Та, которую я... (СИ)

Что ж, а пока буду скитаться по Селеноградии, пока кто-нибудь меня не грохнет, пока не нарвусь на неприятности с летальным исходом…
Правда, всегда хочется верить, что всё обойдется. А когда веришь в благополучный конец, в смысле финиш, то и жить становится веселее…
Наконец-то я встрепенулся. С чего это я так раскис? Откуда взялись эти сантименты?
Мне подобное не нужно.
Мне нужно вернуться домой, и для этого я сделаю всё от меня зависящее. Никогда нельзя терять уверенности в себе и в благополучии своего завтрашнего дня.
Иначе долго не прожить.
Идти куда глаза глядят — в моем случае было бы наиглупейшим и беспомощным решением. Лучше сразу точно определиться, куда нужно следовать, чтобы максимально быстро приблизиться к своей цели…
Стоп! А какие сейчас цели стоят передо мной?
Да их до хрена. Выбирай любую или разбирайся со всеми скопом.
Первая из них: что за фигня этот странный амулет? Надо найти тех, кто хоть что-то знает об этом чертовом камне, который мне передал Балистар. Ведь наверняка только с его помощью я смогу отыскать «пятно», что было в подворотне — путь в мой настоящий мир.
Не мешало бы еще узнать: существует ли мой двойник в этой реальности, и где он бродит? Или в чьё тело я попал, если это так. А вдруг я и вправду кочевник какой-нибудь?
Ну и наконец, если не сумею найти ответы на личные вопросы, то можно озадачиться просьбой Аделаиды. Она как будто предчувствовала, что я не вернусь. Во всяком случае в ближайшее время, потому и рассказала мне легенду о кулоне Селены. Хотя возможно, это и есть — всего лишь легенда.
Без сомнений мне нужно двигать в столицу. Правда, уже в бывшую столицу, но тем не менее. Селенодол — единственное место, похожее на город. По крайней мере из всех тех населенных пунктов, что я успел увидеть.
Да и в любом из миров столица — это «бочка с медом», на которую слетаются представители всевозможных слоев населения: богачи и дельцы, авантюристы и пройдохи, трудяги, стремящиеся заработать больше обычного, шарлатаны и адепты всяческих идеологий и течений, искатели развлечений и создатели этих самых развлечений.
В столице пугающее скопление разномастных людей, но там есть всё, что угодно.
И там обязательно найдутся те, кто поможет мне во всем разобраться. Только надо их отыскать.
К столичному тракту пробирался максимально скрытно. Да и выйдя на него, то и дело шарахался в стороны и прятался за валунами или в оврагах, лишь только завидев вдалеке едущую карету или телегу, — как только найдут Акакия, то тут же могут послать людей на мои поиски. То, что я сделал с новокняжичем — по местным меркам явно потянет на «вышку».
Использовал, конечно, и свою прыгучесть, но на пустынных участках дороги, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания. Иначе число охотников за моей головой увеличится в разы, дай только повод.
Скакать по склонам тянувшихся поблизости горных хребтов — занятие рисковое. Я и на ровном месте уже подворачивал ногу, а там-то и подавно без травм не обойдется.
Все-таки я умудрился без происшествий преодолеть приличное расстояние и уже ближе к вечеру добрался до желтяка, где и решил заночевать. Само собой, если меня кто-нибудь станет искать, то легко найдет в защитном куполе, поэтому я расположился поблизости от желтой полусферы — там, где сгрудились каменные глыбы. При стихийном бедствии до укрытия — рукой подать, а в случае появления погони — пусть меня сначала найдут среди груды валунов.
Пока дорога хорошо просматривалась в оба конца, я воспользовался продовольственным складом в желтяке, предусмотрительно перенеся заранее запас еды и воды на дорогу в подготовленное укрытие.
При всей моей бдительности всё же оплошал — захотелось горячей пищи, и я принялся кашеварить на костерке прямо у полусферы. Видать далеко — успею и погасить огонь, если потребуется. Впрочем, это собственно и нельзя было считать уж прямо вопиюще неразумной ошибкой.
Ошибся я в другом.
Когда на тракте возникли две фигуры, медленно приближающиеся ко мне, я не придал этому особого значения. Ясно, что это никакая не погоня, просто такие же, как и я, путники, направляющиеся в столицу по своим нуждам.
 
Это были двое деревенских мужиков. Один — низкий, плешивый, со скользким взглядом, другой — долговязый, улыбчивый, постоянно прячущий руки в карманах или за спиной. Они не проявили ко мне какого-либо подозрительного интереса — обычная встреча незнакомцев на центральной дороге. И я быстро успокоился. Чтобы расположить их к себе, сразу предложил им горячей еды.
Мужики отказываться не стали, похватали тарелки и ложки, и, набрав из котелка до краев, уселись на бревне возле костерка.
— Мы на заработки пустились, — пояснил добродушно высокий и спросил: — А ты по какой надобности в столицу чешешь?
— Да так. Погостить решил у знакомых в Селенодоле, — расплывчато ответил я. — А там, глядишь, тоже подзаработаю.
Плешивый в очередной раз окинул явно завистливым взглядом мою добротную одежду и криво улыбнулся. Конечно, судя по тому тряпью, которое было на них, мое одеяние выглядело «по-царски». Форму служивого я снял, как только князь отстранил меня от службы. Сейчас на мне был один из «благородных» нарядов из гардероба Александра, которые он мне щедро отдал насовсем.
Мы завели продолжительный разговор, собственно, ни о чем. Просто чтобы скоротать время. Когда начало смеркаться, я сделал вид, будто бы собираюсь в путь.
— Куда ж ты на ночь глядя? — хмыкнул плешивый. — Перекантуйся с нами в желтяке, а завтра двинемся дальше. Вместе — оно ведь веселее.
— Спешу, — соврал я, не моргнув глазом. — К утру я уже буду далеко отсюда. Дорогу-то под звездами различить легко. И иди себе во мгле ночной спокойно, никого на тракте не встретишь.
— Ну, бывай, — улыбнулся высокий, пряча недоумение в уголках рта.
Вечерний сумрак уже был тут как тут. Мужики подбросили еще дров в костер и устроились у огня поудобнее, а я, прихватив тощий мешок якобы с едой, попрощался с ними и пошагал в направлении столицы.
Конечно, ноги я не успел намозолить — вернулся, не пройдя и километра. Осторожно сторонкой пробрался мимо желтяка к груде валунов, аккуратно осмотрелся и залег в своем укрытии.
Поскольку мои новые знакомцы не знали, что я остался на ночь неподалеку, то и выдать меня с потрохами не смогут, если вдруг кто-нибудь нагрянет по мою душу.
И я спокойно заснул…
От внезапного удара по голове я мгновенно потух, не успев толком проснуться…
* * *
Башка раскалывалась.
Кое-как открыл глаза. Я находился все там же — в своем укрытии среди валунов. Двинул руками — не вышло. Дернул ногой — тоже никак. Мои конечности были накрепко связаны, и я сожалением понял, что проделано это довольно ловко, и даже моих удесятеренных сил не хватит, чтобы немедленно освободиться. Ко всему прочему и рот мне заткнули какой-то вонючей тряпкой — не крикнешь, не позовешь на помощь.
Услышал где-то рядом тихий разговор. Переговаривались те самые мужики, которых я встретил у желтяка.
— Не боись, — убеждал своего спутника плешивый. — Видал у него на пальце след от кольца? Значит, служивым он был. Но теперь-то нет, понятно, что разжаловали его. А таких и искать никто не станет. Пусть валяется тут. Сам скопытится, не нужно лишний грех на себя вешать.
Долговязый ответил ему что-то неразборчивое.
Я напрягся, но голоса постепенно стали затихать. Мужики уходили восвояси.
«И то хорошо, что хоть не добили», — с облегчением подумал я.
И тут же разозлился сам на себя.
Нельзя быть настолько беспечным! Тем более с незнакомцами. Да и вообще при такой жизни прежде чем расслабиться нужно сто раз подумать и всё взвесить. А главное — не стоит недооценивать людей, особенно тех, что трутся где-то поблизости от тебя.
На вид они — мужичье сермяжное да простодушное, а на деле оказались еще теми хитровывернутыми ухарями.