Звериная пара (СИ)
— Но? — это «но» мне уже не нравилось.
— Но вариант тебе не понравится.
Я уставилась на дядю. Ожидала я чего угодно, но только не этого.
— Восстановить резерв самым быстрым и безопасным способом можно через секс с оборотнем. У них витальная, природная сила, почти неиссякаемый ресурс.
— Дядя Антип, ты серьезно? — у меня даже ложка из рук выпала.
Он с серьезным видом кивнул.
— Ну а другой способ? Есть же еще варианты?
— Через амулет, но камень для тебя не подобран, а подбирать его надо было раньше, на полной твоей силе, но так как ты блокировала дар, и мы его с твоей бабушкой не развивали, то подобрать его не представлялось возможным. — Он тяжело вздохнул. — Это твой единственный шанс на восстановление.
Я сложила руки на груди.
— Хорошо, а если я не захочу восстанавливать его. Ну что тут такого? Буду жить как обычный человек. Как и жила до этого. Вернусь к своей обычной жизни.
Антип молчал. Глаза у него были грустные. По одному его взгляду мне было понятно, что никакой «прежней» жизни у меня уже не будет. Никогда.
— Если бы ты не использовала силу до этого момента, то, возможно. Повторюсь, возможно. Можно было бы оставить все как есть, но ты использовала свой дар, Ариш, и теперь там не просто пустота внутри тебя, там дыра, в которую будет засасываться и твоя жизненная энергия. Ты снова сгоришь, но уже физически. Умрешь, — совсем тихо договорил дядя.
А мне хотелось рычать от всего этого!
— То есть вы с бабушкой меня всю жизнь огораживали от этого мира, но забыли предупредить, что этот ваш мир может сам прийти ко мне, и мне придется в нем учиться с нуля выживать. В свои девятнадцать лет! Хотя обычно тут всех обучают с детства! Спасибо огромное за вашу такую замечательную заботу! — разозлилась я и вытерла глаза, слезы сами появились на душившую меня обиду.
— Мы совершили ошибку, — как-то безжизненно и обреченно ответил Антип. — Прости нас, Ариш!
«Совершили ошибку», — повторила про себя я и откинулась на спинку кровати. Внутри опять поднималась волна обиды и боли. Зачем вообще было нужно что-то от меня прятать? И растить как обычную девочку.
«Брошенную родителями девочку», — сжала я зло губы. Пока я не могла простить такого вранья. И видеть их не хотела: ни дядю, ни бабушку. Но и умирать из-за этого не собиралась. Пора было повзрослеть окончательно.
— Совершили вы, а исправлять теперь мне, — я громко вздохнула. — И с кем я должна вступить в половую связь?
Дядя нахмурился, услышав грубый ответ, но уже не пытался как-то смягчить для меня реальность.
— Я предлагаю Серафима.
— Нет! — выпалила я сразу же. — Никогда!
— Он самый сильный волк, после Ворона.
— Тогда я вступлю в связь с Вороном.
Дядю снова передернуло, но он попытался взять себя в руки.
— Ворон не согласится.
— Так ты его не спрашивал. Пусть откажет мне напрямую.
— Ариша, с Вороном все не так просто.
— А с Серафимом, значит, легко? И часто он так магесс ваших «выручает»? Всех перетрахал? — разозлилась я окончательно. И главное, ну не все равно ли мне, кого он там в постель к себе тащит?! Вон как приревновала. Самой тошно. Ну почему? Почему именно этот надменный грубый волк меня так заинтересовал!
— Да что ты! — махнул рукой на меня дядя, будто отгоняя злого духа. — Девочкам помогают их мужья или партнеры. Мы никого никогда не принуждали.
— Я первая, что ли?
— Ты — уникальный случай. Требующий нестандартных решений.
— Повезло-то как! — язвительно протянула я. Мне хотелось плакать. Я никогда не носилась со своей девственностью, но черт побери, я хотела сама решить кому ее подарить! А не так, как сейчас — лечь под оборотня. Оборотня! Чтобы выжить.
Антип взял мои дрожжащие пальца и сжал.
— Я поговорю с Архимагом. Мы попробуем найти решение без... этого всего. Постарайся успокоиться. Это очень важно, Ариш. Злость все ускоряет.
— И плакать тоже запрещено?
Антип тяжело вздохнул:
— Я заварю тебе успокаивающий отвар.
Сжал крепче мои пальцы и выпустил руки из своих. Потом молча кивнул и вышел из комнаты. А я запустила подушку в стену. Собственное бессилие просто бесило!
Серафим. Семь лет назад
— Это шутка? — я смотрю на Антипа и пытаюсь держать себя в руках.
— Ты думаешь, я бы шутил такими вещами? — Антип тоже злиться. Смотрит на меня, дыру сверлит. Будто это поможет забрать так нужную ему витальную энергию.
— Разве нет другого выхода?
Антип дергает головой, отмечаю и тени под глазами, и уставший потухший взгляд. Значит, нет. Он бы ради племянницы до врат ада докопался, если бы пришлось. Похоже я его последний шанс.
— Почему я? — что я хочу услышать? Что Арина сама на меня пальчиком указала. Сказала: «Он, и точка!» Зачем спрашивать про очевидные вещи? Ей нужна витальная энергия и быстро, а я тут «первый волк на деревне».
— Серафим, — как-то по-отечески произносит Антип. — Кто же тебя может заменить?
Про замену слышать было... неприятно. Болезненно неприятно. Зверюга сразу когтями по ребрам прошелся, оставляя зарубки, мол, запомни, тебя выбрали только из-за силы.
— А что Арина говорит? — получилось хрипло и слишком заинтересованно. Антип сразу щурит свои бесовские глаза мага, сканирует меня, старый черт, ищет крючок, за который подцепит. Я усмехаюсь. Не Антипу. Себе. Вот не все ли равно мне, что она говорит? Это же приказ Архимага или будет его приказом — Антип все сделает, чтобы ее спасти.
— Приняла с достоинством, — сухо отвечает Антип, а я понимаю — врет. Да, небось, весь его чайный сервиз перебила. Хотя Антип мог ей сказать, что будет искать решение, которого нет. Контур и баланс восстанавливали только таким способом... уже лет пятьсот, как волки стали сотрудничать с магами и нашли в этом сотрудничестве больше плюсов.
— Ясно, — делаю вид, что поверил. Ну вот и что мне теперь делать? Явиться к ней в спальню и трахнуть, как полагается, а потом хлопнуть в ладоши, поздравить с выздоровлением и уйти в закат? Как Антип вообще это представляет? Она же молоденькая совсем. Влюбится еще...
На последних словах Зверь внутри меня рычит, и я собственной силой затыкаю ему пасть — огрызаться он на меня будет за правду. Снюхался с рыжей. Когда успел только! Обычно никого внутрь не впускал. Никто ему не нравился до этого. А тут рыжая девица в рабочей робе с перемазанным от сажи лицом и огромными бирюзовыми глазами появилась — и все тут, виляет хвостом.
Я видел лишь девятнадцатилетнюю девчонку, неумеху с упрямым характером. Двумя словами — занозу в заднице. Но все равно меньше всего на свете я хотел бы стать причиной ее слез. А я стану. На меня так великодушно возложила эту роль пара старперов с магией. Могли бы уже поднапрячь свои мозги и найти решение менее эмоциональное и травмирующее.
Я же даже не ее парень. И им никогда не стану. А видеть меня придется ей с завидной регулярностью.
Антип крутит перстень на пальце и молчит. Не знает, что сказать, или меня ждет еще один неприятный сюрприз.
— Серафим, — снова зовет по-отечески, и я понимаю — второе. — Ариша очень впечатлительная, эмоциональная, нельзя допустить, чтобы она привязалась к тебе. Никаких нитей, даже тоненьких, Серый.
— Оборвите сами, вы тут большие мастера, — отвечаю, еле сдерживая рычание. Он мне предлагает еще и нити обрывать, которые Арина может накинуть? Так она накинет, она же не расчетливая дрянь. Откроется мне в эмоциях, а я, значит, «нож в сердце» ей всадить должен. Вырвать симпатию, чтобы всем потом легче жилось?
Антип отводит глаза, и это мне уже совсем не нравится. Вот нисколечко.
— Я не смог, — ответ тихий и обреченный. Третья паршивая новость.
— Что значит, не смог? — уже мало контролирую речь.
— Не понимаю, не смог. Я не вру тебе. Вроде обычные магические нити симпатии, такие и не трогают даже, потому что они ни на что не влияют, а тут как паучья паутина — тонкие, но очень крепкие. Порвать сможешь только ты сам.