Бывшая любовница герцога (СИ)
- Вот именно! - подхватил граф, явно услышав бормотания Зины.
- Простите, милорд, но мне это не интересно.
- Но почему? - опешил тот, явно не ожидая, что Зина продолжит упорствовать.
- Потому что я хочу замуж. Мне двадцать шесть, граф. Сколько еще я смогу быть достаточно привлекательной для предложений, подобных вашему? А потом что? Голодная одинокая старость? Так что - извините, но если у вас нет серьёзных намерений, то мой ответ вам - нет.
Зина намеренно выбирала именно те аргументы, которые, на её взгляд, должны впечатлить такого человека, как граф. Начни она говорить о чувствах, о взаимной любви, романтике, о детях - и тот её явно бы не понял. А вот простые и прагматичные доводы заставили его задуматься.
- Что же, - протянул граф, отводя взгляд в сторону, - я понимаю вашу позицию, миледи, и отношусь к ней с уважением. Простите, но я пока не готов расстаться с холостой жизнью - даже ради обладания такой красавицей, как вы.
На этом месте он улыбнулся, но как-то скованно, словно внезапно почувствовал себя неловко - что для человека с его характером выглядело немного странно. Как если бы вся его распущенность и веселость - только маска.
- Пожалуй, не смею вас больше задерживать тогда, - поклонился граф и направился к выходу.
- Граф, - окликнула его Зина, и тот обернулся, не сумев скрыть мелькнувшей в его глазах надежды.
- Вы можете заезжать ко мне просто по-дружески, - предложила ему девушка.
- Боюсь, ваш будущий жених не одобрит такой дружбы, - криво усмехнулся граф Даниятский, - но спасибо за предложение.
Граф уже покинул её гостиную и её дом, а Зина всё не могла отойти от разговора. Как-то ей было жаль красавчика графа - потому и предложила ему в последний момент свою дружбу. Ну и еще потому, что он был довольно веселым и приятным собеседником, а друзей у Зины не было вообще никаких. Но то, что графу нужна не дружба - весьма очевидно, так что вряд ли он воспользуется её предложением.
На этом Зина оставила свои терзания и отправилась заполнять бухгалтерские книги. А к ужину Карл принёс ей очередное приглашение - на этот раз на приём, на котором она обязана присутствовать по сюжету.
Глава 11
Приём - это не то же самое, что бал. Бал, на котором была объявлена помолвка - это одно, а приём в честь помолвки - это другое. Ну, это как поняла Зина.
И вот теперь ей надо было сшить платье еще и для приёма. Да на этих платьях разориться можно! Когда Зина подсчитывала свой бюджет, она никак не брала во внимание расходы на платья, учитывая, что у неё их целый гардероб. Однако, Мила и Дана в два голоса твердили, что эти платья её сиятельство уже надевала, а повторно появиться в одном и том же в свете нельзя. Когда же Зина посетовала на необходимость экономить, девушки подсказали ей приемлемый выход: перешить одно из уже имеющихся платьев.
Так она и решила поступить. Зина пригласила в гости госпожу Лавинию - ту самую портниху, что шила ей бальное платье - и вместе они перебрали гардероб Эжении, чтобы выбрать платье и обсудить, какие изменения в него внести. В итоге выбрали пышное бальное платье из вишневого бархата, которое госпожа Лавиния сделает менее пышным - так как фасоны для приёма отличаются от фасонов для бала - а также добавит к нему золотых деталей. Например, треугольник лифа сделает золотым, добавит золотую вышивку на рукава и подол, пустит по краю подола золотое кружево.
Прическу Зина тоже обдумывала тщательно - ведь это будет начало её рекламной кампании. В итоге по её просьбе Мила заплела ей вокруг головы французскую косу с добавлением алой шелковой пряжи и вытягиванием "ушек" - для большего объёма. Конец косы они закрутили в улитку на затылке, закрепив шпильками. Золотые волосы Эжении с добавлением алых прядей смотрелись шикарно - и отлично гармонировали с нарядом. Зина специально подбирала цвет пряжи так, чтобы она отличалась по оттенку от цвета платья - иначе прическа и наряд сливались бы. Но при этом всё вместе не смотрелось аляписто и безвкусно. Единственное, что беспокоило Зину - так это то, что бордовый с золотом - исконные цвета королей. Не сочтут ли её наряд слишком дерзким? Или уже не то время? Наверное, не то, иначе портниха бы подсказала - уж она-то знает, кому и что можно шить.
В оставшиеся дни до приёма Зина готовила будущую парикмахерскую. В выбранном зале она вместе с горничными перебрала и пересмотрела все складированные там вещи, а затем поручила мажордому большую часть вещей вывезти и продать. Остальные были вымыты, выстираны, отремонтированы и использованы по назначению. Заказала Зина и необходимую мебель, которую как раз должны были доставить за день до приёма.
Сам зал тоже был вымыт и отреставрирован: стены по просьбе Зины красиво драпировали цветной тканью, тяжелые портьеры раздвинули, а окна завесили лёгким тюлем, пропускающим дневной свет. Зина решила, что днём света из огромных, до потолка, окон, ей вполне хватит, а вечером надо будет сдвинуть портьеры и зажечь свечи. К сожалению, электричество, хоть и было уже изобретено, но еще не вошло в обиход, так что все по старинке пользовались свечами, да керосиновыми лампами. Уличные фонари работали на газу, но в доме Эжении газового освещения не было, а Зина не знала, стоит ли его прокладывать, хотя такая возможность, как она поняла, была. В итоге девушка решила, что это не такой уж насущный вопрос, а потому не требует срочного решения.
Получившийся зал порадовал Зину: просторный, элегантный, рассчитанный на пять рабочих мест (хотя горничных у неё было всего две, но Зина мыслила и на будущее тоже). В углу Зина поставила передвижной столик, чтобы можно было угощать клиенток чаем прямо на месте - например, пока они ждут, когда окрасятся волосы. Здесь же Зина организовала и уголок для мытья головы, установив раковину и умывальник над ней - правда, воду придётся греть и носить сюда вёдрами. Холодная вода была проведена только в одно место - на кухню, оттуда и распределялась по всему дому. Ведрами, да. Ну, хоть канализация была - и то ладно. А то, будь это реальный исторический роман, Зина ведь могла оказаться и в Лондоне времен великого зловония.
К слову, уделила Зина время и для того, чтобы побольше узнать о месте, в которое её занесло. Выяснилось, что страна, в которой она проживает, носит название Конкордия, и расположена она на территории современной Европы, а если точнее, то занимает её полностью, ещё и часть России прихватывает. Никакой Франции, никакой Англии тут не было и в помине - была одна страна, поделённая на герцогства. Интересно, что в романе об этом не говорилось вообще. Ни название страны, ни где она расположена территориально - только герцогства да графства упоминались. При этом действительность во многом была заимствована из нашей истории - расположение материков, времяисчисление, стороны света, календарные месяцы и многое другое. Основной религией являлось христианство, и год от Рождества Христова шёл тысяча восемьсот пятьдесят шестой.
Что касается других материков и стран, то Северная и Южная Америки тут носили объединённое название - Индеанополис, на их территории обитали только разрозненные индейские племена, а территория России и Азии была объединена под флагами единого государства - Варнавии, с которым у Конкродии сто лет назад была кровопролитная война. Австралию же либо ещё не открыли, либо её просто не было. Единственный континент, сохранивший своё название - Африка, но там не было никаких колоний, просто дикие и не очень африканские племена. С африканскими и индейскими племенами торговали и Конкордия, и Варнавия, но вот установить на тех континентах своё влияние эти страны друг другу не давали. Наверное, только поэтому африканцы и индейцы могли до сих пор жить спокойно.
Надо ли говорить, что все эти подробности в книге тоже не упоминались? А вот имя правящего короля в романе фигурировало - звали его Георг Второй Понтаклер, по прозвищу Решительный. Понтаклеры, к слову, были правящей династией уже три столетия.