Гнёт Луны (СИ)

— Хммм, — Рене перевел взгляд на Лестера, который копошился в кармане куртки Илоны. — Как-то не складывается.
Ил подперла подбородок кулачком и закрыла глаза, сдерживая гневную тираду о тупости Рене. Очень жаль, что в приличном обществе нельзя разорвать человека на куски из-за его скудного ума и малой сообразительности. Лестер рядом с интересом повертел смартфон, который честно добыл из кармана куртки.
— Может, ты мне объяснишь, как такое возможно? — вздохнул Рене.
— Что возможно? — строго переспросил Фериил, продолжая сердито взирать на мужчину. — Если ты о глазах моего брата, то они ему от пап достались. У одного папы глаза голубые, как у меня, а у другого — янтарные, почти желтые.
— Не может быть двух отцов… — Рене потер бровь. — Я имею в виду… Родных отцов…
— Может, — цокнул Фериил. — У нас два папы и одна мама. Нам повезло. Ни у кого нет двух пап, а у нас есть.
— Но…
Мальчик фыркнул и ласково попросил у Лестера телефон. Ил не успела сообразить, что происходит, как Фериил с характерной ему честностью и болтливостью показал Рене семейные фотографии.
— Вот, смотри! У Тери папины глаза.
Фериил отыскал среди прочих снимков фото, на котором по обе стороны к удивленной моське Лестера жались улыбчивые лица его отцов. С правой — голубоглазый и хитрый Ричард, с левой — Феликс с изучающим прищуром янтарных очей. Илоне нравилась эта фотография, потому что в гетерохромии Лестера четко прослеживалось родство с его отцами.
— Я ничего не понимаю, — Рене озадаченно посмотрел на Илону и перевел взгляд на Лестера, который вцепился в протянутый Феррилом смартфон и начал любопытством листать фотографии.
— Последи за Тери, сына, — мурлыкнула Илона Фериилу. — Мне надо поговорить с дядей.
Мальчик кивнул, и девушка торопливо вышла из кафе. Она остановилась у круглой афиши так, чтобы она могла видеть сыновей.
— Милая моя, — Рене ласково всмотрелся в лицо Илоны. — Что, мать вашу, здесь происходит? Он же почти моя копия в детстве!
— И?
— Но и в то же время, — мужчина хохотнул, — он похож на твоих двух мужей. Я растерян, милая. Он мой или нет?
— Нет, — Ил злобно посмотрела на Рене. — Он сын Ричарда и Феликса. А теперь иди уже.
— Я, что, третий отец? — охнул мужчина, в изумлении вскинув брови. — И ты его родила раньше срока? Месяцев так на шесть-семь раньше?
— Я выносила его волчицей, Рене. Трехмесячный человеческий плод не выжил бы, — Ил снисходительно окинула его взглядом. — Лестер родился волчонком. Как и Фериил.
Она коснулась его подбородка и надавила на него, закрыв рот шокированного мужчины.
— Ребенок от трех мужиков?! — прошептал он, глядя в лицо утомленной Илоны. — От трех?! Точно от трех? Может, есть еще четвертый, которому ты тоже сказала, что сделала аборт? Или пятый? Ты же моя любвеобильная куколка, скольких мужчин ты обманула?
— Нет, четвертого не было, — Ил невоспитанно зевнула. — Было только трое с перерывом в сутки.
— У оборотней всегда все так сложно и непонятно?
— Да, — Илона кивнула и вздохнула, — Рене, ты два года жил спокойно…
— С мыслями о тебе, моя милая, — мужчина ласково улыбнулся. — Я творил с твоими именем на устах…
— Не прокатит, — Ил подбоченилась и злобно уставилась в его глаза. — Я замужем. За двумя. И я люблю их. И все твои попытки сейчас меня очаровать никак меня не трогают. И я бы тебе советовала застегнуть свой модный пиджачок и свалить нахрен в закат, потому что если не я, то Феликс тебе голову оторвет.
— Но он мой сын! — Рене вскинул руку в сторону мальчишек.
— В твоей реальности я сделала аборт, — Ил слабо улыбнулась. — Я приходила к тебе и просила помощи, а ты не поверил мне.
— Я предлагал сделать тест ДНК, крошка, — мужчина смерил ее взглядом. — Я не отказывался от ответственности. И знаешь что? Вместо того чтобы выпрыгнуть замуж за двух волков, ты могла найти ко мне подход. Ясно? Я тебе со всей серьезностью заявляю, что мы могли бы быть семьей. Да! Могли! Ты, наверное, единственная женщина, которая бы могла меня окольцевать, если бы была хоть немного хитрее! Я любил тебя!
 
— Нет, не любил, — Ил покачала головой.
— Любил! И я страдал! Ох, как я страдал! В каждой любовнице я искал тебя! — Рене тряхнул волосами. — Но не находил! Ты уничтожила меня, коварная ты демоница! Я рыдал над справкой о лживом аборте. Я стольких психотерапевтов поменял! Я даже хотел уйти из жизни!
— А почему не ушел? — девушка вскинула бровь.
— Струсил, — мужчина тяжело вздохнул и закрыл лицо ладонью.
— Мне жаль, Рене, что ты струсил, — Ил спрятала руки в карманы. — Картины бы в цене взлетели
— Бессердечная.
— Я бы всплакнула, если бы ты оставил мне недвижимость в наследство, — она поправила шарфик на его шее.
— Тебя только деньги интересуют? — возмущенно охнул Рене.
— Ну да, — Ил кивнула и ощерилась. — Я ведь такая меркантильная дрянь.
— Учитывая, что у одного твоего мужа в частном владении целые гектары леса и несколько строительных фирм, то да, ты очень удачно выскочила замуж.
— Так вот чем Феликс занимается! — Ил приложила ручку к груди. — Я как настоящая леди не лезу в бизнес мужа. Ясно? Я вышла замуж за него не из-за денег, — она прищурилась и прошипела, — а из-за его огромного члена.
— Вот же мерзавка!
— Да, Рене, — Илона хохотнула. — Я до сих пор не могу заглотить его полностью, — и скучающе посмотрела на ноготки, — вот, записалась на курсы глубокой глотки. Буду брать частные уроки у одной замечательной дамы.
— Прекрати немедленно.
— Что? — охнула Илона. — С твоим бы членом я бы справилась, а вот с Феликсом каждый раз как первый. Особенно если он в попку… Ох, это не передать словами.
— Падшая женщина.
— Я после родов долго отказывалась от близости, — Ил печально посмотрела на раскрасневшегося от возбуждения Рене. — Ну, понимаешь, недосып, детские истерики… И у меня там все затянулось. Регенерация у волчиц чудовищная. Узкая стала. В задницу едва палец помещался, а у меня два голодных и недоласканных мужа. Сыновей уложишь, сказки им расскажешь и идешь в спальню, где тебя ждут два мужика со стояками. Мне бы поспать, но нет. Одного седлаешь, а другого ртом ублажаешь. И все это в тишине, без стонов и криков, потому что в доме полно детей. Жизнь в стае — это множество ограничений. А так хочется громких оргазмов, чтобы от криков уши закладывало.
— Ты зачем не все это рассказываешь? — сдавленно просипел Рене.
— А мне не с кем поделиться своими бедами, — Ил повела плечами. — Другие замужние и детные волчицы вообще как-то стараются обходить тему, что у меня два супруга после того, как жена брата Феликса застукала нас в сарае за тройничком на стогу сена. И я не знаю, сколько Алиса за нами наблюдала, но судя по тому, что она мне в глаза боится смотреть, то успела все в подробностях разглядеть. Я думаю, что она завидует, хоть и стесняется в этом признаться.
— Какая же ты шлюшка, — цокнул Рене.
— Но-но-но, — Ил погрозила пальцем. — Это мои мужья. Шлюшкой я была раньше, а сейчас я жена и мать.
Ил кинула обеспокоенный взгляд на Фериила, который пытался накормить сердитого Лестера шоколадным тортом и торопливо зашагала прочь:
— Катись колбаской, Рене.
Девушка забежала в кафе. Вытерла моську хныкающего Лестера, который не оценил шоколад по достоинству и придвинула к нему тарелочку с мясными шариками на пару.
— Ну, вкусно же! — пробурчал Фериил, отправив в рот кусок торта. — Завтрак должен быть сладким.
— Он еще не понял всей прелести сладкого, — подцепила ложкой шоколадный бисквит и с мычанием прожевала его. — Сколько всего предстоит ему узнать.
— Мам, а чего этот дядька от тебя хотел? — мальчик проводил подозрительным взглядом Рене, который нервно зашагал вниз по улице.
— Хотел поговорить, — Илона улыбнулась. — Он очень одинок, вот и пристает с болтовней к остальным.
— Мам… — Фериил обеспокоенно посмотрел на девушку и поманил ее к себе.