(не) девственница для дракона (СИ)
Оно и ясно: пока мы с Арденсом приходили в себя, остальные не теряли зря времени и совместными усилиями успешно провернули спецоперацию и произвели масовые аресты всех участников заговора. И были все основания полагать, что в этот раз "гидра" уже уничтожена окончательно.
— Я узнал о заговоре еще от своего отца. А он — от своего. А тот — от своего и так далее, — неспешно говорил Багратион, потягивая красное сухое и закусывая кубиками сыра.
— Так сколько же ему лет!? — удивился Арденс.
— Много. Вы даже не представляете сколько. Зато имя — даже имена — его древнего организатора вы прекрасно знаете и употребляете каждый день.
— Всевидящий, это как же… — поразилась было я, но монарх меня перебил.
— Вот-вот, именно он!
Я нахмурилась, ничего не понимая:
— В каком смысле?
— В прямом, Анна. Но я начну по порядку. Загорье — исконная земля драконов. Мы были могущественнейшими обитателями нашего мира, но при этом очень миролюбивыми, не жаждущими подчинить его себе. Ведь зачем? Сердце драконов — в горах, они для нас не просто красивый рельеф, а и наши артефакты, хранители нашей силы, ниш щит, залог процветания да и выживания. Но вот однажды к нам с визитом приехал заокеанский принц. Он очень заинтересовался нашими горами, так как обнаружил в них богатые залежи драгоценных камней. Он, конечно, был не первым, кто их нашел и решил подвинуть нас с наших земель. Сначала он пытался пойти на Загорье войной, но не смог пробить внешний щит. Тогда он решил действовать изнутри и вышло это у него весьма неплохо. Тут следует упомянуть, что звали его — Од, — Багратион стрельнул хитрым взглядом из-под густых бровей, выдерживая интригующую паузу. — А позже его начали величать Великим.
И отец Арденса не ошибся: лица всех присутствующих удивленно вытянулись.
— Постой, отец, ты говоришь о Великом Оде? — поднял бровь Арагвард, удивляясь не меньше остальных.
— О нем. А теперь вопрос к Анне. Как из староурского переводиться "од".
— Око, глаз… — тут же ответила я, все еще не понимая, куда клонит Его Величество.
— Блестяще. А ранее ты упоминала имя одного бога, что особенно популярен в Арате…
— Всевидящий? — ответила я, не в силах поверить своей догадке. Неужели Багратион утверждает, что…
— Загорский Великий Од и ваш Всевидящий — имя одного и того же бога, точнее — простого, хоть и чрезвычайно сильного мага-менталиста. Не сумев захватить Загорье оружием, он решил действовать изнутри и создал свою религию, число последователей которой множилось с каждым днем. Что и неудивительно, повторюсь: Од был сильным менталистом. Могущественным. Сильнейшем за все времена. Настолько сильным, что, он мог внушать драконам. При чем перманентно, а не на какое-то время. И Од придумал хитрый план: он внушил одному из самых влиятельных родов драконов ненависть к своим же соотечественникам и убедил их, что они являются коренными драконоборцами, миссия которых — уничтожить драконов.
— Да не может быть! — не сдержался Кит, хотя совсем недавно рассказывал мне до боли похожую историю. Да-да, ту самую историю моего рода.
— Именно, молодой человек. Речь идет о вашем роде. Род Камышовых Котов, Чаусов, когда-то был одним из сильнейших драконьих родов, пока Великий Од, или же Всевидящий, не внушил им иррациональную, слепую и всепоглощающую ненависть к своим соплеменникам. После этого Чаусы забыли, что могут оборачиваться в драконов, но их магический потенциал оставался огромным. Это деяние Ода принесло много крови и бед, однако замысел Ода не достиг целы: Чаусы не смогли низвергнуть правителя драконов. А сам Од был совершенно случайно убит в одном из противостояний. Но его внушение продолжило жить. Оно передавалось новым потомкам Чаусов и подкреплялось историями об уже пролитой крови, — Багратион задумчиво смотрел в окно и я только сейчас заметила, что на подоконнике мирно спит Камыш, демонстративно игнорируя всех титулованных и не очень гостей.
— Естественно, у такого выдающегося мага, как Од, были незаурядные ученики-менталисты, которые продолжили его дело. И вот, во время правления Драка Всемогущего, последователи Ода умудрились создать уникальное оружие, способное проникать через магическую защиту драконов и поражать их так, как если бы они были обычными людьми. Все мы имели возможность видеть его воочию. Некоторые же, — смеющийся взгляд в мою сторону, — владели им какое-то время и даже успешно использовали. А некоторые умудрились прочувствовать на себе его "потрясающее" действие и даже несколько раз, — ухмылка в сторону Арденса. — Конечно, речь идет о Дракоморте. Создатели кинжала вложили его в руки юной и прекрасной Араты, а затем отправили ее во дворец с единственным заданием — убить Драка Всемогущего. Но судьба решила иначе, и эти двое влюбились друг в друга. И из этого места начинается легенда, которую все уже слышали — легенда об Истинной или же Избранной. Кстати, Анна, ты не забыла о рукописи?
— Нет, конечно, — я с сожалением, под удивленными взглядами Арденса Аларая протянула Императорскому Величеству книгу, из которой так и не успела прочесть ни страницы.
Багратион с удовольствием сграбастал рукопись и, наслаждаясь всеобщим вниманием и интересом, неспешно извлек до боли знакомые мне пожелтевшие страницы с красными заглавными буквами и вставил их в конец книги. Потом же поднялся и протянул рукопись мне обратно:
— Вот, это мой подарок тебе. Думаю, будет более верно, если этой легендой будет владеть род Чаус.
— Отец, ты же не думаешь, что мы все согласимся ждать, пока леди Анна ознакомится с ней, переведет и решит посвятить нас в эту тайну?
— О, конечно же нет, Арагвард. Я с большим удовольствием разкрою вам эту загадку. Легенда об Истинной — чушь собачья.
Повисла тишина.
Он шутит? Я же ведь обернулась в драконицу!
Багратион же открыто наслаждался нашими потрясенными лицами. Потом же не выдержал и разливисто засмеялся.
— Ну, не совсем чушь, конечно. Даже наоборот — она преимущественно правдиво описывает все события. Но! Но касается только двоих конкретных родов, а на других возлюбленных драконов не распространяется и в дракониц их не превращает, не влияет на способность выносить ребенка и не гарантирует вечного счастья. То есть, это лишь история одной большой любви, а также, как оказалось, причина того, почему умерло Сердце драконов, обрекая весь драконий род на медленное угасание.
Итак, что же произошло на самом деле с Драком и Аратой? Как говорит легенда, часть рода Чаусов, на которых внушение Ода еще продолжало действовать, забрали Арату и перекочевали за Драконьи горы, неплохо там обосновавшись. А Драку Всемогущему, Великий Од внушил забыть облик своей возлюбленной, чтобы он не мог ее найти. И эта часть легенды абсолютно правдива, за исключением, конечно же, Ода — тот уже давно упокоился, и ему незаслуженно приписали заслуги какого-то другого мага-менталиста.
Арата не могла забыть возлюбленного, несмотря на то, что сам король решил на ней жениться. И на рассвете предполагаемого дня свадьбы Арата решила сбежать. Но не смогла: родственники догнали ее, и она — то ли преднамерянно, то ли случайно, сейчас уже мы не узнаем, — сиганула в ущелье. И тут случилось чудо: она превратилась в драконицу! Хотя фактически, никакого чуда-то не произошло, ведь Арата всегда была драконицей. Так или иначе, древняя кровь пробудилась в ней в этот опасный для жизни момент, но внушение Ода тоже продолжало действовать, раздирая ее душу пополам… Поэтому Арата не смогла долететь до края, а разбилась об острые камни. — Император замолчал, пронзительно смотря на меня, как и все остальные присутствующие. Я же задрожала и прикрыла глаза, пряча навернувшиеся слезы. Арденс обнял меня, успокаивая, и поцеловал волосы. Купированное, скупое на эмоции повествование Багратиона вызвало во мне целый шторм чувств, заставляя пережить все заново: и полет, и надежду, и борьбу, и отчаянье. И облегчение, что моя история сложилась иначе.
Дав мне немного времени прийти в себя, лорд Багратион продолжил: