Гнёт Луны (СИ)

— Странный дом, — Феликс осмотрел полупустой просторный зал и замер, разглядывая розового монстрика под кустиком Фикуса. — Сахарный Монстр в лесу?
— Там ему уютно, — Ил села на диван и сложила ладони на коленях.
Феликс и Ричард опустились на медвежью шкуру по обе стороны от мальчика. В затылок Ил вгрызлась паника. Она испугалась и хотела сорваться с дивана и убежать прочь от изучающих глаз двух молчаливых отцов. Ричард вытащил из кармана вельветовой куртки упаковку с полосками вяленого мяса и сунул кусок высушенной плоти Фериилу, который с аппетитом обслюнявил ее.
— Сына, нам надо кое-что тебе сказать, — спокойно проговорил Феликс, вглядываясь в глаза Ил.
Девушка сжала кулаки, и была готова рухнуть без чувств. Зря она решила поиграть во взрослую ответственную женщину.
— Что сказать? — пробубнил Фериил и с любопытством глянул на мужчину.
— Тетя Илона… — Ричард пропустил пальцы сквозь локоны мальчика.
Протестующий крик застрял в глотке девушки раскаленным камнем. Сердце пропустило удар.
— Твоя мама, — закончил фразу Феликс.
Время словно остановилось, уродливая квартира с голыми стенами и шторами в цветочек растянулась и сжалась. Фериил недоуменно моргнул и посмотрел на Илону:
— Ты тетя-напрокат? Получается, ты вернулась из магазина?
— Нет, — прохрипела Ил. — Я не тетя-напрокат. Я родила тебя и я…твоя мама…
— У меня есть мама, как и у других волчат? — Фериил перевел подозрительный взгляд на Ричарда.
— Да, милый, — тот ласково улыбнулся.
Мальчик оторвал кусок от вяленого мяса, тщательно прожевал его и вновь посмотрел на Илону с детской наивностью:
— А где ты была все это время?
— Путешествовала, — просипела Ил.
— Почему ты бросила меня? — мальчик прищурился.
— Потому что испугалась, — девушка сглотнула горькую слюну. — Испугалась быть мамой.
— А сейчас не боишься? — Фериил склонил голову.
— Боюсь. Очень боюсь и опять хочу убежать, — Ил слабо улыбнулась.
— А почему не убегаешь? — мальчик нахмурился.
Детская непосредственность и желание докопаться до истины когтями рвала душу Илоны.
— Потому что я хочу быть рядом, — выдохнула девушка. — Потому что хочу научиться быть смелой, а не трусливой волчицей.
— Почему вы мне сразу не сказали, что она моя мама? — Фериил посмотрел на Ричарда и повернул лицо к Феликсу. — Почему?
— Потому что мы тоже испугались, — мужчина поправил ворот детской футболочки. — И потому что не хотели делиться тобой с Илоной.
— Так вот, почему вы целовались в губы? — Феликс распахнула глаза и цокнул. — Так бы сразу и сказали. Зачем врать?
Мальчик поднялся и зашагал к горшку с фикусом. Он переставил фигурку Сахарного Монстра ближе к зеленым стеблям и обошел квартиру, оглядываясь по сторонам.
— И что теперь? — шепнула Ил Феликсу.
— Я не знаю, — мужчина пожал плечами. — Я планировал слезы и обнимашки.
— А я гневную истерику, — едва слышно отозвался Ричард.
Фериил остановился перед небольшим старым холодильником, который Ил купила на днях с рук и открыл дверцу. Он с любопытством заглянул в его нутро и вытащил вскрытую упаковку сосисок.
— Это, наверное, плохо, — испуганно зашептала Ил, — что он такой спокойный.
Фериил прошел к дивану, забрался на него и положил упаковку сосисок на колени.
— А где мои розовые волосы? — он с большим подозрением посмотрел на девушку. — Или фиолетовые. Почему я не похож на тебя?
— Я не знаю, — она неловко улыбнулась. — И когда я была тобой беременна, у меня была серебристая шерсть.
— Может, у меня тоже шерсть поменяет цвет? — мальчик задумчиво сунул сосиску в рот. — После линьки?
— Возможно, — согласился Феликс.
Фериил в молчании управился с двумя сосисками и протянул одну Илоне:
— Не бойся, — он пожал плечами. — У меня теперь есть мама, у тебя малыш. Это же хорошо.
Ричард украдкой смахнул слезу, и Ил кивнула, раскусывая сосиску:
— Да, это очень хорошо.
— Только я не хочу тут жить, — он привалился к ней и вздохнул. — Мне здесь не нравится.
— Не буду спорить, здесь не очень уютно, — Ил несмело приобняла мальчика.
 
— Тогда ты теперь будешь жить с нами?
— Нет, — Ричард настороженно посмотрел на ребенка. — Мы с твоей мамой не можем жить вместе.
— Почему? У нас дом большой, — Фериил нахмурился. — Пусть живет в моей комнате. Мне не жалко.
— Потому что мы не готовы жить вместе, — Феликс вздохнул. — Но твоя мама будет приезжать в гости и ты тоже будешь навещать ее.
— А когда вы будете готовы? — мальчик надорвал уголок пустой упаковки от сосисок.
— Я не знаю, сына, — мужчина криво улыбнулся. — Возможно, мы и не придем к тому, чтобы жить вместе в одном лесу. Мы все должны научиться быть смелыми и понять, хотим ли мы быть семьей.
— Вы не любите маму Илону? — Фериил исподлобья посмотрел на Феликса. — Она вам не нравится?
— Нравится, но этого мало, чтобы построить крепкую семью, — мужчина ослабил ворот рубашки.
— Папы не любят тебя, — мальчик удивленно посмотрел в бледное лицо Илоны. — Почему?
— Потому что я бросила вас, — Ил серьезно заглянула в его глаза. — Они обижены и не доверяют мне. Взрослые часто совершают очень глупые и обидные поступки, из-за которых они расходятся и решают жить раздельно, но это не означает, что они не любят своего малыша.
— Я не малыш, — фыркнул Фериил. — Малыши глупые.
— Верно, ты очень умный мальчик, — Ил коснулась его волос и пробежалась пальчиками по лицу. — Намного умнее своей мамы.
— Это он в меня пошел, — Ричард тихо хохотнул. — Я тут среди вас самый умный.
— Зато мама Илона красивая, — Фериил потянулся к ее спутанной шевелюре. — Ни у кого нет мамы с розовыми волосами, а у меня есть.
Ил склонила голову, и Фериил с восторгом зарылся в ее локоны пальчиками. Кончики розовых волос на макушке Ил побледнели и вспыхнули серебряными искорками.
— Ого, — шепнул мальчик, стискивая пряди девушки неуклюжими пальчиками. — Красиво.
— Что? — Ил испуганно уставилась на Ричарда. — Я облысела?
— У тебя теперь очень моднявая покраска в триколор, — изумленно ответил он, глядя на ее макушку.
Ил с ворчанием запуталась в футболке и штанах, и выползла из-под одежды на медвежью шкур разноцветной волчицей. Лапы и брюхо — нежно фиалкового отлива, который плавным градиентом переходил в бледно-розовые бока, грудь и хвост. Голова, спина и тонкая полоса на хвосте — перламутровое серебро.
— Это точно вы виноваты, — Ил покрутилась на четырех лапах вокруг своей оси, пытаясь разглядеть себя. — Эта вся конфетная магия на вас завязана.
— Вероятно, ты права, — со смешком умиления согласился Феликс.
— Это нелепо, — Ил плюхнулась на пушистый зад и облизала нос. — Я хочу быть страшным и зловещим монстром, а не конфеткой. Мое время экспериментов прошло. Я же взрослая серьезная дама.
К ней подкрался Фериил, стягивая футболочку, и прижался ее боку черным волчонком. Ил взглянула на него и тщательно под недовольное фырчание вылизала его морду, которая пахла вяленым мясом и сосисками.
— Предлагаю поспать, — она повалилась на бок и закрыла глаза. — Я что-то утомилась. Тяжело быть матерью.
— Тяжело быть сыном, — фыркнул Фериил, улёгся рядом и положил голову на ее ребра.
Феликс с Ричардом переглянулись. Они не знали, что делать дальше. В воздухе витала неловкость.
— Предлагаю по вторникам оставлять пупсика у меня, — прошептала Ил, когда Фериил задремал. — По вторникам галерея закрыта. Рене запирается в мастерской и страдает херней.
— Какой именно? — поинтересовался Ричард.
— В прошлый раз он катался голеньким по холсту, — зевнула Ил.
— У тебя очень странный шеф, — Феликс скривился.
— Он художник, — Илона высунула кончик языка. — Они все такие. Один из его друзей перед выставкой облизывает свои фигуры.
— Между тобой и Рене что-то есть? — тихо спросил Феликс.
— Моя зарплата, — Ил приоткрыла глаза и хитро посмотрела на мужчину. — Ты ревнуешь меня к моему начальнику?