Земляника для короля (СИ)

Мы оба молчали.
— Такие артефакты могут делать только менталисты, — нарушил тишину Дэвид. — Ваши браслеты изготовила королева Лавты. Меченых там больше не убивают, их подчиняют.
Я опустила голову еще ниже. Не хочу в Лавту.
— Я решил, что ни за что не отправлю вас к Лавтийцам, пускай это решение нам дорого обойдется, нам есть что противопоставить Лавте.
Сколько из-за меня проблем! Если б было прилично залезть под стол от стыда, я бы это сделала.
— Я могу идти? — спросила я.
Король встал из-за стола, подошел и встал передо мной.
— Кэтти, вы мне верите?
Я подскочила со своего места он — король, стоит. Чего я-то расселась. Тут же я ответила:
— Да, конечно, — прозвучало это так, как будто имела в виду, что не верю. Ну, что я делаю? Что говорю? Поднять взгляд на короля не было сил.
Дэвид осторожно взял меня за подбородок и приподнял мое лицо. Я не смогла скрыть весь тот ужас и стыд, которые сейчас испытывала. Отвернуться и спрятать взгляд возможности не было.
Дэвид наклонился, и я почувствовала теплое дыхание короля на своих губах. Потом, он сказал:
— Кэтти, вы принадлежите теперь Архону навечно.
Наши губы соприкоснулись. Мне вспомнился поцелуй Роредрика. Показалось, что я теперь грязная и, наверное, кажусь королю доступной. Король он или не король, но я так не могу!
Я начала вырываться, но Дэвид, прекратив меня целовать, прижал к себе, и сколько я не билась, не отпускал. В конце концов, я поняла, что сопротивление бесполезно и прекратила попытки вырваться. Мы некоторое время стояли обнявшись, я чувствовала тепло и силу, исходящую от монарха, мне становилось все спокойней и спокойней. От дыхания Дэвида волосы на моей макушке шевелились. Он ласково сказал: 
— Никогда больше не отпущу тебя, слышишь?
— Слышу. 
Я успокоилась и с благодарностью прижалась к королю еще крепче. Хотелось еще почерпнуть его силы. Когда я пришла в себя и осознала, что стою, обнявшись с мужчиной который не является мне мужем, то завозилась в его объятиях. Монарх ласково произнес:
— Неугомонная. Ладно, иди.
Он ослабил объятия, я тут же высвободилась и вышла из кабинета. В мыслях, чувствах был сплошной кавардак. 
После обеда, который прошел в моих покоях, я сообщила Пелагее и Димитрису по ментальной связи, что выезжаю в школу. Хотелось немного развеяться, причем подальше от короля, чтобы на расстоянии от него привести свои чувства в порядок. 
Когда я приехала в школу, там были все мои друзья и близкие, даже Аканэ присутствовала. Сегодня как раз был день, когда они работали с Пелагеей. Все наши ученики, мой дед, Овид, Болк и те самые офицеры, которые планировали преподавать в академии пришли поддержать меня. 
Занятия уже закончились, и мы устроили дружескую вечеринку, как это принято на земле, только с музыкой было сложно и мы все вместе заказали Аканэ агрегат, который сможет воспроизводить музыкальные композиции.Цесса согласилась заняться этим, тем более в машине это тоже могло бы пригодиться.
Через пару часов все потихоньку начали расходиться. Я решила поговорить с невестами короля наедине. Думаю, скооперироваться и действовать вместе целенаправленно будет мудро. Мы закрылись в моем кабинете, за приватным чаепитием.
— Девочки! — Цессы улыбнулись, когда я это произнесла. — Я не знаю, кто из нас станет королевой, но считаю нужным сказать, что мы всегда должны вместе трудиться на благо Архона. «Нитка, скрученная втрое, нескоро порвется» — говорил царь Соломон, а он считается самым мудрым человеком за историю нашей Земли.
— Одна из нас уедет в Лавту, — печально проинформировала Аканэ.
— Я не знаю как все повернется, — в ответ сказала я.
Ренейт подошла и погладила меня по спине.
— Возможно, ты ошибаешься, Кэтти, скоро защита проектов, может, ты победишь.
Я решила закрыть эту тему, не для того собрала всех здесь. К тому же лукавить не хотела. Обещание короля я помнила.
— Девочки, я хочу сказать, что нам необходимо найти всех цесс, которые есть в Архоне и уговорить их делиться знаниями со всеми жителями страны. Этим должна заниматься не только королева, но и остальные цессы.
 
— Знаешь, я думала об этом, — заговорила Аканэ. — Мне кажется, что воли богини нет на то, чтобы мы скрывали свои знания от народа.
— Твой отец сказал мне совсем другое, при нашей встрече, — призналась я.
Аканэ, огорченно опустила голову вниз.
— Я знаю, что думает отец. Не могу убедить его в обратном. Он сам принимает решения, не спрашивая меня.
— Почему ты не останавливаешь его? — поинтересовалась Ренейт.
— У нас так не принято, — растеряно произнесла Аканэ. — Мы должны трудиться на благо рода. Отец в данный момент является главным старейшиной Минаров.
— А как же трудиться на благо страны? Мне кажется это одно и тоже. Чем сильнее страна, тем сильнее твой род, — возмутилась подруга. А я молчала, пытаясь ухватить мысль, которая от меня убегала.
— Я понимаю это. Отец — нет. Наверное, он никогда уже не поймет. Не тот у него возраст.
— А если ты станешь королевой? — спросила я.
— Я не хочу быть королевой. Лучше в Лавту, — с ужасом сказала Аканэ.
Мы все замолчали. Я понимала, что копаться в грязном белье семьи Минара не стоит. Удивила реакция цессы Минара. Ее отец стремится посадить дочь на трон, а она не хочет, но все равно его слушается. 
— Архон станет сильнее только в том случае, если королева будет объединять всех цесс, а не только заниматься своими научными изысканиями. Девочки, пообещайте, что став королевой вы исполните это, — попросила я девушек.
— Я постараюсь, Кэтти, — грустно ответила Ренейт.
— Я не смогу, — Аканэ спрятала лицо в ладони и расплакалась.
Мы с Ренейт переглянулись. Потом решили успокоить девушку. Налив ей душистого чая и поглаживая по голове и рукам, наговорили ей всяких приятностей. Наконец, она успокоилась и произнесла:
— Я понимаю, что выгляжу малодушно, как испуганный ребенок, у которого нет ни сил ни интеллекта, ни жизненного опыта. Поверьте, есть веские причины полагать, что мне, как королеве, не дадут заниматься общественной деятельностью. Не спрашивайте, почему я так решила. Не могу вам об этом рассказать. Но хочу пообещать, что буду стараться изо всех сил, чтобы медицинские школы и военная академия никогда не закрылись. Будет лучше, если я не стану королевой.
«Кому же тогда быть королевой» — подумала я.
Девушки посмотрели на меня, как будто услышали мои мысли.
— Кэтти, ты хотела еще что-то сообщить? — спросила Ренейт.
— Да, есть одна новость или не новость. Я кое-что откопала в библиотеке. Не знаю, может вы уже в курсе…
Я пожала плечами и задумалась как по тактичней рассказать девушкам, что королев убивают. Аканэ не дождалась, когда я соберусь с духом. 
— Я читала только про отбор и меченых девушек, а потом работала, работала и работала.
— Не томи уже говори, что ты вычитала? — произнесла нахмуренная Ренейт — по твоему лицу вижу, что новость неприятная.
Я решилась. Как-никак девушки уже чувствуют, что ничего приятного не услышат.
— Вы знаете, что Леславу великую убили?
Аканэ вскинула на меня удивленный взгляд. Ренейт произнесла:
— Я слышала об этом от Болка, он говорил, что там был замешен твой дед. Не Роляини, — поправилась Ренейт. — А еще твой отец.
Глаза Аканэ стали шире, рот приоткрылся.
— Отец не был замешен, поэтому он жив, цел и невредим и может посещать столицу, — решила я поправить подругу, чтобы потом не было недосказанности. — А знаете, что Миранда мудрая тоже умерла не своей смертью? Ее убили придворные.
— За что? — удивилась Ренейт.
— За научные изыскания, по всей видимости. Там была история, связанная с печатным станком. — Цессы замолчали, а я выдержав драматическую паузу продолжила: — До Миранды была королева Брианна — ее тоже убили придворные. До Брианны была королева Тониа — ее убили придворные. До Тонии была королева, которую угадайте кто убил?