Земляника для короля (СИ)

Что же вы делаете? Что же мне делать? Если бы я могла спасти ребенка! Я вгляделась в лошадей и мысленно приказала им остановиться. Кони продолжали бежать дальше.
Сжавшееся сердце закипело, пятно запекло и начало разгораться все сильнее и сильнее, вдруг из него брызнул яркий свет, который был виден даже через одежду. Я не обратила на это внимание. Лима, которая напоминала мне о родных, сейчас погибнет, и никто не в силах ей помочь. 
Вдруг, пришло осознание, что и мне не стоит жить в мире, о котором я так и не узнала. Я решила использовать свой шанс. Пусть лучше Лима будет жива, а я уже прожила одну жизнь на Земле. Я бросилась наперерез лошадям, пытаясь их остановить.
Вытянув руки вперед, закричала: 
— Стоять! 
Свет из пятна вспыхнул еще сильнее и вдруг над головами людей, лошадей, собак я увидела картинки, и опять, откуда-то взялись звуки чужих мыслей. Мне некогда было размышлять над тем, что со мной происходит, поэтому я определила, где вожак стада и в его сторону отправила мысленный посыл, крикнув:
— Поверни направо, девочку береги, убирайтесь из деревни!
Картинка над головой вожака изменилась, он громко заржал, приостановился, подняв передние копыта, забил ими в воздухе, разворачивая себя в другую сторону. Затем встал и корпусом закрыл Лиму, тогда все лошади стали поворачивать на другую улицу, не задев дрожащую девчушку и ее отца, который со слезами на глазах обнимал и успокаивал испуганного ребенка.
Все это время я стояла и следила, чтобы ни одна мысль животных, так некстати посетивших нашу деревню, не изменилась. Когда весь табун пробежал, я увидела ошалелых собак, которые и гоняли этих лошадей по деревне, им я отдала приказ развернуться и бежать по домам.
В груди, что-то взорвалось. Не выдержав напряжения, я упала на колени. Моя голова жутко болела, а над каждым человеком или животным я видела образы, которыми думали люди. Я слышала мысли и не могла от них закрыться, это было ужасно, в моей голове стоял гул. Мне казалось, что кто-то долго бил меня в родимое пятно. В конце концов, мой организм сжалился надо мной, и я потеряла сознание.
  
Глава 3.
 
Откровения
Я проснулась в своей комнате, от солнечного света, который лился на мое лицо из открытого окна. Повернув голову и посмотрев на свет, я заметила на подоконнике маленькую птичку. Она наблюдала за мной черными глазами — ягодками, наклоняя голову в разные стороны. 
Несколько минут мои мысли занимала забавная пичуга. Внимательно ее рассмотрев, я пыталась вспомнить есть ли у нас на земле такие. В итоге я установила, что птица неземная, хотя не скажу, что она была примечательной. Маленькая как воробей или синичка, оперенье черное с синим отливом, на голове буквально три перышка торчали вверх, создавая иллюзию короны. Птица так долго и осмысленно разглядывала меня, что проснулось желание поговорить с ней.
— Привет, Принц! — прошептала я. Птица насторожилась и продолжила топтаться на подоконнике, не залетая в комнату. — Давай дружить!
Вдруг, я почувствовала тупую боль в голове от того, что в нее буквально залетали мысли людей из соседней комнаты. Переживания матери и отца разрывали мой мозг на части. Я застонала. Птица, услышав резкий звук, быстро вспорхнула и улетела.
Что это такое? Как с этим жить? Думала я, пытаясь закрыть свои «шлюзы» для проникновения «чужого мусора» в мой мозг. Взявшись за голову, я встала с кровати. Из-за двери спальни я слышала голоса Кряжека и Нары, которые обсуждали домашние дела, а мысли их были совсем о другом, причем в моей голове вся эта какофония перемешивалась и доставляла неприятные ощущения. Я открыла дверь и вышла из спальни растрепанная со сна, неумытая, не соображающая. Родители увидев меня застыли на месте. Но сообразив, что происходит что-то неладное, отец бросился ко мне на встречу.
— Кэтти, детка, как ты? — вслух сказал он.
— Метка активировалась. — услышала я голос Нары в своей голове. — Ничего страшного, переживет. Многие через это прошли.
 
Тут же над головой отца и матери возникли картинки, которые показывали их мысли. Нара занималась своими делами, а я сидела в дальнем углу дома. Кряжек пытался понять, что со мной происходит. Мои мысли тоже возникали в голове и все это сворачивалось в какую-то кашу. 
— Я вижу и слышу ваши мысли, — сказала я вслух, — это ужасно. 
Затем схватилась за голову от ощущения, что я просто схожу с ума.
— ЧТО?! — Отец и мать уставились на меня. Я не разобрала откуда прозвучал вопрос. Это был чей-то голос или мысли. Картинки стали прыгать вокруг голов мамы и папы. От мельтешения мыслей у меня зарябило перед глазами.
— Я так не могу! — воскликнула я, схватившись за голову. Чтобы как-то остановить это безумие я забежала в свою комнату и захлопнула за собой дверь.
Родители загудели за стеной. Я обессилила и захотела лечь. Когда легла, то поняла, что так чувствую себя еще хуже. Я встала и прошлась по комнате, движение отвлекало меня от мучений. Минут через десять стало легче, прислушавшись к чужим мыслям, я поняла, Кряжек и Нара вышли на улицу. Мне их было слышно, но не так громко. Как не хочется быть затворницей.
В романах — фэнтези, которые я читала на земле запоем, писали, что от чужих мыслей можно ставить защиту — щиты. Я должна попробовать. Остановившись посреди комнаты, я закрыла глаза и представила как вокруг моей головы образуется шлем, который затягивает весь мозг. Чужие обрывки мыслей не прекращали кружить в моих воспаленных мозгах, хотя стало намного легче. Настолько легче, что я не заметила, как в дом вернулся отец.
Дверь распахнулась, он зашел в комнату.
— Нужно поговорить, — обеспокоенно заявил он. Лицо отца было встревожено, а на груди я увидела камень голубого цвета, который был перевязан веревкой.
Кряжек сел на единственный стул, который был в комнате. Я присела на кровать. Как ни странно, мысли отца я не слышала, а то что долетало до меня от других людей не беспокоило. То ли щиты подействовали, то ли люди были далеко.
— У меня куча вопросов. Я ничего не понимаю, может пора хоть что-то мне объяснить? 
Отец поморщился.
— Я попробую. Но не всё смогу рассказать, — виновато сказал он.
— Спасибо и на этом. Я выживу?
— Несомненно, — улыбнулся Кряжек. Мне от его ответа стало легче. — Ты действительно слышишь мысли? — продолжил он.
— Не только слышу, но и вижу.
Отец вскочил и начал ходить по комнате как я несколько минут назад.
— Это поразительно! — восхитился он. — В тебе проснулась королевская магия!
— В смысле королевская? — насторожилась я.
— Видеть или слышать мысли могут только члены королевской семьи, больше ни у кого в роду таких возможностей нет. Богиня не награждает простых людей этим даром. А ты слышишь мысли только людей?
Я задумалась. И вспомнила табун и картинки, которые были над ним.
— Нет не слышу.
— А что произошло на площади? — удивился отец.
— Я увидела образы, которыми думают лошади, потом изменила их.
У Кряжека в глазах загорелся священный ужас.
— У тебя огромные силы, Кэтти, не каждый король обладает таким даром.
Мы замолчали. Я обратила внимание, что не слышу то о чем думает Кряжек. Внимательно посмотрев на него я спросила:
— А что у тебя за камень на шее? 
Кряжек взял камушек в руки:
— Это осканит. Он защищает сознание от ментального воздействия, создает щит вокруг его обладателя. Ты еще не научилась ставить блоки и видимо все подряд слышишь. Я надел его, чтобы нам было легче общаться. Ты не подумай в мыслях у меня нет ничего плохого. — стал он оправдываться.
— Я знаю, я видела. Спасибо, мне действительно так легче.
Отец смутился и вздохнув пояснил:
— Осканит есть у каждого мага. Мы имеем право закрывать свой разум от королевской семьи, по закону. Но у простых жителей такого камня нет. А еще маги могут закрываться от ментального воздействия. Мой отец научил меня, я тоже покажу как это делается. Только не знаю, получится ли, ведь я маг огня.