Соль и сирень (СИ)
— Меня ждете? — криво улыбнулась я, ощутив всю не комфортность их затянувшегося молчание.
Кажется, между что-то произошло и это «что-то» явно личное.
— Да, — подскочила ко мне соседка и поволокла к месту импровизированного водопада. Пол здесь был чуть под уклоном, чтобы вся вода уходила в слив. Не успела я морально подготовиться и занять место под одним из трех отверстий, как Мика надавила на рычаг и…меня едва не снесло потоком ледяной воды в тот самый слив.
Заорав от неожиданности и холода, я попыталась выскочить из-под мощный струй, но вода застилала глаза. В комплексе с жутким грохотом это сбивало с толку и дезориентировало. Возникло ощущение, как будто вода просто везде. Сделав пару шагов наобум я наткнулась на что-то теплое и живое.
Заорала еще раз, уже вперемешку с матами и обещаниями скорой смерти. Кому, на тот момент еще пока не определилась. Думать над данным вопросом было очень холодно. Но орать я продолжила ровно до тех пор, пока на меня не перестала хлестать из стены вода, что произошло на моменте, когда я приступила к обещаниям вырвать кому-нибудь позвоночник.
— А ты кровожадная, — захихикала в стороне Тата.
Протерев глаза от воды, я рассерженно фыркнула.
Красавица рассмеялась.
— И забавная!
— Ненавижу быть забавной, — сообщила ей я отряхиваясь, словно мокрая собака. В принципе, именно так я себя и ощущала.
— Пойдем, — позвала меня Мика и первой полезла в бассейн.
— Знаешь, что-то мне уже не хочется, — начав дрожать мелкой дрожью, помотала мокрой головой я. — После холодного душа весь мой организм стремится завернуться в одеяло и никогда из него не вылезать.
— Здесь вода приятная, теплая, — пообещала Мика. — Правда, не бойся.
— Ага, все говорят не бойся, — начала ворчать я, но в воду полезла, так как обещание согреться было уж очень заманчивым. — А потом выезжают на каталке вперед ногами.
Но, вопреки всем моим страхам, вода оказалась действительно приятной. Теплой, согревающей и одновременно освежающей. Тут же захотелось лечь, закрыть глаза и расслабиться, что я и сделала.
Уже через минуту к нам с Микой присоединилась Тагира и следующий час мы провели, как настоящие девочки — болтали обо всякой ерунде, шутили и плескались друг в друга водой. Я даже на некоторое время забыла где нахожусь. Но уже очень скоро пришлось вспомнить.
Глава XXIX
После теплой ванны меня разморило. Принимать повторно холодный душ отчаянно не хотелось, а потому выбравшись из купальни я быстро вытерлась полотенцем и отправилась в нашу комнату, пока Тата переодевалась, а Мика повизгивала, корчась под ледяными струями.
Уже в комнате я быстро сменила купальный костюм я на простое платье длиной чуть ниже колена, забралась под одеяло и не успела положить голову на подушку, как в комнату ворвалась пышущая воодушевлением соседка.
— Ты обещала сходить со мной в библиотеку! — с порога сообщила она и, подскочив к кровати, сдернула с меня одеяло.
— Нееет! — застонала я, пытаясь спрятаться от назойливой девчонки за подушкой. Но подушка была куда меньше, чем я, а Мика не была слепой, поэтому маневр не удался.
— Давай, вставай! — скомандовала она и попыталась отнять у меня последнее, что осталось — ту самую подушку.
— Я не хочу, — заныла я, глядя на настырную соседку со всей имеющейся в организме жалобностью. — Я хочу лечь в кровать и всю оставшуюся жизнь притворяться камушком. То есть, вообще не шевелиться. И желательно, даже не моргать.
— Не выйдет, — обломала мои планы Микаэлла. — Если не выполним домашнюю работу по травничеству, то следующую неделю посвятим уборке теплиц. А там такой пласт грязи накопился, что легче просто лечь и умереть, чем все вычистить.
— Лааадно, — нехотя выдохнула я, выбираясь из кровати. — Идем.
И время до вечера мы провели в библиотеке, в окружении пыльных книжек и старинных сборников. Мика раздражающе радовалась тому, что удалось отхватить последний оставшийся учебник «Травничество для начинающий колдуний: твой путь в ворожбу», а это значит, ей не придется работать метлой и совочком в окружении магических насаждений. Я её радости не разделяла, потому что изо всех пыталась не уснуть над этим самым учебником, который подружка настойчиво подсовывала мне под нос и пыталась заставить учиться. Я же клевала носом, оттого черные витиеватые чернильные строчки перед глазами расплывались и разъезжались по разные стороны страницы. Спустя несколько часов, а по ощущениям — практически вечность, я смогла кое-как нацарапать несколько абзацев, растянувшихся на три листа. У подружки получилось существенно больше — целых восемь, о чем она мне с гордостью и сообщила, когда мы уже начали собираться уходить. Уже у самого входа в библиотеку, мы столкнулись с Сатусом, который о чем-то вкрадчиво и быстро рассказывал Инсару Тиесу. Едва заметив нас парни тут же умолкли. Оба демона уставились на меня с какими-то малопонятными эмоциями на лицах, но я ощущала себя настолько вялой, что мне было все равно. Даже если бы передо мной приземлился разноцветный дракон, весь в блестках и позолоте, я бы просто уцепилась за его хвост и попросила отнести меня в кроватку. Поэтому я просто обошла застывших памятниками демонов по широкой дуге, и пошла дальше.
Уже на первом этаже мы с Микаэллой разделились. Она отправилась ужинать в столовую, я же потопала спать. И едва только добралась до комнаты, швырнула на стол выполненное домашнее задание и рухнула в постель, отключившись еще раньше, чем ощутила под собой мягкость постели.
Проснулась от тихого краткого стука. И первые несколько минут сонным мозгом пыталась сообразить, что происходит, где я и кто я. За окном уже стемнело, сквозь не до конца задернутые шторы пробивался свет полной луны, непривычно огромным шаром зависшей как раз напротив нашего окна и светящей так ярко, что я без труда смогла различить свернувшуюся клубочком на своей кровати и сопящую во сне Микаэллу.
Стук повторился. Замерев и прислушавшись, я, наконец, сообразила, что стучат в дверь. Сонливость мигом слетела. Аккуратно отбросив одеяло в сторону, я поднялась и на цыпочках подкралась к створке. Приложив ухо к двери, затаила дыхание.
— Открывай, это я, — раздалось тихое с той стороны.
— Сатус? — вздрогнув, проговорила я в слух.
Пару секунд посомневалась, но в итоге провернула ручку и приоткрыла дверь.
— А почему ты называешь меня по фамилии? — было первое, что я услышала.
— Потому что все тебя так называют, — выдала я честный ответ на возникшую жалобу.
— Мне не нравится, — заявил демон, который выглядел так, словно то ли собрался грабить банк, то ли вызывать дьявола — во всем черном и в наброшенном на голову капюшоне, наполовину скрывающим лицо. Приглядевшись, сообразила, что капюшон — часть длинной, ниспадающей крупными складками мантии.
— Мне тоже много чего не нравится, — хмуро отреагировала я. — Например, когда мне мешают спать по ночам.
Сатус ничего не ответил, лишь украдкой заглянул внутрь комнаты, убедился в том, что моя соседка спит и, ухватив меня за локоть, вытянул в коридор. Там было темнее, чем в нашей комнате, в основном из-за того, что в многочисленные окна не светила луна, а сумрак рассеивали лишь настенные лампы, дающие приглушенный красноватый свет.
— Хватит меня тягать, словно корову на привязи, — возмутилась я, но так как стояла ночь и весь мир вокруг был погружен в сон, возмущаться приходилось шепотом.
— Помолчи, — распорядился Сатус. — И слушай. Я знаю, кто ты.
— Я тоже знаю, кто я, — закатила я глаза. Эта темы со знакомством начинала мне надоедать. — Зовут Мирослава, семнадцать лет, есть аллергия на морепродукты. С недавних пор обзавелась болтливым домашним питомцем и поступила на первый курс какой-то, сама еще плохо понимаю какой, Академии. А еще за мной постоянно таскается один надоедливый демон, чью неуемную энергию стоило бы направить на более благородные дела. Приятно познакомиться!