Греховная погибель (ЛП)

— Так и было. Стоило рассказать, что Серафим может снимать заклинания.
— Серафим не может. — Легион делает шаг назад и в отчаянии грубо проводит рукой по волосам. — Ещё плохо, что она подружилась со стаей Гарпий, и её практически невозможно было отследить. О чём, чёрт возьми, ты думала, Иден?
Внезапно все взгляды устремляются на меня. Гарпии? Думаю, это объясняет тему птиц. Тем не менее, это не объясняет, почему Легион не смог меня выследить.
— Что? Я не знала, кто они и что со мной делают.
— Гарпии — коварные засранки, — комментирует Лилит. — В большинстве случаев они безвредны, но им нельзя доверять, Иден. Никогда.
— Как я уже сказала, я не знала, что это Гарпии. И они казались милыми. — Я пожимаю плечами. Не, я знала, что они что-то, но когда ты буквально окружена сверхъестественным, нет никакого способа провести инвентаризацию каждого не человека. И они совсем не походили на гарпий, изображённых в книгах и Википедии.
— Должно быть, именно так Рафаэль мог почувствовать тебя, — протягивает Люцифер.
Легион, к счастью, забывает про противостояние с Нико и подходит ко мне, опускаясь на колени, чтобы встретиться со мной взглядом.
— Тебе ранили? Он тебе что-нибудь сказал?
Я качаю головой.
— Нет. Я даже не думаю, что он знал, кто я. Он просто казался… заинтересованным. Как будто что-то тянуло его ко мне.
Он изучает моё лицо серебристыми глазами, в которых нет убеждённости. Но это длится всего секунду, а потом он отстраняется. Я вижу, как это запечатлелось в его чертах — ничего не забыто и не прощено. Поцелуй, свидетелем которого он стал между Люцифером и мной, тяжело давит на его мозг.
— Хорошая новость в том, — начинает Тойол, — что мы смогли установить слежку за одним из меньших ангелов. Теперь нам остаётся лишь ждать и позволить ему привести нас в их логово.
— И что потом? — Вопрос от Люцифера, который небрежно откидывается на спинку дивана, будто даже не замечает яростного взгляда Легиона. — Вы штурмуете замок и надеетесь, что они позволят вам уйти с головами на плечах? Помните, что даже с парой падших серафимов, ангелом, принцем-колдуном и горсткой демонов вы всё равно в меньшинстве. У Уриэля Раф, а значит, есть хороший шанс, что он привлёк других к своему делу.
— А как насчёт меня? — Я замолкаю. — Адриэль может владеть светом, и я тоже. Я могу быть полезной. Используйте меня.
Легион качает головой.
— Это слишком опасно, и ты плохо обучена. Когда я нашёл тебя в церкви, обнаружил трёх Серафимов. Добавь сюда меньших ангелов, и это больше, чем любой из нас может выдержать.
— Он прав, — продолжает Люцифер. — Трёх Серафимов невозможно убить. Но я не согласен с тем, чтобы посадить новичка на скамейку. — Он переключает внимание на меня, затем на Легиона. — Никто не знает, на что она способна. Не позволяй своим мелочным эмоциям ослеплять суждение. Будь на её месте кто-то другой, ты бы так уберёг того от этой драки?
— Она не кто-то другой, — мрачно отвечает Легион, в его тоне слышится намёк на предупреждение.
— Тогда используй её. Сейчас мяч на нашей площадке. На нашей стороне элемент неожиданности, и у нас есть пара Уриэля.
— А у них Искупитель и мама Иден, — парирует Легион, стискивая зубы. — Отлично. Если Иден хочет драться, я не буду её останавливать. Просто убедись, что помнишь своё место.
— О, и где оно? — Люцифер подначивает.
— Подальше от меня.
С этими словами Легион выходит из комнаты, и двойные двери захлопываются за его спиной. Полагаю, заседание закрыто.
Я собираю шлейф своего платья, беру изысканную маску и иду к Нико, желая узнать, где он был весь вечер.
— Мне так жаль, — говорит он.
Я качаю головой.
— Тебе не о чем сожалеть.
— Это ещё предстоит выяснить.
Мы оба поворачиваемся к Люциферу, стоящему всего в нескольких футах от нас. Выражение его лица такое же самодовольное и незаинтересованное, как всегда, но в его взгляде мерцает пурпурный огонь.
— Ты слышал Лилит, — говорю я. — Гарпии могли иметь к этому какое-то отношение.
— Могли. — Он пожимает плечами. — А может, и нет. Но позволь напомнить нашему маленькому колдуну об условиях его свободы. Потерпишь неудачу — и ты мой на всю оставшуюся вечность. И я, как известно, не умею хорошо вести себя с другими.
 
— Я всё понял.
Нико начинает протискиваться мимо него, но Люцифер останавливает его, прижимая руку к груди, его глаза сияют ярче со злобным восторгом.
— Нет. Я не думаю, что ты понимаешь, приятель.
Я пытаюсь встать между ними, но их тела похожи на мрамор поверх стали.
— Отстань от него.
— Видишь ли, если что-нибудь случится с Иден, я буду считать ответственным лично тебя. А потом, может быть, нанесу твоему брату небольшой визит… Посмотрю, как поживает великолепная невестка и их драгоценный малыш. Кстати, где они? Конечно, они хотели бы знать о твоём недавнем воскрешении…
С почти непроницаемым взглядом, Нико скрипит зубами:
— Оставь их в покое.
Температура падает на двадцать градусов, и моё дыхание вырывается облаком пара. Я дрожу, когда воздух между нами потрескивает, заряжённый ледяной яростью.
Люцифер в замешательстве.
— Нет. Думаю, я так не поступлю.
— Тогда, может, я поговорю с Айрин. Знаешь, я не замечал фамильного сходства, пока ты не отправил меня обратно. Её невысокий рост, чёрные глаза, даже волосы такие же. И тогда я подумал… Забавно, как Саския похожа на маленькую Айрин. Ты ведь помнишь Саскию, верно? Озорная девчонка, которую ты держишь в плену? Та самая девушка, которой ты поручил прислуживать Иден во время её пребывания в Аду? Ты становишься небрежным, Люк.
Я округляю глаза от осознания. Саския. Тихая темноволосая девушка, которая говорила так, словно её душили изнутри. Она спасала мне жизнь, наверное, больше, чем пару раз. Я была так занята своим дерьмом, что не сложила два и два. Саския могла бы быть младшей сестрой Айрин. Или… её дочерью.
Несмотря на болтающийся рычаг над головой, который мог бы сразить Люка гневом Айрин в течение нескольких секунд, Люцифер просто… смеётся.
— Ты глупый мальчик. — Люцифер встречает взгляд Нико, и стоит так близко, что их лица разделяют всего несколько дюймов. — Как ты думаешь, кто послал её ко мне?
— Чушь собачья.
— Правда? Может, нам стоит спросить Айрин?
Нико не отвечает, но я вижу, что это предложение его пугает. Даже если он не хочет в это верить, вымысел менее вероятен, чем факт. Иначе, зачем бы он поручил Саскии сопровождать меня? Если бы он хотел скрыть её существование, мог бы спрятать её где-нибудь в подземелье, корчащуюся в адском огне. Вместо этого он фактически размахивал ею перед нами, будто хотел, чтобы мы знали правду.
— Давай просто пойдём.
Я хватаю Нико за предплечье и пытаюсь оторвать от безжалостного взгляда Люцифера. Сначала он сопротивляется, но потом поворачивается ко мне, и выражение его лица немного смягчается.
— Оставь мою семью в покое, — шипит он, толкая Люцифера в плечо, проходя мимо.
— Ты не можешь прятать их вечно, — кричит ему вслед Люцифер. — Не только мне не терпится их найти.
Кипящая ярость изливается из тела Нико, когда мы выходим из комнаты и направляемся по коридору. Я не осмеливаюсь сказать ни слова. Когда мы сворачиваем за угол, он целует меня в лоб, его губы как лёд, прежде чем повернуться и пойти в противоположном направлении. Угроза Люцифера его семье не только потрясла его до глубины души, но и пробудила демонов, которые дремали в нём десятилетиями. Я видела лишь малую толику силы Тьмы. У меня нет сомнений в том, что Нико способен на гораздо большее, чем показывает.
Я так поглощена собственными размышлениями, что даже не улавливаю запаха, когда подхожу к двери своей спальни. И к моменту, когда мои нефилимские инстинкты срабатывают, уже слишком поздно. Потому что в течение одного удара сердца я лежу лицом вниз, солёный вкус слёз на моем языке, и я кричу, в то время как моё тело корчится в агонии.