Бывшая любовница герцога (СИ)

- По какому делу? - Криво усмехнулся Ванрелл. - Я не мальчик, миледи, и прекрасно знаю, по какому делу может заходить к молодой и красивой вдове без пяти минут женатый мужчина. Явно не с целью предложить свои ухаживания и не с целью сопровождения её на приём. Да и не видно что-то Ланттарского здесь. 
С этими словами герцог демонстративно обвёл глазами зал. Зине пришлось ещё несколько раз выдохнуть и вдохнуть, прежде чем она смогла ответить. Этот Ланттарский со своей невестой уже в печёнках у неё сидят! И здесь сумели подгадить, пусть и не специально, но всё же. Это с одной стороны, а с другой - хорошо, что данный вопрос всплыл сейчас, а не после помолвки. Всё же они с герцогом Монтеберским еще очень плохо друг друга знают - отсюда недоверие и сомнения. Им надо откровенно поговорить друг с другом - но если и после разговора Жак не сможет ей поверить, что же: значит, им не по пути. Всё это Зина и озвучила пытливо на неё глядящему мужчине, предложив прогуляться по саду вокруг дома и поговорить. Герцог согласился и сам повёл девушку в сад, предложив ей руку. 
Какое-то время они просто шли, то ли думая о своём, то ли любуясь цветами, затем герцог заговорил:
- Вы расскажете, зачем на самом деле к вам приходил Оделл?
Зина отметила, что он всё-таки поверил ей - или сделал вид, что поверил. Во всяком случае, готов выслушать. И она начала рассказ - с самого начала, опустив лишь собственное попаданчество. О расставании с герцогом Ланттарским, о его помолвке, о том, что невесте герцога донесли про бывшую любовницу. О навязанном поцелуе тоже рассказала, ощутив, как напряглась в этот момент рука мужчины под её рукой. О том, как помог ей граф Даниятский, с которым они создали фальшивые слухи по поводу их якобы романа - как ни странно, но к этому обстоятельству герцог отнёсся спокойно. И, наконец, о странном посещении её дома графиней Траутской, о нестандартной причёске, которую та попросила сделать, и о помолвочном кольце, оставленным девушкой в качестве благодарности. Так, рассказ плавно перешёл к тому, как в её дом ворвался разъярённый герцог Ланттарский и вывалил на Зину кучу обвинений. 
Под конец её рассказа герцог хмурился и кидал на Зину обеспокоенные взгляды. 
- Мне не нравится, что вокруг вас плетутся какие-то интриги, смысл которых до конца не ясен, - хмуро сказал он. Не успела Зина возмутиться и ответить, что ей это тоже не нравится и вообще, никто его не держит, как Ванрелл продолжил:
- Я могу вас защитить, но надёжнее всего это сделает моё имя. Сейчас вы беззащитны - за вами нет влиятельных родителей или мужа, но если вы станете моей невестой, то моё имя будет уже достаточной защитой для того, чтобы интриганы, как минимум, выбрали себе другую жертву. 
- Я не собираюсь выходить за вас только ради защиты, - сочла нужным предупредить Зина. - Как-нибудь справлюсь сама.
- Не сомневаюсь, - мягко проговорил герцог, и в его взгляде вновь появилась исчезнувшая было теплота, - но всё-таки вынужден настаивать на помолвке. Понимаю, что обидел вас своим недоверием и вы вправе передумать... Но прошу вас не делать этого - ради вашей безопасности, в первую очередь. Клянусь, что разорву помолвку по вашему первому требованию, и не буду ничего от вас требовать.
- Но зачем вам это? - Недоуменно спросила Зина. - Вам ведь нужен наследник, а значит, нужна жена. Зачем тратить своё время на ту, которая может отказаться таковой становиться?
На это герцог покачал головой:
- Если бы мне нужен был только наследник, я бы вообще, возможно, не женился - можно ведь сделать так, чтобы забеременела любовница, а потом просто признать бастарда. Нет, мне нужна нормальная семья, с нормальной адекватной женщиной. И, думается мне, что я такую уже нашёл.
На этих словах герцог выразительно так посмотрел на Зину, а затем продолжил:
- И, надеюсь, что она сможет простить меня за то, что я усомнился в ней. 
Зина ощутила, как пульс ускорился, а во рту пересохло от волнения. Слова герцога о нормальной семье нашли отклик в сердце Зины - именно об этом мечтала и она сама, да и то, что мужчина извинился, говорило в его пользу. Но, оказалось, что герцог еще не закончил:
 
- Однако, прежде чем спрашивать повторно ваше согласие на помолвку, я считаю, что вы заслуживаете ответной откровенности с моей стороны. Пусть с этого дня между нами не будут стоять никакие слухи - ни о вас, ни обо мне.
- Вы не обязаны... - попыталась возразить Зина, но герцог её остановил:
- Не обязан, но я хочу рассказать вам. Вам ведь интересно узнать, что случилось с моей женой, и откуда у меня эти шрамы? Можете не отвечать, я знаю, что интересно, но вы достаточно тактичны, чтобы не спрашивать меня об этом. 
Зине действительно было любопытно, но она опасалась того, что своим любопытством всколыхнёт болезненные воспоминания мужчины, да и не было у неё раньше права на проявление такого рода любопытства - всё-таки герцог был ей, по факту, чужим человеком. Но теперь она станет его невестой - и он прав, будет лучше, если между ними не останется недомолвок. 
- Вы говорили, в свете ходит две версии, - начал свой рассказ герцог. - Первая гласит, что это я убил свою жену, а вторая, что я пытался её спасти. Правда же в том, что это она пыталась меня убить. 
Зина тихо ахнула и тут же закрыла рот рукой, чтобы не мешать мужчине изливать душу. 
- Быть молодой состоятельной герцогиней - чем не предел мечтаний для честолюбивой девушки? - скривил губы в усмешке герцог. - Вот только супруг в эти её планы не вписывался. Я, видите ли, пытался ограничивать её аппетиты, намекал, что пора подумать о детях - не всё же гулять да веселиться. И в какой-то момент супруга решила, что быть богатой вдовой ей гораздо выгоднее и удобнее. Я не знаю, где Элен взяла динамит, и кто надоумил её взорвать мой рабочий кабинет. Но этот человек явно не рассказал ей о технике безопасности. Она, похоже, вообще слабо представляла, как это работает: заложила взрывчатку в кабинете в моё остутствие, и сразу же подожгла фитиль. Далеко отойти не успела - так что взрывом задело и её. Я бросился в то крыло сразу же, как только взрыв сотряс замок. Элен засыпало обломками и, пока я пытался её вытащить, на меня обрушилась часть стены. Так я потерял глаз и приобрел несколько шрамов, один из которых украшает моё лицо. Другие скрыты одеждой и, сказать, по правде, выглядят не так ужасно, как этот. Элен спасти не удалось - когда завал убрали, она не дышала. 
Зина молчала, не зная, что сказать. История, рассказанная герцогом, повергла её в ужас. Правда оказалась куда чудовищнее и, в то же время, реалистичнее любых, самых жутких слухов. 
- Вы... любили её? - наконец, тихо спросила девушка - и по взгляду мужчины поняла ответ. Любил. Оттого ему было вдвойне больнее: и потеря, и предательство - и всё в один день. Как можно было такое пережить и не сломаться? У Зины не было ответа. 
- Теперь вы знаете всё, - заключил герцог Монтеберский. - Если у вас остались какие-то вопросы, задавайте - я постараюсь ответить.
- Может быть, ваша жена была такой же жертвой? Может, это не она всё организовала?
- Увы, - с болью в голосе ответил герцог, - я бы хотел так думать, но факты - упрямая вещь. Я лично расследовал обстоятельства произошедшего. Единственное, в чём я убежден, так это в том, что Элен на такое кто-то надоумил - сама бы она в жизни не догадалась использовать взрывчатку. Куда проще отравить неугодного мужа. К сожалению, я так и не выяснил, кто это мог быть. У Элен был весьма широкий круг общения, а динамит тогда только изобрели - и его обсуждали на каждом шагу. 
- Так, может, она сама и решила его использовать, наслушавшись разговоров? - предположила Зина, на что Жак лишь пожал плечами, говоря тем самым, что, мол, всякое возможно. 
- А те слухи, - вспомнила Зина, - по поводу того, что вы оказываете какие-то особые услуги короне?
- Это правда, - ответил герцог со вздохом, - хотя я и не понимаю, каким образом это просочилось в массы. Я помогаю расследовать дела, связанные с аристократией - то есть там, куда обычной полиции вход заказан. Но это - тайна, и я прошу вас, Эжения, не распространяться об этом. Вам я сообщил, так как вам надо это знать, если всё-таки решитесь стать моей невестой.