вздрогнуть.
"Он намекает... что я беременна?" — с замиранием сердца предположила.
— Посейдон, я не беременна, — поспешила развеять возникшее недопонимание.
На секунду Дон замер, затем взгляд заострился и, он взял одну крупную ракушку с горки льда.