Поцелуй для попаданки. Просто загадай желание (СИ)

— Мне жаль, что я отдалилась от тебя, от отца и всех остальных, — искренне прошептала в ответ. — Я была кошмарной дочерью. Надеюсь, вы простите меня за всё то, что я натворила.
— Мы давно простили тебя, милая. Главное, чтобы ты была счастлива.
Мы еще немного поболтали. Обсудили знакомых, родственников и последние новости. Память Агнелики легко и быстро отзывалась, подсовывая нужные воспоминания, которые как-то незаметно стали уже моими.
Удивительно, но общение с мамой помогло мне успокоиться и прийти в себя.
Попрощавшись, я решила найти Витторна и обсудить с ним дальнейшие планы, для чего и отправилась к зеленому кабинету.
Если он еще там с Олейн, то ничего страшного. Переживу.
Постучав в дверь, я не стала дожидаться приглашения и тут же открыла её, входя внутрь.
Олейн действительно была там. А вот фокра не было.
— Я знала, что ты придешь, — поднимаясь, произнесла девушка. — Нам надо поговорить.
  
Глава 23
 
— Отлично! — произнесла я, закрывая дверь, и, пройдя в глубь кабинета, села за стол, сразу показав, кто здесь главный, а кто просто гость. — Давай поговорим. У меня сейчас как раз настроение такое… говорительное.
Олейн не сильно изменилась. И уж точно не подурнела, скорее даже похорошела. Исчезли некая угловатость и сутулость, которые я помнила. Теперь девушка сидела ровно, гордо расправив плечи. Она явно знала себе цену и умела подчеркивать свои природные данные.
Светло-русая коса никуда не делась, но была заплетена более витиевато и украшена голубыми лентами со сложным орнаментом и золотыми нитями. В ушах массивные серёжки, призванные подчеркнуть хрупкую красоту Олейн. Кожа всё такая же светлая, без изъяна, румянец яркий, губы розовые, слегка припухлые, острые скулы, темные брови и светлые глаза с густыми и длинными ресницами.
Агнелика не была уродиной, но и Олейн была красива.
Платье приятного голубого цвета отлично сидело на фигуре, подчеркивая небольшую грудь, тонкую талию и длинные ноги.
— Кстати, добро пожаловать в замок. Мы тебя не ждали, но рады, — произнесла я, устраиваясь поудобнее и решая сыграть роль гостеприимной хозяйки.
Не получилось.
— Прекрати, Агнелика. Я слишком хорошо тебя знаю, чтобы поверить в то, что ты действительно рада меня видеть.
— Не особо, — тут же согласилась я, откидываясь на спинку массивного кресла и широко улыбаясь. — Но ты же гостья. Надо вести себя вежливо.
— А ты разве умеешь? — скривила губы Олейн. — Вести себя вежливо? Думаешь, я забыла, как ты издевалась и шпыняла меня, как смеялась над моей неуклюжестью, выставляя всеобщим посмешищем? Ты превратила мою жизнь в кошмар.
— Конечно, ты ничего не забыла. Ты молода, память у тебя хорошая. Так о чем ты хотела поговорить?
— Я не позволю вновь сломать его! — решительно произнесла девушка, и румянец на её щеках заиграл еще ярче.
— Его — это ты про Витторна? — уточнила я, наслаждаясь её гневом.
Надо же, я думала, что буду злиться, с трудом сдерживаться. А мне вдруг стало весело.
— Не знаю, что ты задумала, но я не верю, что ты стала другой. И в то, что отпустишь его, тоже не верю.
— Ты же не думаешь, что я брошусь тебе это доказывать? — усмехнулась я. — Наши отношения с Витторном — это только наши отношения. Я не стану перед тобой оправдываться и тем более отчитываться.
— Ты, наверное, забыла, но он еще мой жених. Мы помолвлены!
— Не забыла. Удивительно, что ты это помнишь. Я-то думала, что тебя уже выдали замуж за какого-нибудь оборота из твоего княжества и ты растишь деток ему на радость. А нет… явилась сюда, качаешь права, пытаешься мне угрожать.
— Я люблю его!
— А он тебя? — тут же спросила у неё.
«Да, жестоко, но она сама меня вынудила! Пришла и кичится своим статусом. Тут кто угодно не выдержит!»
— Полюбит. Потому что знает, что я настоящая, искренняя, ему будет хорошо со мной, — уверенно произнесла Олейн.
«Ну то, что себе не врет о его чувствах, — хорошо, а вот эта маниакальная уверенность в их совместном будущем — плохо».
 
— А тебя он ненавидит, — продолжила девушка.
— Ненавидел, — поправила её.
Рассказывать о том, что я не Агнелика и ненавидеть меня не за что, не буду, но точки над и расставлю.
— Не обольщайся! Если ты думаешь, что смогла заинтересовать Витторна, то глубоко ошибаешься. Он просто ждет, когда ты снимешь его проклятье.
— Это он тебе так сказал? — тут же спросила я.
Я очень надеялась, что это не так. Потому что это была ложь. Если её — я могла понять. А вот если Витторн ей об этом сказал, то это совсем другое дело.
— Нет. Ему не надо ничего говорить, тут и так всё понятно. Лишь желание снять проклятие могло его удержать рядом с тобой. Всем известно, что такое не прощается. Он тебя ненавидит! — вновь повторила Олейн.
Судя по всему, ей доставляло удовольствие раз за разом говорить эту фразу.
— От ненависти до любви один шаг, — равнодушно отозвалась я.
— Что за глупости. Это неправда.
— Думай, что хочешь. Но мне вот что интересно: неужели тебе хочется потратить всю свою жизнь на того, кто никогда не ответит на твои чувства? — поинтересовалась у неё.
Чисто в научных целях!
— Ответит. Обязательно ответит! — горячо заявила девушка. — Моей любви хватит на нас двоих! Витторн знает, что я никогда его не предам, знает, что ради него я готова на всё.
— И на что же, например? — тут же спросила я.
Неспроста Олейн завела этот разговор.
Кроме того, её глаза горели таким торжествующим огнем, словно она где-то в чем-то меня обставила. А я не в курсе! Непорядок.
— Это я рассказала ему о твоих планах! — гордо заявила девушка. — О том, что ты собираешься прилюдно отказать ему! Ты думала, что я предмет мебели, что ничего не слышу и буду молчать, как остальные. Нет! Я не могла допустить такого унижения. Витторн такой замечательный, сильный, отважный, гордый. Он не заслужил такого отношения! Я нашла его и всё ему рассказала!
— И тогда он решил сделать тебя своей невестой, — закончила я, с жалостью глядя на девушку. — Это многое объясняет.
Гнев исчез, будто его и не бывало. Мне стало жаль Олейн. Действительно жаль. Она до сих пор не понимает, почему Витторн сделал ей предложение. И не хочет понимать. Живет себе с розовыми очками на носу в радужном замке с летающими пони и ни о чем не думает.
Мне кажется, мужчина действовал в порыве эмоций, а потом, спустя пару часов, уже жалел о своём решении, но отступить не мог.
Олейн просто оказалась в нужном месте, в нужное время.
Права была мама: это не любовь.
А девушка этого так и не поняла, даже спустя четыре года.
— Я всегда буду рядом с ним, всегда помогу! И сейчас не позволю тебе разрушить его жизнь! Так и знай, Агнелика! Я больше не та глупая девчонка! И я тебя не боюсь! Я останусь здесь до новогоднего бала и буду за тобой следить!
Олейн быстро поднялась, испепелила меня взглядом и удалилась, напоследок громко хлопнув дверью.
— М-да, — пробормотала я, откидываясь в кресле и задирая голову вверх, изучая резной потолок, — ситуация.
Сейчас мне больше всего хотелось найти Витторна и дать ему по шее.
Он же разговаривал с девушкой, почему не объяснил всё сразу? Почему не сказал правду? Зачем дает ей надежду?
«Или… или после моего ухода он действительно собирается на ней жениться?»
— Дело ясное, что дело темное, — мрачно произнесла я, поднимаясь.
— И давно ты сама с собой разговариваешь? — поинтересовался Витторн.
Мужчина стоял в проеме, насмешливо изучая моё растерянное лицо.
— Не слышала, как ты вошел, — пробормотала я, вновь присаживаясь в кресло.
— Ты же не оборот, вот и не слышишь. А я умею двигаться бесшумно.
— Ты говорил.
Витторн прикрыл дверь и осторожно спросил:
— Как поговорили?
— Ты что, специально оставил нас наедине? Но зачем?
— Когда дамы ругаются из-за мужчины, этому самому мужчине лучше держаться в стороне, — глубокомысленно заявил он.