Песнь ворона (ЛП)

Не то чтобы ее постоянный интерес к курорту раздражал меня. На самом деле, мне действительно понравилось много ее идей и предложений. Но чего она не понимала — или не могла понять — так это того, насколько невозможно было реализовать даже одно из них.
— Это не от меня зависит, Кенни. — Я свернул с главной дороги на открытую, усыпанную галькой стоянку, надеясь, что это послужит сигналом к окончанию нашего разговора. — Я ценю твой интерес или беспокойство — или что бы это ни было, — но ты лаешь не на то дерево. У меня связаны руки.
— Почему ты не можешь поговорить об этом со своим отцом? Разве он не хочет расширить бизнес?
— Мы не можем сделать ничего подобного, потому что не можем себе этого позволить. — Вот, правда вышла наружу. Я намекал на это раньше, и теперь казалось, что сказать напрямую — это был единственный способ для нее все понять.
Кенни несколько раз открыла и закрыла рот, слова явно ускользали от нее.
— Мы зарабатываем ровно столько, чтобы оставаться открытыми и платить тем немногим сотрудникам, которые у нас есть. Тратить больше денег на рекламу — это азартная игра, в которой мой отец не заинтересован. Поверь мне, я понимаю, о чем ты говоришь. И согласен с тобой. Но такой возможности просто нет.
Свет в ее глазах немного потускнел, что беспокоило меня на уровне, который я не мог понять. Она казалась почти разочарованной, как будто мысль о том, что курорт медленно угасает, расстраивала ее больше, чем следовало бы. Но этого не могло быть. У нее не было никакой связи с этим местом. Если кого-то это и должно было расстроить, так это меня, но меня это не беспокоило.
— Хорошо, сообщение получено. — Она выдавила из себя улыбку, а затем отстегнула ремень безопасности.
Я выскочил из грузовика и встретил ее с другой стороны.
— Готова?
— Готова, как никогда. — Но как только я начал показывать дорогу, девушка остановила меня, растерянно нахмурив брови. — А как насчет полотенец?
— Мы воспользуемся ими, когда вернемся. Сама увидишь.
Кенни бросила быстрый взгляд на грузовик, пожала плечами, а затем быстро догнала меня. Мне нравилось, какой доверчивой она была, потому что это означало, что я мог удивить ее подобными вещами. Обычно осудил бы ее слепое доверие — я был для нее незнакомцем, мужчиной, о котором она ничего не знала. Это было началом по меньшей мере девяноста процентов фильмов ужасов. Но я не мог расстраиваться из-за этого… до тех пор, пока она не была такой с каждым парнем, которого встречала.
— Думаю, что нам запрещено здесь находиться. — Кенни понизила голос до шепота, хотя у нее не было для этого причин. Мы были здесь единственными людьми, окруженными деревьями и бурлящей водой. И все же девушка чувствовала необходимость шептать.
Я рассмеялся и взял ее за руку.
— Не волнуйся, это не частная собственность.
Петляя между деревьями и ветвями и взбираясь на несколько скал, мы добрались до поляны, с которой я был так хорошо знаком. Взяв ее за руку, медленно потянул девушку к выступу округлого, гладкого валуна, на котором мы стояли, так близко к водопаду, что почти чувствовал брызги на своем лице.
— Большинство людей не знают о существовании этого углубления. — А если и знали, то не знали, как сюда попасть. Это было мое тайное место. Мое безопасное место. Это также было одной из главных причин, по которой я не хотел покидать курорт. Оставить «Черную птицу» означало бы оставить это, и я не мог этого сделать.
Кенни выглянула за край и быстро выпрямилась.
— Не знаю, Дрю. Здесь довольно высоко. Что, если я упаду? Что, если умру? Что, если…
— Перестань психовать, ты не умрешь. И не упадешь, а прыгнешь, но не прямо сейчас. Сначала я хочу показать тебе кое-что удивительное. Затем мы прыгнем. — Я начал задаваться вопросом, моргала ли девушка вообще с тех пор, как заглянула за край. Чтобы успокоить ее, я взял ее за обе руки и встал перед ней, уверенно выдерживая ее взгляд. — Тебе абсолютно не о чем беспокоиться. Поверь мне, я прихожу сюда с тех пор, как научился лазить.
 
— Я не знаю, как лазить по скалам, так что это ужасная идея. Худшая идея на свете.
Не мог удержаться от смеха. Как бы я ни старался, он все равно ревел, эхом отдаваясь вокруг нас, как будто сотни людей смеялись вместе со мной. Он не был адресован ей, и, к счастью, девушка, казалось, не обиделась.
— Кенни… Ты только что лазила по скалам. На самом деле, ты стоишь на одной из них, пока мы говорим. Мы не собираемся взбираться на Эверест. К тому же, по сути, мы уже почти добрались.
Она кивнула, но быстро спросила:
— Мы можем просто посидеть минутку, чтобы я могла успокоиться?
Я последовал ее примеру и сел рядом с ней на холодный камень, ее рука все еще была в моей.
— Сколько девушек ты приводил сюда? — Кенни посмотрела на меня краем глаза, как будто даже движение головы могло сбросить ее с обрыва. — Честно говоря, мне все равно, каков будет ответ. Мне просто нужно чем-то еще занять свои мысли прямо сейчас.
— Можешь верить или нет, но ни одной. Была только одна девушка, которую я хотел привести сюда, но она отменила планы в последнюю минуту. — Я заметил небольшое поднятие ее левой брови. Это осталось бы незамеченным, если бы я не изучал выражение ее лица, ожидая, когда страх исчезнет. Одно это движение, легкое движение ее светлой брови, сказало мне, что девушка мне не поверила. — Она отменила планы, что бы пойти целоваться с моим лучшим другом в кинотеатр.
Кенни медленно повернула голову ко мне лицом, ее губы сложились в идеальную букву «О».
— Я никогда никого сюда не приводил, потому что не хотел, чтобы кто-нибудь знал об этом месте.
Брови девушки сошлись вместе, глубокие складки между ними почти побелели.
— Почему?
— Это всегда было моим тайным местом. Местом, где я прятался, когда моя мама перестала меня навещать. Мне не нужно было притворяться здесь. Я мог быть самим собой и не беспокоиться о том, что меня осудят или чтобы кого-то подвести. Если хотел плакать, то мог здесь плакать. Если хотел закричать, то кричал. Это место слишком священно, чтобы делиться им с кем-то еще.
— Тогда зачем привел меня?
Я несколько раз открыл и закрыл рот, не в силах ответить, потому что у меня не было ответа. Даже не был уверен, упоминала ли Кенни о желании посмотреть, что может предложить вся эта земля, или я все это выдумал в своей голове. Ничто больше не имело смысла. Мои мысли были полностью поглощены смятением и окутаны дымкой, как утром после выпивки.
— Послушай, Дрю… Я не какой-то влюбленный подросток. Тебе не нужно беспокоиться о том, что я перееду сюда, или буду преследовать тебя, или прикарманивать пряди твоих волос для куклы вуду или клона. Это не я. Мне просто любопытно, почему ты никогда никого сюда раньше не приводил, и все же я здесь. Мне все равно, если твой ответ будет, потому что ты хочешь залезть мне в штаны и думаешь, что это принесет очки. Просто будь честен со мной.
Я ни в чем не мог ей отказать. Абсолютно. Особенно, когда она смотрела на меня своими яркими глазами, обрамленными чернильными ресницами, умоляя подарить ей весь мир.
— Я не могу сказать, зачем привел тебя сюда. Честно говоря, у меня нет другого ответа, кроме того, что встал сегодня утром и захотел показать это место тебе.
Ее глаза заблестели, светясь тем же весельем, что и изогнувшиеся губы.
— Ты можешь признать, что по уши влюблен в меня. Все в порядке, я уже привыкла к этому. Это происходит везде, куда бы я ни пошла. Все мальчики начинают рисовать мое имя в своих блокнотах и называть себя мистером Маккенной Ричардс. Тебе не нужно стыдиться. По крайней мере, утешайся тем, что для тебя есть активная группа поддержки.
— Похоже, кто-то достаточно спокоен, чтобы встать и продолжать идти. — Это было все, что я мог сделать, чтобы не улыбнуться. Хотя и сомневался, что хорошо скрыл свое веселье. В конце концов, девушка смотрела прямо на меня. Я был убежден, что она может читать мои мысли, глядя мне в глаза.