Мышь, которая зарычала. Антология
— И, — продолжал Том, — они ведь обстреливали нас какими-то лучами или чем-то еще, что свистело, пролетая над нашими головами?
Тут мнения несколько разошлись. Не все были уверены, что это можно назвать лучами.
— В таком случае, — торжественно произнес Том, — долг американских патриотов заставляет нас заявить о нападении марсиан во всеуслышание. — (Ничто не могло поколебать Тома в уверенности, что он встретился именно с марсианами.) — Пришельцы с Марса, возможно, где-то среди нас, они убивают людей, а правительство, которое не в силах справиться с марсианами, просто скрывает от всех правду. Я решил отправиться прямехонько в «Дейли Ньюс». Уж эта газета не скроет от народа ужасной истины!
Несмотря на то, что все члены подсекции 3 были уволены с работы, некоторые стали возражать против решения Тома. Один предположил, что, если правительство скрывает правду, значит, тому есть серьезные причины. Другой сказал, что если уж им не поверили на службе, то в газете не поверят тем более.
Но Том ответил, что знает одного важного человека в редакции, и уверен, что с его помощью история обязательно будет опубликована.
Том немножко приукрасил факты. «Важной персоной» был всего лишь распространитель газет, у которого он иногда подрабатывал. Когда Том рассказал ему всю историю, тот задал ему один вопрос.
— Вы говорите, это случилось вдалеке от центра города?
— Да, — ответил Том. — Угол Сотой и Бродвея.
— Пожалуй, позову редактора, и вы ему снова все расскажете. Это можно здорово подать: «МАРСИАНЕ ПРИЗЕМЛИЛИСЬ НА ОКРАИНЕ!» Неплохо заработаете, если сумеете заинтересовать редактора.
Редактор принял Тома и двух его друзей на две минуты. Он был недоволен тем, что у них нет фотографии пришельцев, и передал пришедших молодому худенькому журналисту, который задал им тысячу вопросов, желая знать мельчайшие детали. Том и члены его команды подписали свои показания и отправились по домам.
— Завтра все это появится на первой странице, — сказал Том.
Но этого не случилось.
Редактор, читая заметку журналиста, колебался между осторожностью и ликованием. Сначала он решил немедленно подписать статью в печать, но вечная привычка к обязательной проверке фактов заставила его помедлить. Он дал прочесть статью выпускающему редактору, сказав:
— Парни поклялись, что все это чистая правда. Они показали свои удостоверения. Их выгнали из гражданской обороны, обвинив в том, что они были пьяны и потеряли свои защитные костюмы. Мы могли бы раздуть эту историю, но хотелось бы обойтись без неприятностей.
Выпускающий редактор положил ноги на стол и сосредоточил взгляд на своих ботинках.
— Помните статью в «Трибьюн» о странном флаге на крыше таможни? — спросил он.
— Да-да, помню.
— Забавная история, — продолжал выпускающий. — Два дня уже ищут генерала Сниппетта и не могут найти. Нашлась только его машина. — Он снял ноги со стола. — Она стоит в полицейском гараже и у нее продырявлено заднее сиденье. Пусть парочка лучших репортеров займется этим делом.
— А что же с этими марсианами? — спросил редактор.
— Соберем все факты, — сказал выпускающий, снова водрузив ноги на стол. — Исчез генерал. Диковинный флаг на крыше таможни. Машина генерала пострадала в бою. Работники гражданской обороны докладывают о вторжении в город людей в сверкающих костюмах. Дверь в Колумбийском университете взломана тараном, обернутым кольчугой. Подытоживаем: «МАРСИАНЕ ВТОРГЛИСЬ НА МАНХЭТТЕН». Дайте мне посмотреть статью, когда она будет готова.
Редактор вызвал двух шустрых журналистов, двух фоторепортеров и после короткого совещания отправил их выполнять задание.
13
— Господин президент, — сказал министр обороны, — я обязан доложить вам о чем-то совершенно невероятном, но абсолютно истинном. Это настолько удивительная история, что невозможно понять, с чего все началось.
— Садитесь, — с улыбкой предложил президент. — Не волнуйтесь и расскажите мне все, что вас заботит.
— Спасибо, — сказал министр. — Но вы должны заранее извинить меня за невероятность того, что я вам расскажу, хотя, повторяю, все это чистая правда. Перед приходом к вам я тщательно проверил все факты, которые привели меня к определенным выводам.
Президент удивленно посмотрел на министра.
— Продолжайте, — сказал он спокойно.
Министр судорожно вздохнул. Он так нервничал, что даже не сразу смог заговорить.
— Господин президент, — начал он наконец, — мы находимся в состоянии войны с некой страной, однако, похоже, мы об этом не знаем. Более того, во время учебной тревоги в Нью-Йорк вторглись экспедиционные силы этой страны и успешно захватили город. Выходит, господин президент, армия этой страны выиграла войну, а Соединенные Штаты, соответственно, впервые в истории войну проиграли.
— Господи, — воскликнул президент, — вы в своем уме?
— Я не выжил из ума, — уже спокойно сказал министр. — То, что я вам сказал, — это ужасная правда. Я ничего не подозревал до тех пор, пока не произошло кое-что странное, на что я сначала не обратил внимания. Но теперь доклад моих секретных агентов полностью подтверждает мои выводы.
Президент поднялся из-за стола и подошел к министру.
— Я не спрашиваю о вашем самочувствии, потому что вижу — вы в порядке. Не думаю, что вы решили пошутить, и, зная ваше уважение к президенту страны, понимаю, что вы не станете меня дурачить. А теперь я хочу знать факты: что это за страна, когда и зачем была начата война и как вы пришли к заключению, что они выиграли войну, о которой никто и не знал. Я лично не сомневаюсь в нашей непобедимости.
— Мы непобедимы, господин президент, но побеждены.
Министр достал из портфеля папку, раскрыл ее и вынул лист бумаги. В верхней части листа был изображен двуглавый орел, говорящий одним клювом «да», а другим «нет». Под изображением орла староанглийским шрифтом было написано: «Герцогство Великий Фенвик».
Президент медленно начал читать документ вслух. Когда он дошел до последнего параграфа, где говорилось: «Герцогство Великий Фенвик, употребив все возможные усилия для решения проблемы мирным путем, ныне объявляет о состоянии войны между герцогством Великий Фенвик и Соединенными Штатами Америки», он медленно и серьезно произнес:
— Худшего нельзя было и придумать.
Потом президент сел в кресло и уставился на министра обороны.
Минуту или две оба сидели молча. Казалось, им хотелось прочесть мысли друг друга. Наконец президент нарушил молчание.
— Прочту еще раз.
Он прочел документ и спросил:
— Откуда появилась эта бумага? Полагаю, вы проверили ее подлинность?
— Проверили. Документ был найден моими секретными агентами в квартире чиновника по имени Честер И. Бенсон, который работает в Госдепе. Точнее сказать, бумага была обнаружена за батареей в его гостиной.
— Почему она там оказалась? — Президент даже побагровел от ярости.
— Бенсон не так уж виноват, — быстро ответил министр. — Он служит в отделе Центральной Европы. Документ был доставлен ему обычным посыльным. Когда Бенсон открыл конверт, то подумал, что это очередной розыгрыш ребят из пресс-бюро. Он положил конверт в карман и отправился кататься на каноэ. Каноэ перевернулось, конверт намок, Бенсон положил его на батарею просушить и забыл. Секретные агенты нашли это заявление, после того как вскрылись факты, свидетельствующие о том, что Великий Фенвик воюет с нами.
— Что за факты? — резко спросил президент.
Министр рассказал всю историю и о странных людях в сияющих одеждах на Манхэттене, и о пропавшем генерале Сниппетте, и о его продырявленной машине, и о флаге на крыше таможни порта.
— Нет сомнения, — продолжал министр, — что вторжение произошло во время учебной тревоги. Возможно, захват генерала Сниппетта с четырьмя полицейскими не был случайным. Я отправил его, чтобы предотвратить панику по поводу высадки «марсиан». А наличие стрелы длиной в три фута в машине генерала объясняется тем, что Великий Фенвик не воевал с четырнадцатого века и их солдаты одеты и вооружены так же, как солдаты Столетней войны в Европе.