Как построить звездолёт 4 (СИ)
Знание языков уже на следующий день пригодилось девушкам, когда им поручили отремонтировать корвет, попавший под огонь автоматической ракетной платформы. У корабля было уничтожено всё антенное хозяйство, разбит один из двигателей, пробит в нескольких местах корпус. Сам владелец этого корвета был из какой-то империи. Он плохо владел общегалактическим языком, больше говорил по занайски. Саша перешла на этот язык, и узнала, что владелец корабля перевозил груз из одной системы в другую, но полетел из-за боязни пиратского нападения не по тем координатам, где была нужная система, а решил сделать лишний прыжок, обогнув область вероятной опасности. Но ему не повезло. Там, куда прыгнул корвет, оказалась оставшаяся после недавнего конфликта Ранка с Занаей автоматическая ракетная платформа, которая обстреляла звездолёт, как только он вышел из подпространства.
Девушки опять использовали свои древние дроиды и оборудование стенда верфи. Ремонт затянулся на трое суток — оказались повреждены несущие балки корпуса. Следующие трое суток выдались авральными. Прибыл исследовательский корабль Даниана, который потерял всю свою артиллерию, половину реакторов и десять двигателей, после боя с пиратским кланом.
Этот звездолёт был лёгким крейсером, поэтому на его ремонт были брошены сорок техников и десять инженеров вмести с сотней различных дроидов. Землянкам достался по жребию ремонт медотсека… Они справились с заданием в указанные главным инженером сроки. Ремонт принёс и трофеи. Вскрывая пол для получения доступа к кабелям, идущим к капам, Лена обнаружила тайник. В нём лежали несколько нейрочипов, игломёт с полным магазином и заряжённой батареей, и шесть обручей серого цвета. Когда девушки поинтересовались, что им досталось, то Топ чрез КвантоНет узнал, что нейрочипы можно сдать в магазин за шестьдесят процентов стоимости, а обручи лучше никому не показывать. Это заменители нейрочипов для людей, которым по каким-то причинам нельзя устанавливать в голову стандартные устройства. Установка обручей не требует медицинских знаний, поэтому корпорации не выпускают их в массовом порядке.
— Давай, поставим их себе! — Предложила Лена. — Мы ведь иностранцы, и пока не взяли ничьё гражданство. Поэтому у нас могут быть такие обручи вместо нейрошунтов.
— А если спросят, почему их не было до сих пор? — Саша внимательно посмотрела на подругу.
— Ну, скажем, что прятали их под волосами.
— Ладно! Их хватит на нас всех, так что, вперёд! — Саша взяла один из обручей, и водрузила себе на голову. То же самое действие продела Лена и приказала рабам тоже поставить эти девайсы на головы. Утром у все обручи светились разными цветами. У одного раба обруч стал коричневым, у двух других — желтым. У Лены и Саши обручи излучали синее сияние. Перед глазами девушек и их слуг появились прозрачные иконки с надписями, рекомендующими настроить нейросеть. Вначале это сделать попробовала Елена, а когда ей это удалось, она поделилась методикой установки с Сашей и рабами. К началу работы у всех пяти человек нейросети были настроены полностью. Уже во время рабочего дня девушки поняли, что могут переговариваться, не открывая рта, управлять сразу всеми своими дроидами одновременно с выполнением другой работы, заходить в КвантоНет для получения информации…
И Н Т Е Р Л Ю Д И Я
Т Р Е Т Ь Я
Главный инженер верфи Ил Мас сидел с начальником службы безопасности станции, Доном Грагом, в ресторане. Увидев, что Мас о чём-то задумался, даже не донёс вилку с котлетой до рта, Граг спросил своего приятеля:
— Что случилось, Ил? Рассказывай!
— Никак не могу понять, что неправильно в этих двух графинях из Монако?
— А что такое?
— Да, вот, вначале их челнок. Допустим, что они его и вправду получили в наследство. Но ведь ему почти полторы тысячи лет…
— Тогда умели строить! Пока графини были на работе, мои ребята притащили аппаратуру к ним в ангар. Внутрь корабля проникнуть не удалось, но вот данные… — Граг перекинул на нейрочип инженера таблицу результатов сканирования корабля «Ромашка». — Видишь! У него стенки в три раза толще, чем у современного линкора!
— Хотя да! Они же сказали, что это грузовик с какого-то колонизатора. — Согласился инженер. — Но вот, откуда у них рабы? По моему указанию у графинь и их слуг взяли в виде сбора генетических данных о сотрудниках тонкие срезы кожи. Вот что получили… — Теперь уже на нейрочип Грага пришла таблица, которая его очень заинтересовала.
— Это точно?
— Да, сделали три анализа. Графини явно из древнего рода, очень древнего. У них чистота генов на уровне наших семей высшей аристократии. Они явно не графини, а герцогини. Я сравнил полученные цифры с имеющимися в КвантоНете данными их князя. Полное совпадение! Но ведь у князя Монако не было дочерей! Да и гены у рабов тоже древние, но к аристократии никакого отношения не имеют.
— Так, так! Я свяжусь с разведкой Даниана, пусть поинтересуются этим фактом. Если они действительно дочери князя, то надо будет сообщить об этом нашему правителю. У него сыну двадцать пять лет, а подходящей аристократической пары нет! Наш князь хотел с помощью династического брака присоединить к своим владениям какую-нибудь систему. Ну, так как Монако уже нет, то можно сделать другой финт — если сын нашего князя женится на одной из графинь или герцогинь, или княжон, ну, в общем, дочерей монакского сюзерена, то все налоги, которые сейчас общины бывшего Монако платят через него разным империям, будут идти в казну Тила! А ведь ты знаешь, что за такое наш князь наградит и тебя и меня не только деньгами, но и титулами!
— Ты прав, Дон! Об этом надо молчать, пока ты будешь узнавать о происхождении этих девушек. А если всё подтвердится, то можно попросить аудиенцию у нашего правителя через твоего тестя.
— Так и сделаем! Главное, чтобы дело у нас выгорело!
Наконец. прошло сорок дней с того момента, как землянки стали работать инженерами на верфи Тила. Их вызвал главный инженер, и вручил каждой девушке по платёжному кристаллу, предварительно показав, что на них зачислены суммы по двенадцать тысяч мон. Саша и Лена сразу отправились тратить полученную зарплату. Вначале они купили универсальные ручные ридеры. Потом увидали сканер седьмого ранга, и тоже приобрели его. Покупка платьев, комбинезонов для рабов, обуви и бижутерии продлилась три часа. Потратили на всё это только пять тысяч мон. После перекуса в кафе, девушки направились в технические магазины. Вот там и ушло у них восемь тысяч мон на покупку комплекса дроидов шестого ранга. Удалось часть суммы заплатить сдачей нейрочипов. После этого купили четыре игломёта, запас игл, один инженерный скафандр. Больше денег не осталось.
— Следующую зарплату мы потратим на наш челнок! — Заявила Саша.
— Да, надо и о будущем думать. Сейчас есть возможность подключаться к Квантонету, но надо будет купить местный компьютер — скарм. Без него мы не получим полной информации. Топ мне сообщил, что на нейросети выдаётся только сорок процентов информационного потока местного Интернета, а на скарм — все сто!
— Этот железный умник не мог сказать нам об этом раньше? — Возмутилась Саша. — Ведь были же в магазинах, купили бы, этот чёртов скарм!
Работа продолжалась. Опять девушки занимались ремонтом и профилактикой кораблей разного ранга и назначения. Иногда землянкам везло, и они обнаруживали тайники. Деньги это приносило только в том случае, если найденное принимали магазины. Прошло ещё сорок дней. Получив зарплату, девушки направились на свалку при верфи. Перелёт к «Утилизатору № 7», как официально именовалось нагромождение старых кораблей и кучи оборудования к ним на одной из малых лун планеты аборигенов, прошёл спокойно и буднично. За билеты платить не пришлось, так как землянки и их рабы считались работниками верфи. В помещении «Утилизатора» их встретил работник, который поинтересовался, что привело сюда таких красавиц. Саша сунула ему под нос, а вернее, сбросила на нейрочип, распоряжение главного инженера верфи. Тот требовал от работников свалки содействия и помощи графиням в выборе нужного оборудования или корабля. Поэтому дежуривший в этот день Вар Жил сам повёл девушек на осмотр свалки. Таких красавиц он видел впервые в жизни, поэтому постоянно косился то на Сашу, то на Лену. Выбор на свалке был не так уж и велик. Целыми лежали корпуса только трёх кораблей, а остальные были представлены разбитыми или порезанными отсеками.