Очень заботливый владелец (ЛП)

Мы оба избегали упоминания ее имени в наших разговорах, поэтому этот вопрос ошарашил меня.
Я замер, держа чашку на полпути ото рта, а затем снова сделал глоток. Я не сомневался, что она заметила мои колебания.
— Да, знаю, — наконец ответил я. — Она мне рассказала. Спасибо, что сделала это.
Стелла сочувственно посмотрела на меня.
— Но ведь это не помогло, не так ли?
Я нахмурился.
— Стел, порой я способен испортить все сам. Ты же пыталась мне помочь и сделала это. По крайней мере, она знает правду и не надумала себе лишнего.
Стелла вздохнула.
— Мне пришлось умолять ее у порога, прежде чем она пустила меня в дом. В какой-то момент я подумала, что мне придется поклясться всей своей коллекцией сумочек от Шанель, чтобы добиться позволения войти. Полагаю, что в итоге я оказалась внутри только потому, что она была смущена тем, что нас могут услышать ее соседи. — Она взглянула на меня через стол. — Я пока еще не привыкла к отказам и думаю, что ты уже понял это.
Я ей слабо улыбнулся.
— Это точно.
— С тех пор я не раз пыталась поговорить с ней о тебе…
— Так ты поддерживаешь с ней общение?
— Да, мы встречаемся, чтобы выпить кофе. Иногда она берет с собой Кэти.
— Это хорошо. Правда, прекрасно. Как она? — Спросил я, стараясь не выдавать своих эмоций.
Я был рад, что отношения Стеллы и Доун наладились, особенно если это означало, что благодаря этому я буду знать, как у нее дела.
— Теперь вы обе довольны?
Стелла окинула меня изучающим взглядом.
— Она скучает по тебе. Ее терзают сомнения, правильное ли решение она приняла. Между делом я намекнула ей, мол, она совершает ошибку, и что, то, что между вами, дается не каждому и заслушивает и второго, и третьего, и бог знает какого там шанса, чтобы позволить вам во всем разобраться.
— Как Кэти? — Перебил я, убегая от возможных вопросов.
— Все также. Скучает по тебе и тоскует по Стэну.
— Ясно.
Стелла посмотрела на меня, переводя тему разговора.
— Ты уверен, что не хочешь рвануть со мной во Флориду на День благодарения? Я забронирую тебе номер в отеле, так что тебе не придется останавливаться у моих родителей.
— Уверен, но за приглашение спасибо. Мне пока совсем не до праздников. Тем более, у меня есть кое-какие планы, которые необходимо провернуть.
— Планы, значит? Не думаю, что хочу знать, какие именно. Просто будь осторожен. — Ее голос звучал настороженно. — Ты точно не хочешь передумать и спасти меня от общества моих родителей?
Я улыбнулся ей в ответ.
— В другой раз.
— Я это запомню, — она рассмеялась. — Доун уже сказала, что не поедет, так как этот засранец хочет увидеться с Кэти на праздниках. — Стелла закатила глаза. — И он делает это не потому, что в нем проснулся отцовский инстинкт, а лишь для того, чтобы подосрать планам Доун. Так что они остаются в городе.
Она сообщила то, что мне уже было известно, и да, это было одной из причин, почему я не еду с ней. Стелле я этого не озвучил, но по озорному блеску в ее глазах понял, что она меня раскусила.
— Знаешь, я давно хотела спросить тебя, — сказала она, лукаво улыбаясь, — в тот день на террасе ты ведь всерьез был готов трахнуть меня, не так ли?
Я поморщился.
— Стелла…
— Ну же, Алекс, я не собираюсь набрасываться на тебя и лишать тебя твоей безгрешности… точнее того, что от нее осталось. Но мы же друзья. Ты можешь быть со мной откровенен.
— Боже, Стелла!
— Признайся! — Настаивала она.
— Хорошо, да. Я был готов трахнуть тебя прямо там на террасе. Ты слишком давила на меня… И я почти потерял контроль. И мне противно от самого себя из-за этого, и я сожалею. Довольна?
Стелла рассмеялась.
— Брось, не извиняйся, это было очень горячо! Кроме того, приятно осознавать, что ты не считаешь, меня абсолютно непривлекательной.
— Не выворачивай мне яйца, — резко отрезал я, и она вновь расхохоталась.
— Да, ты прав. Просто это так весело. Не волнуйся, красавчик, я помню, о чем мы договаривались, и очень надеюсь, что моя сестра очень скоро одумается.
Я ухмыльнулся и покачал головой. Стелла всегда оставалась Стеллой.
 
***
На следующий день Стелла улетела во Флориду, и я остро ощутил ее отсутствие. Как только я остался один, искушение приложиться к бутылке усилилось. Оно преследовало меня словно тень, как болезненная потребность, которая становилась более ядовитой по мере того, как я думал о ней.
Я усугубил свое печальное состояние тем, что избавился от старых покрывал Стэна и выбросил его погрызанные игрушки и недоеденную пачку собачьего печенья, которая все еще хранилась в шкафу. Чуть позже я передумал, откопал печенье среди мусора и разбросал по лесу, чтобы порадовать лисиц и других диких зверей. Стэну бы это понравилось.
Я терпеть не мог все эти чертовы праздники, и все тут. Именно в это ужасное время мои мама и папа оказались запертыми в доме в своем обоюдном несчастье, когда я был ребенком.
Во время учебы в колледже все было не так печально. Пару раз я был приглашен в гости к родителям своего соседа по комнате из Детройта, пока не встретил Шарлотту. Не то чтобы она очень любила праздники. Она считала, что хорошо бы провести время в Акапулько или на Мауи — где-нибудь в дорогом и солнечном месте.
За пару лет, проведенных со Стэном у нас появились собственные традиции: содовая и пицца «Двойный сыр» для меня и «Пепперони» для Стэна. Всех посторонних к черту. Это было моим девизом, но в этом году, черт подери… В этом году я рассчитывал совсем на другие вещи с людьми, которых считал своей семьей, и Стэном. А теперь у меня не осталось вариантов, кроме как напиться и забыться.
Когда я все же в День Благодарения неохотно открыл глаза, мир вокруг внезапно припорошило белым снегом, а лес вокруг озера сковало серебристым льдом. Я поежился. Вероятно, настало время подключить котел, но мне было плевать.
Я уставился в окно, задумавшись о том, а не рвануть ли мне к Стелле во Флориду, чтобы погреться немного под тамошним зимним солнышком. Но у ее родителей возникло бы слишком много вопросов, да и я не хотел быть так далеко от Доун, даже если она не собиралась идти со мной на контакт.
Я замотал головой, старясь отогнать все мысли. Затем натянул на себя спортивные штаны и кроссовки и отправился в лес.
Мое дыхание превращалось в пар, а когда я втянул в себя ледяной воздух он вызвал у меня боль в горле. Я бежал чрез лес, пока подмерзшая листва хрустела под моими ногами. Мой темп постоянно нарастал до тех пор, пока мое тело не начало обливаться потом, а мышцы ног не заныли. Я сбавил обороты, а после остановился, прислонившись спиной к стволу дерева, чтобы перевести дыхание.
Что-то внутри меня изменилось, но я не понимал, что именно.
Проигнорировав эти ощущения, я вернулся в дом, гнетущая тишина которого душила меня. Мне было необходимо чем-то себя занять. Поэтому остаток утра я провел, развешивая плотные шторы, выбранные мной с помощью Стеллы, так как из-за резкого понижения температуры, я мог видеть следы своего дыхания на зеркале ванной комнаты.
Я ненавидел думать о Стэне, замерзшем в своей могиле, поэтому отогнал эту мысль.
Я нашел себе занятия на день, а завтра, в ночь Черной пятницы запланировал поездку в Кливленд. Наконец-то, мне удастся отыскать Жизель и получить от нее нужную мне информацию.
Глава 14
Перемены
Алекс
Так проходил мой День Благодарения: утро я посвятил пробежке к озеру, а потом до полудня менял масло в своем пикапе. На обед у меня был печеный картофель.
Я уже практически разделался с ним, но был по локти в жиру и масле, когда зазвонил мой мобильник, перепугав меня до чертиков. Лишь у Стеллы, Спена, моего банка и строительного магазина был мой номер, поэтому звонками меня жаловали не часто.
Я потратил несколько мгновений на то, чтобы отыскать полотенце и вытереть руки. Входящий звонок был с номера местного оператора, который оказался незнакомым.