Давным–давно...Ходящая в тени (СИ)

— Так это... врождённое обаяние, — Арникус забрал мешок из рук Джим. — Я тебе всегда говорил: нас любят все. И знаешь, почему? — девушка усиленно затрясла головой, а юноша, глядя на её реакцию, по–мальчишески улыбнулся. — Потому что мы чертовски обаятельные!
Вокруг раздался дружный смех. Арникус сердитым взглядом обвёл двор — вся челядь и воины были при делах и упорно делали вид, что ничего не слышали, а смеялись о своём насущном.  Видно, что–то почувствовали, раз сразу притихли.
— Кто бы сомневался, — Джим тоже невольно заулыбалась, покорно следуя рядом с незнакомым, грозным, но таким родным Арни.
Они вошли внутрь и сразу же направились по огромной лестнице на третий этаж. В полном молчании прошли длинным коридором, стены которого были сплошь украшены старинными гобеленами и картинами. Везде висели светильники, распространяющие мягкий приглушённый свет, создающий дополнительную освещённость и уют.
— У тебя очень красивый дом, — просто сказала Джим.
— Спасибо, — тихо ответил Арникус, посмотрев на подругу. Остановился перед входом в покои. — А вот и твоя комната! — торжественно толкнул массивную дверь, приглашая Джим пройти внутрь. Как только девушка прошествовала мимо, зашёл следом, опустил её дорожный мешок на ближайший стул и снова взял на себя роль хозяина. — Вон в той комнате душ, — увидел удивлённое выражение на лице Джим и громко засмеялся. — А как ты хотела? У нас всё, как у людей. Вон та дверь ведет в гардеробную.
— Арни, может, в твоём доме найдётся что–нибудь менее величественное? — Джим, застыв на месте, в ужасе рассматривала ступеньки возле кровати и свисающий по кругу балдахин. "Одна кровать, как целая комната".
— Нет, — Арникус едва сдерживался от нового приступа смеха — настолько девушка выглядела ошеломлённой, осматриваясь вокруг. — Моя комната чуть дальше по коридору. Кстати, если это тебя успокоит — она в два раза больше этой, — не выдержал. Засмеялся. Поправил Джим волосы и отошел к двери. — Отдыхай!
Когда Арни закрыл за собой дверь, Джим ещё раз огляделась. Приняла душ, переоделась в чистые вещи, просушила полотенцами свои непослушные волосы и, как могла, заплела золотистые локоны в косу. В конце концов, спать хотелось очень сильно, поэтому она с обречённым видом полезла на монстра — кровать. "Да здесь как ни ляг, хоть вдоль, хоть поперёк, всё едино — до края не дотянешься", — усмехнулась девушка. Для интереса пару раз перекинула подушки с одной стороны на другую, выбирая наиболее удобное для себя расположение. Вроде бы нашла, с блаженным видом улеглась, закинула руки за голову. Какое–то время лежала и рассматривала замысловатые узоры по резным стойкам и балдахину. Не поймав ни одной толковой мысли, перевернулась на живот и уткнулась лицом в подушку. "Я немножко", — пообещала то ли себе, то ли своей совести. А через мгновение уже крепко спала.
Разбудил её лёгкий ветер, врывающийся через приоткрытое окно. Разомлевшая Джим перевернулась на спину и отметила, что в комнате царил полумрак. "Интересно, сколько я проспала на этот раз?" Села и с любопытством кинула быстрый взгляд на окно. "Сумерки", — выдохнула. Аккуратно спустилась с высокого ложа и направилась к окну — оттуда доносился звон оружия.
На улице постепенно темнело, так как солнце только–только спряталось за горизонтом. Но, несмотря на это, всё ещё можно было рассмотреть внутренний двор и понять, что там, внизу, идёт полномасштабная тренировка. Огромная площадка была полностью занята воинами. Все они были раздеты по пояс, лишь снизу всё тот же странный наряд. И у каждого в руках…
— Глазам своим не верю, — восхищённо выдохнула Джим. — Глефа! [5]
"Теперь понятно, откуда такое мастерство владения техникой фехтования шестом".
Посередине площадки кружился Арникус. Он тоже был одет в штаны–юбку. И только у него единственного в руках оказался шест. Он стоял в спарринге сразу с тремя юношами и с лёгкостью уходил от колющих и рубящих ударов, сыплющихся на него со всех сторон. Джим чуть из окна не вывалилась, пытаясь в наступающих сумерках рассмотреть, что происходит внизу на площадке. Когда её зрения стало не хватать, чтобы улавливать во мраке суматошно перемещающиеся мужские фигуры, она втянула себя внутрь, метнулась к походному мешку и быстро надела заплеч. Подумав, накинула сверху жилет и бегом помчалась вниз, ведомая единственной мыслью: "Тоже хочу".
 
Не чувствуя под собой ног, она по наитию промчалась по незнакомому коридору, сбежала по ступенькам. Заметив впереди массивную дверь, выскочила во двор и перепугала ничего не подозревавших, проходивших мимо жителей замка. Хмыкнула. Пожала плечами и побежала дальше, слыша знакомый звук поющего оружия. Обогнула край башни и остановилась, умилённо разглядывая, как тренируются воины.
Её тут же заметили. Мужчины остановились и удивлённо воззрились на девушку, не понимая, зачем этот человек здесь. Арникус же, напротив, улыбаясь пошёл к ней навстречу. Джим припустила бегом.
— Пожалуйста. Пожалуйста! Арни, позволь мне к вам присоединиться, — её глаза блестели в азарте от предстоящего спарринга, лёгкий ветер трепал выбившиеся из причёски локоны, на щеках девушки играл лёгкий румянец. — Ведь последний раз, когда я участвовала в такой массовой тренировке, был на первом курсе. Тренеры, что занимались со мной все эти годы, не в счёт, — она остановилась напротив него и от нетерпения даже начала перетаптываться с ноги на ногу, широко раскрытыми искренними глазами поймав взор юноши. Начала сумбурно объяснять: — Понимаешь, за последние четыре года никто не выбирал своим оружием шест. Вообще никто! Ведь только в этом году появилось сразу несколько шестоносцев, а в руках двух юношей открылся магический посох–жезл, — тут она скривила губы и посетовала: — Вот только я–то уже закончила своё обучение и уехала из академии, — вытянув голову из–за плеча друга, Джим обвела взглядом широкий полигон. — А тут такой уровень, такая динамика движения! Прошу тебя!
Арникус не отводил изумлённого взгляда от её лица. Неловко кашлянул. Отошёл в сторону, пропуская её на тренировочную площадку, и протянул руку вперёд в приглашающем жесте:
— Да, пожалуйста! — обвёл строгим взглядом воинов, предупреждая о том, что любые реплики сейчас были бы неуместны и обратился к одному из них: — Катариус, прошу тебя.
— Арни….  — у юноши от ужаса округлились глаза. Замолчал, опустил взгляд и быстро заговорил: — Ваше Высочество, позвольте отказаться. Я боюсь навредить вашей гостье. 
— Смотри, чтобы она тебе не навредила, — засмеялся Арникус, наблюдая недовольство его решением и молчаливое осуждение на лице каждого воина, находящегося на площадке. Повернулся к девушке. — Иди, дорогая. Наслаждайся, — и более тихо, для неё, хотя прекрасно знал, что был услышан всеми остальными: — Задай им жару!
Джим счастливо засмеялась, обошла его и мягкой, слегка пружинистой походкой пошла на площадку. Она видела, как хмурятся воины вокруг, но её это совершенно не трогало.
— Джим! — окликнул её Арникус, раскручивая шест сначала в одной руке, потом плавно переведя его в другую. Как только она обернулась, запустил вращающимся оружием в сторону Джим.
Девушка красиво переместилась на траекторию полёта шеста, подпрыгнула и поймала его, изящно продолжая инерцию его движения, раскручивая точно в таком же порядке, как это только что сделал на её глазах Арникус. С каждой секундой шест в руках Джим раскручивался всё быстрее: он, как живой, перемещался с её кисти на тонкое запястье, с запястья на сгиб локтя, по предплечью и оттуда на плечо, плавно переходил на шею и спускался в другую руку. Шаг вперёд. Немного отвела носок правой ноги в сторону, перекинула шест в ведущую руку, выпрямилась и точно так же, как Арникус послал шест ей, смеясь, отправила его обратно хозяину. Хорошо, что она не видела, как в этот момент у воинов вытянулись лица.
— Прекрасно сбалансирован, — улыбнулась. Она не отводила  взгляда от Арникуса, который только что ловким движением поймал шест и воткнул оружие в землю рядом с собой, опираясь на него. — Но для меня будет длинноват.