Соль и сирень (СИ)
Схватившись за уши, оглянулась на Мику и ушастого, и поняла, что изумлялась и превращалась в соляную статую здесь только я. Соседка с очень заинтересованным видом рассматривала собственные ногти, а Сократ переводил свой единственный глаз с меня на кузнеца, попеременно успевая корчить мне рожи.
— Что? — не поняла я.
Пушистый тут же яростно фыркнул на меня, и я второй раз за пять минут испытала едва сдерживаемое желание куда-нибудь смыться. Желательно, далеко и желательно — безвозвратно.
— Иди на улицу, — сквозь маленькие, но острые зубки прошипел Сократ в перерыве между ударами металла об металл, выразительно округлив глаз и им же указав озвученное направление.
Я, уже совсем ничего не понимая, просто развернулась и вышла.
Микаэлла двигалась шаг в шаг со мной, очевидно, для того, чтобы не дать мне остановиться посреди торгового ряда, а, подпихивая в спину кулачками, дотолкать в самый конец, туда, где рынок заканчивался и над землей, на фоне густого темно-зеленого горного леса, возвышалось лишь несколько одиноких полусобранных пустых шатров.
— Что, блин, это сейчас такое было? — тут же накинулась на меня Мика с какими-то явными, но мною не понятыми, претензиями.
— А почему ты у меня спрашиваешь? — угрюмо отошла от неё я. — Пойди, у мужика этого спроси.
— Это не мужик, это эльф! — воскликнула Мика таким тоном, словно это всё объясняло.
— А у эльфов что, отсутствует такое понятие, как “гендерная принадлежность”? Или эльф не может быть мужиком? — въедливо поинтересовалась я.
Соседка тут же сбилась с мысли и задумалась.
— Хм, я об этом не думала, — протянула она с сомнением, прикладывая пальцы к подбородку, но тут же вновь стала атаковать меня вопросами: — Я думала, ты человек! Я слышала, как мадам Мелинда говорила старосте факультета, что ко мне вскоре подселят шельму, девчонку из не магического мира, у которой вдруг проявились магические задатки, да такие, что ради неё решили проигнорировать правила — зачислить на обучение уже после начала учебного года и вообще без вступительных испытаний!
— Ну, и? — воздела я глаза к небу, устало выдыхая.
— Что ты такого сделала, что ради тебя старейшее учебное заведение начихало на собственные правила? — решила насесть на меня соседка.
— Ничего я не сделала, и куда там кто и на что чихал я тоже не в курсе, — пробурчала я, складывая руки на груди, но все-таки решила хоть как-то объясниться. — Просто пришла в госте к колдунье, а она взяла и умерла. А её работа досталась мне… вроде как, по умолчанию.
И тут лицо девчонки, которое и так не отличалось красками, побледнело еще сильнее.
— Милена?
— Ты её знала? — настала моя очередь удивляться.
— Да, — погрустнела и разом как-то сникла Мика. — Её многие знали, она была очень хорошей и многим помогла. Её гибель… шокировала всех. Всех нас.
Подумав, она продолжила:
— То есть, ты та человечка, которая должна занять её место?
Я ковырнула носком ботинка землю.
— Я не знаю, Мика. Так говорят… все вокруг как заведенные только об этом и твердят, но у меня есть своя жизнь… точнее… была…
— Да, ситуация….
И мы грустно замолчали, каждая думая о своем.
Пока не появился Сократ.
— Вот вы где! — воскликнул он, выруливая из-за крайней в ряду палатки, где на прилавках лежали непонятные мне разноцветные свертки.
— Почему кузнец принял её за эмпузу? — тут же бросилась к коту Микаэлла, в секунду позабыв о всякой грусти. — Она же человек! Она не может быть эмпузой!
— А я вот теперь уже не уверен, — приближаясь ко мне, промолвил Сократ с какой-то подозрительностью.
— Вот только не начинай, ладно, — предупредила я ушастого. — Тебе лучше других известно, кто я.
— Эльф, наверняка, что-то напутал, — интенсивно замахала в воздухе руками Мика. — Точно! Вы видели, как в его палатке жарко? У кузнеца просто мозги перегрелись от такой температуры!
— Что это такое — эмпуза? — с трудом вставила я. — И почему этот серокожий назвал меня Манирой?
Сократ и Мика переглянулись.
— Манира — это не имя, — едва сдерживая смех, прыснула Микаэлла. — Это обращение. Так эльфы называют маленьких девочек.
— И дев, — с неподражаемой интонацией подхватил Сократ.
И оба молча уставились на меня.
— Я должна углядеть в этом какую-то логику? — со всем имеющимся у меня скепсисом приподняла я бровь.
— Если эльф назвал тебя манирой, это значит, что он считает тебя девственницей, — с кривой ухмылкой заметила Мика, едва не срываясь на смех. — А если эльф так считает, значит, так оно и есть.
— Ты — девственница, Мира? — на серьезных щах спросил Сократ.
Я зло прищурилась.
— Интимные подробности моей личной жизни — не твоё усатое дело.
Мика вновь как-то искоса глянула на кота с неуловимым подтекстом.
Ну, вот и о чем таком можно настолько красноречиво переглядываться?
— Что такое эмпуза? — решила прервать я их игры в гляделки.
— Кое-что, чего в принципе не может быть, верно? — и Мика уставилась на ушастого в явном стремлении получить поддержку. — Прошло почти четыреста лет.
— Больше, — задумчиво протянул Сократ, глядя в сторону. — Но вдруг слухи правдивы?
— Может уже хватит? — едва сдерживая растущее раздражение, оборвала их я. — Такое ощущение, будто вы говорите на тайном языке. Слова вроде бы все знакомые и понятные, но вот общий смысл как-то ускользает! Я хочу знать! Я имею право знать!
— В этом ты права, — сев, согласно кивнул Сократ. — Если это правда, то такое лучше узнать, как можно раньше.
Глава XIII
Кот помолчал, а потом с глубоким вздохом огорчения продолжил:
— Эмпузами называли прекрасных девушек определенного… мммм… происхождения. Поговаривали, что эмпузы — первородные создания, самые древние из всех живых существ, появившиеся одновременно с образованием первого мира, из которого уже позже образовались все остальные миры. Обладая определенным способностями, эмпузы, по сути, являются прародительницами нынешних вампиров, вот только в отличие от них, они питались не только кровью, но и магической силой, которую могли отнимать вместе с жизнью. Эмпузы умели чувствовать, определять носителей мощной магии, находить их и отбирать у них всё.
— А еще они могли убивать, просто так, потому что захотелось, — вставила Мика, покивав для убедительности. — Из-за этого их и боялись. Очень.
— Да, но большим утешением для многих служило то, что подобных женщин, а эмпузы были созданиями исключительно женского пола, существовало не так много. Их количествр всегда равнялось тринадцати. Не знаю, почему именно такое ограничение, но они сами регулировали свою популяцию и не допускали ни увеличения, ни уменьшения в своих рядах. Друг для друга они были сестрами, но подробности как их рождения, так и их смерти всегда оставались в тайне. Возможно, имеет значение то, что сливая свои силы в один поток, они могли творить невероятную магию, вплоть до изменения будущего.
— Но они редко это делали, — опять вставила Микаэлла. — Чаще всего эмпузы скрывали свою личность, выступая сторонними наблюдателями и не особенно вмешивались в дела других. Чужая судьба их мало интересовала. Они просто бродили по мирам, появляясь то здесь, то там. Где-то кого-то убили, где-то кого-то спасли и так тысячелетия за тысячелетиями.
— Так, значит, эмпузы — это женщины, которые были сильными магами, но при этом существовали на задворках мироздания, потому что им ни до чего не было дела? — подытожила я услышанное.
— Примерно так, — подтвердил Сократ.
— Они могли жить очень долго, при этом сохраняя внешнюю молодость, но когда ты обошел все миры и видел жизнь со всех сторон, то тебя уже ничто не способно удивить. Всё становится просто… безразличным.
— Но почему вы оба говорите о них в прошедшем времени? — заметила я.
Сократ погрустнел, Мика скривилась.
— Насколько мне известно из рассказов бабушки, а ей из рассказов её бабушки, — начала перечислять Мика, а я в душе быстренько помолилась, чтобы на “второй бабушке” экскурс в семейную историю моей новой знакомой и закончился. — Эмпузы хоть и были сильны, но как это часто бывает — на любой молоток найдется молоток побольше. В какой-то момент на них начали вести охоту. Польза от обладания эмпузой стала слишком очевидной, а желающих заполучить ту, которая способна управлять самой жизнью и воспользоваться её способностями в личных целях, стало так много, что они начали объединяться в отряды. Многие подобные формирования создавались под руководством правителей различных стран, которые стремились с помощью порабощенной эмпузы упрочнить свою власть, устранить конкурентов, завоевать новые территории. Все это привело к тому, что эмпузы начали скрываться, выдавая себя за обычных девушек и отказались от использования магии, боясь пленения.