Стаф IV: Охотник за тенями (СИ)
— Не считал. Демоны, ведьмы, мертвецы, бандиты и четверо, попавших под горячую руку. Кто именно интересует? — я почувствовал давление на виски, но не обычное, будто кто-то пробить их пытается гвоздем или чем-то острозаточенным. Даже не знал, как самому себе объяснить, найти нужные сравнения. Ввинчивание некого бура, медленное-медленное, осторожное, но постоянное, настойчивое. Вот на такое походило это ощущение.
Ярко-ярко с подробностями представил, как Семенович падает вместе с присными от вспышки «Шокеда», а затем я вызываю проекцию Арха и начинаю методично вскрывать присутствующим глотки ножом Федора. Создание из иных планов бытия при этом впитывало в себя их души — некие энергетические силуэты, которые выходили из тел и исчезали в зубастой пасти. Отчего демон скалился довольно, периодически рыгал и хлопал себя по животу лапой-лопатой. Помогло. Маг чуть вздрогнул. Может понял тщетность попыток пробить защиту амулета Джоре или таки мои «веселые» картинки сделали свое дело, но воздействие извне прекратилось. А в глазах у некроманта заклубилась, именно так, сама тьма. У Федора огонь, у повелителя молний грозовой фронт, а здесь густой непроглядный мрак, который постоянно находился в движении. И промелькнули на долю мгновения на лице некроманта эмоции настолько сильные, что их казалось ощутил кожей — ярость. Лютая, дикая, звериная. Впрочем, мог и навоображать. Через секунду опять маска вполне себе обычной скуки.
— Пока про нежить, — медленно и с нажимом произнес он, — Где, сколько и при каких обстоятельствах ты их обнаружил? Как смог вывести из строя мертвого некроманта, его прислужника, уничтожить умертвий, и, главное, что с них получилось снять из артефактов и амулетов? Внутренние органы не интересуют, я осмотрел остатки тел, которые доставили в лагерь Волки.
— Мертвецы? — вмешалась, перебивая, Ирия, и подозрительно так посмотрела на меня. Давлетшин чуть сузил глаза, явно раздражаясь.
— Они самые! — это Альфред вступил в «светскую» беседу, — Вы вроде бы довольно неплохо общаетесь, — страшно оскалился, но я уже знал, что это у него полуулыбка из разряда почти добрых, — Разве не рассказал тебе Стаф, что пока вы там победу праздновали и горе заливали, справившись с несколькими десятками зомби всей толпой, он в одиночку разобрался с продвинутой нежитью. Как минимум с пятеркой, — вновь ухмыльнулся, старался поддеть мою «подругу».
— Он не любит хвастаться, — как-то гордо заявила та, и посмотрела отчего-то сначала на Паука, затем на Байрона и после на самого Альфреда. Последний вроде бы даже смутился, чуть покраснел, первые же зло на меня глянули, умели бы убивать взором — давно бы сожгли к чертям, — Я об его победах только по нашивкам новым узнаю или от других людей слышу. Сколько, кого и где — он не отчитывается. В глупом бахвальстве пока не замечен, в отличие…
— Ну? Стаф, мы ждем! — не дал завершить фразу Сестре главный, которая видимо всех тут задела, по живому резанула. Конечно, все здорово, но не понравилось, что обе стороны использовали меня в качестве средства в каком-то своем междусобойчике и разговаривали так, будто меня рядом не было. К черту эмоции, к дьяволу!
— Чего? — спросил спокойно.
И да, рассказывать при всех о произошедшем не собирался. Нашли рядового. Может я и новичок, но точно не новобранец в их армии.
— Я… Мы ждем твоего отчета! — рявкнул тот.
Зря он так. Ой, зря.
Внимательно посмотрел на шеврон на плече, затем на перстень-печатку на указательном пальце, после спокойно ответил.
— Когда и где я перешел в чье-то прямое подчинение? — такого ответа не ожидали, судя по подавившемуся очередным понуканием Альфреда, лицо которого наливалось и наливалось краснотой, по мере затягивания паузы, а некрос наблюдал с неким благодушием, — Вот ищу, где написано, что должен исповедоваться перед кучей малознакомых и абсолютно незнакомых людей. Может проще сразу перед всем лагерем? А что, демонстрацию устроим, я выйду и сказану правду-матку. Если захочу, конечно.
— Ты… — главный бешено завращал тот глазищами.
— Я! — в тон ему ответил, — Обязанности по контрактам, и не только по своим, выполнил на триста процентов. Закрыл. С какого-такого перепуга или по какой такой причине еще должен что-то рассказывать? И кому? Тут только пара человек, которая мне зла не желает, да и то спорно. Я же душу нараспашку? Ну-ну.
— Кто тебе тут может зла желать? — большой босс включил «дурака»?
Отлично. Лучший момент, чтобы изложить свое виденье мира и исключить одну сторону из возможных заказчиков моей головы. Жаловаться плохо? Серьезно? Когда твои враги не просто сильнее, но не преминут так же поступить? Как говорил дядька, с…лядями по по-…лядски, с суками по-сучьи, с людьми по-человечески, а там разберемся. Другое дело, что тот из тюрем не вылезал. Но истина легла сейчас правильно. Дождалась подготовленной почвы. Удобренной, взрыхленной, щедро политой… кровью. Моей, в том числе.
— Например, вот он, — ткнул пальцем в Любомира, в глазах которого сразу возник грозовой фронт, — Меня пару раз он едва не прикончил. При тебе. Сегодня. При чем обвинил в смерти своих учеников. Хотя должен был себя проклинать, свою алчность, глупость и…
— Да я тебя! — выкрикнул виновник «торжества», но применять заклятье не осмелился, но что и рассчитывал, поэтому мерно закончил.
— …и непомерную жажду доставить неприятностей моему, на тот момент, наставнику, за которого я и выполнил работу по уничтожению демонов, а именно, Федору Пламенному, — такого поворота отчего-то тот не ожидал, хотел что-то сказать, но заткнулся.
— Никто не хотел тебя специально убивать, да, в сердцах немного переборщил. Бывает! Но ты ведь жив? — несколько напыщенно, ничуть не испытывая раскаянья, заявил Любомир. На лице же немного смятения, только сейчас, видимо, начал осознавать, что огненному точно не понравится его план. А еще, как все можно повернуть.
Альфред молчал, остальные тоже, я продолжил.
— Еще за мою башку награду кто-то на ровном месте объявил в пятьсот тысяч марок! Вот я думаю, кто это такой шустрый? И когда успел меня так возненавидеть, учитывая, что до этого момента трения были со многими, но… — и, не завершая фразы, многозначительно воззрился на повелителя гроз.
— Уже миллион! — это влез отчего-то очень довольный Никодим.
— Уже миллион, — повторил за ним спокойно.
— Что? — Альфред неожиданно успокоился, вперился в меня взглядом, — Как? Когда? Кто?
Юлы только не хватало, хрустальной совы и знатоков.
— Откуда мне знать, — пожал плечами, — Но это не так важно, специально для тебя информация к размышлению, если забыл, я полноправный член клана «Север», и не должен ему ничего. Он мне, в твоем лице, уже многое, пока видел только обещания. И я рисковал своей головой, теперь же добытые данные должен предоставить просто так? За красивые глаза? На блюдечке?
— Клянусь перед Системой, что никакой награды за голову Стафа не назначал, — неожиданно торжественно заявил Любомир.
Некромант только чуть поморщился.
— Хорошо, — улыбнулся я, — Такую же клятву можешь повторить, но в отношении своих учеников? Сколько их? И наверняка резвые? Любят наставника, за него готовы рвать, и его радовать.
Скрип зубов стал ответом.
— Любомир… — произнес почти по слогам только одно слово Альфред.
— Я разберусь! Но уверен…
— Не говори лишнего, просто выясни. Если твои гаврики — осади. Или это сделаю, хорошо, если я. Федора, кстати, со счетов сбрасывать не стоит. Он, — кивок в мою сторону, — Правильно все сказал. Пламенный твои выверты может истолковать, как плевок в свою сторону. Стаф действительно являлся его учеником на момент, когда вы решили тут интриги заплести.
Маг, не говоря больше ни слова, выскочил на улицу с перекошенной мордой. Борода совсем растрепалась. Выглядел он может для кого-то и жалко, а я хотел видеть его ухоженным, в костюме и в гробу.
Но все равно отлично.
— Разговаривать буду только с тобой и некромантом! — поставил условие. Хотел еще привлечь Никодима, но вспомнив GPS-маркер у банды, опять свое рыло показала паранойя. Но, с другой стороны, она пока только помогала.