Превосходство Воплощенного. Том 4 (СИ)

— Остановись, Константин. Или я…
Перебиваю:
— Совсем скоро сумма, которая, не побоимся громких слов, на самом деле называется магия, хлынет в ваш мир. И вместе с ней придет что-то невообразимое вашему пониманию. Вспомните историю… Когда сумма появилась, одарённые уничтожили треть мира. И вы ничего не могли поделать, пока не явились Пятеро. Вы же не знаете, кто они, верно? Да, вы не знаете… Зато я знаю. И знаю откуда они, — добавляю металла в голос. — Я — такой же, как они. Но в отличие от Пятерых Старцев, я не буду запечатывать вашу магию в сосуды и называть ее суммой. Я покажу вам, как ее контролировать. Я — один из лучших Мастеров настоящей Магии. Так ответьте же мне, Верховный, можете ли вы поверить мне? Или посчитаете мои слова бредом опасного шизофреника, решившего придумать сказку ради спасения своей шкуры? Вы знаете, что сейчас мы все близки к тому, что кто-то соберет все пазлы. Если это будут не Исталы, что вы сделаете? Что вы предпримете, когда одаренные, обезумевшие от своей силы, пустят огненный шар в парламент малого совета в Москве? Вы думаете, что в этот раз вы сможете избежать Новой Смуты? Вы правда думаете, что вам будет дело до титулов, когда на Земле разверзнется Ад? Решайте, Верховный. Сделаете ли вы Константина Кибу своим врагом или же поставите на то, что он не врёт и встанет авангардом против хаоса, который вас ожидает. Решайте! Что вам важнее! Жалкий титул или будущее нового мира, о котором вы, глупые людишки, ничего не знаете!
— Киба! — с округлившимися глазами орет на меня директор.
Хм, не сдержался. Я же говорил, что политические ораторства не для меня.
Директор дышит, как ненормальный, того и гляди вырвет у меня трубку и выбросит из окна, как тикающую бомбу.
Глава Исталов молчит. Я слышу лишь его размеренное дыхание. Пауза затягивается слишком долго, и вот наконец:
— Я распоряжусь выдать тебе триста зелий, Константин Киба… И добавлю кое-что из моих личных запасов.
А вот это неожиданно. Моя речь вышла довольно эмоциональной и любой более-менее здравомыслящий человек рассудил бы, что у меня мозги кукукнулись. Хотя… Давара Соф всегда говорила мне, что здравомыслящих людей в верхах политики не бывает. Все они немного чокнутые гении и умеют различать таких как они и… я — странных, особенных. Тех, кто имеет в себе ненормальные силы вести за собой армии, государства и целые нации. Тогда я еще удивился, почему это я странный. Всегда считал себя адекватным. Просто слегка рискованным. Хм… похоже надо пересмотреть взгляды о самом себе. Может, у меня тоже кукуха того?
— Неужели, вы мне поверили, Верховный? — не удерживаюсь я от вопроса.
Пауза.
— Конечно нет, Константин Киба. Просто у меня есть недостаток старого человека. Иногда я поступаю назло всему, во что верю.
Так и знал. Чокнутый.
— Тебе больше нечего мне сказать?
Ненадолго задумываюсь.
— Кто был тот первый человек, которому вы кроме меня говорили, что он похож на вас?
— Опасный вопрос, — слегка понижает голос. — Когда-то он был таким же мальчишкой, как и ты. Пробивался через трудности, как безумный. Рвал головы, не щадил никого. Я уверен, что однажды он станет главой своего клана. Имя ему Монтано Эдвайс. До скорого, Константин Киба. Ты дал мне уверенность, что нужно обязательно заглянуть в вашу школу и посмотреть на ваши соревнования. Интересно будет на тебя посмотреть, спаситель мира…
Глава Исталов сбрасывает вызов. Смотрю на дисплей телефона, достаю зубочистку, сую в рот.
Ну и разговоры у меня пошли… Слишком непростые. Слишком тяжелые и рискованные. Слишком много правды приходится говорить. Чем ближе я к цели, тем большую цену приходится платить. В этом мире не такие уж и простаки, как я думал. А ведь тут только люди, которые живут меньше века.
Передаю телефон директору. Он не сразу приходит в себя, но вот берет его, кладет в шкаф, вскользь поглядывая на бутылку дорогого коньяка. Не оборачиваясь, говорит:
— Он… хм… не намекнул, что нам обоим хана? — нервозно хмыкает.
— Он много чего сказал. Но главное, что даст зелья. И добавит из своего личного запаса.
 
— Вот оно… как… — оборачивается. — Константин, я, конечно, все понимаю. Даже некоторые фигуры речи. Но что значит «ВАШ» мир? Ты говорил так, будто… хм…
— Инопланетянин?
Директор со скрипом садится на кресло, потирает уставшее лицо руками:
— Наверное, я не хочу знать. Это же просто фигура речи, верно? Если в мои планы добавить еще такое… то боюсь на все меня не хватит. Меньше знаешь, крепче спишь. Если ты мне скажешь, что прилетел с другой планеты захватить наш мир, то я все равно тебе не поверю, — натужно усмехается. — Нет-нет. Я понял. Вы с Главой просто шифровались. Так, ладно, это уже за пределами моей компетенции. Каким бы инопланетянином ты не был, ты все еще ученик моей школы, — директор выпрямляется, выдавливает из себя улыбку. — Прошу прощения за свой уставший вид и неуверенный лепет. Забудем об этом. В общем, ты получил, что хотел. Я получил пазл, — протягивает руку, я отдаю ему колбу. — Вот и отлично. Я оповещу тебя, когда согласуют список твоих зелий. Можешь не переживать. Если глава, что-то пообещал — он это исполнит. А уж если говорил про личные запасы, то можешь не сомневаться — пятых ласточек тебе не подсунут.
Киваю, собираюсь уходить. По традиции, директор решает сказать что-то в спину:
— И Константин. Я все еще люблю эту школу. Если ты устроишь тут что-то, то, поверь, я лично пойду против всех и тебя лично. Может, мне и приходится иногда… быть жестким с учениками, но я говорил тебе, что если бы не я — тут было бы все намного жестче. Ты понял?
— С Всеволодом тоже пришлось быть жестким?..
Спиной чувствую, как директор замирает с открытым ртом и… не отвечает.
Выхожу. Скоро у меня поединки еще с пятью претендентами. Нужно подготовиться. Кто знает, какую очередную хрень подсунет мне судьба.
Так, еще надо бы навестить моих… хм… друзей.
Уже у лестницы слышу, как директор не выдерживает. Достает бутылку из шкафа…
  
Глава 20. Дар Альва
 
Время 9:00
Школьные коридоры опустели. Все на занятиях. Лишь изредка проходят мимо угрюмые лица, проплатившие прогулы. Вот чем они занимаются? Зачем ходят туда-сюда, перешептываются, косятся во все стороны, как шпионы? Особенно много Вальтов. По любому строят какие-нибудь козни, вынюхивают, плетут свои мелкие интриги. Какие у них цели? Удержать власть в эти тяжелые времена? Или дискредитировать своих конкурентов?
Подхожу к новой двери своего клуба. Захожу. Кевин неплохо тут все обустроил. Сразу видно, что свои обязанности не забросил. Новая мебель, большой плазменный телевизор. Не зря я ему «зарплату» плачу. Он, похоже, на себя ничего не оставляет — всё в дело. Захожу в смежное помещение. Это вроде как кабинет главы клуба. Сажусь на мягкое директорское кресло, верчусь на нем, осматриваюсь.
Так, надо закрыть парочку дел. Включаю телефон, смотрю на пропущенные. Полно скрытых номеров, от Аннеты парочка, Сэм обзвонился. Два пропущенных от Кевина и один от Тернова.
Не успеваю подумать, кому позвонить первым, как снова от скрытого. Отвечаю.
— С тобой сложно связаться, дерзкий мальчишка, — голос Хидана Мацуо спокойный, но от меня не скрыть его раздражения.
— А, Мацуо-сама, — закидываю ноги на стол. — Прошу прощения, было много дел. Как там Акане?
— Моя дочь будет жить, но она в… непотребном состоянии. Об этом я и хотел с тобой поговорить. Немедленно приезжай в мой дом.
Какой гонор. Какие манеры. Джуны в своем репертуаре.
— К сожалению, не могу, Мацуо-сама. У меня очень много неотложных дел.
Недолгая пауза.
— Скажи мне честно, если дорожишь нашим хорошим к тебе отношением. Это какие-то твои игры? Откуда ты узнал, что моя дочь у Вальтов? Почему ты сказал нам о том, где она в последний момент? Ты знал, что с ней хотят сделать?