Синдер (ЛП)

Он пересёк комнату, положил руку мне на плечо и посмотрел в глаза.
— Ты хороший друг, Элдон, — сказал он. — Стоит жениться на твоей кузине, чтобы держать тебя рядом.
Я наклонил голову, чтобы он не увидел, как подействовали его слова. Не знаю, было ли чувство, поднимающееся в моей груди, радостью или болью, смеяться мне или плакать. Глаза болели от непролитых слёз, и я крепко зажмурился, пытаясь сдержать их.
Стоило увидеть её замужем за ним, если это позволит мне такие моменты, как этот.
Мы прибыли во дворец на следующий день. Джессалин и я были распределены по комнатам. Я был удивлён, обнаружив, что моя комната находилась не в помещении для прислуги, как ожидал, а в главном крыле. Они были огромными и роскошными. Занавески были бархатными, а простыни — шёлковыми. Роскошно до крайности. Джессалин сильно возмущалась, когда узнала, в основном потому, что я был ближе к Ксавье, чем она. Я знал, что это её бесконечно раздражает. Все мои скромные пожитки заполняли только один ящик массивного шкафа. И я чувствовал себя совершенно не в своей тарелке.
Предположение, что у принца были сверстники-друзья во дворце, быстро развеялось. Правда, была большая группа молодых мужчин и женщин, которые пытались следовать за ним и привлекать его внимание, но ему чаще всего удавалось избегать их.
— Они мне не друзья, — сказал он мне, когда я назвал их таковыми. — Каждый из них бросил бы меня волкам через минуту, если бы я не был сыном своего отца.
Со своей стороны, Ксавье, казалось, смирился с женитьбой. Он проводил большую часть своего времени с Джессалин, планируя свадьбу.
Решимость Джессалин держать меня подальше от принца была сильнее, чем когда-либо. Она занимала меня с рассвета до заката. Посылала с поручениями, которые заставляли меня бегать из одного конца дворца в другой. Посылала в город, иногда по три раза в день. Посылала слуг найти меня и отдать распоряжения. Несколько раз мне приказывали отменить то, на что я только что потратил всё утро. В её инструкциях не было ни толку, ни смысла, кроме одного: держать меня подальше от Ксавье. И в этом она преуспела, по крайней мере, на несколько дней.
Поздно вечером на четвёртый день я вернулся из города с новой шалью, которую заказала Джессалин, как раз когда они с Ксавье заканчивали ужин.
— Это абсолютно неправильный размер, — заявила она. — И я специально просила зелёный цвет, а не синий. Немедленно забери её обратно.
Я её почти не слышал. Не мог оторвать глаз от принца.
Он улыбался мне той яркой заразительной улыбкой, которая заставляла чувствовать, что я могу летать.
— Я рад наконец-то увидеть тебя, Элдон. Как у тебя дела?
«Я скучал по твоему лицу, твоему голосу и нашей послеобеденной рыбалке. Скучал по твоему смеху. Я бы всё отдал, чтобы ты был только моим, хотя бы на час».
Но я не мог сказать ничего из этого. Вместо этого глубоко вздохнул.
— Я в порядке, сир. Спасибо, что спросили. Рад вас видеть.
Он игриво нахмурился, глядя на меня.
— Не называй меня «сир»!
— Да, сир.
Уголок его рта дернулся в усмешке.
— Ты хорошо выглядишь.
— Спасибо, сир. Ксавье. Как и вы, — хотя это была ложь. Он вообще неважно выглядел. Улыбка, которую он мне подарил, казалась искренней, но та, которую он адресовал к Джессалин — фальшивой. Я видел сомнения из-за предстоящего брака в напряжении его плеч и тёмных кругах под глазами.
Он был явно несчастен.
— Синдер, — сказала Джессалин, засовывая шаль обратно мне в руки, — это неприемлемо. Забери это обратно сейчас же. Скажи швее, что я не потерплю дрянной работы. Если она не сможет сделать то, что мне нужно, закажу в другом месте.
Видела ли она, как принц нахмурился, глядя на неё? Видела ли она, как его лицо потемнело от неодобрения?
— Конечно, это может подождать до утра, — сказал он.
— Я собиралась надеть это на вечеринку по случаю помолвки послезавтра, — покачала она головой. — Она сама виновата в том, что всё неправильно поняла.
И поэтому я отправился обратно в город, чтобы сообщить бедной швее, что моя двоюродная сестра изменила своё мнение как о размере, так и о цвете, но была слишком самонадеянна, чтобы признать это.
 
На следующий день у меня был план. Я хорошо спланировал свои задачи. Я всё рассчитал идеально. Взял новую шаль пораньше, но подождал, пока закончится ужин принца с Джессалин, чтобы вручить её. Тихонько вошёл в дверь столовой. Они разговаривали, и ни один из них, казалось, не замечал меня.
— Я не могу поверить, что они подали нам рыбу, — пожаловалась Джессалин.
Ксавье моргнул, глядя на неё, явно пытаясь сохранить выражение вежливого интереса.
— Я просил об этом, — сказал он. — У меня сложилось впечатление, что тебе бы это понравилось.
— Конечно нет. Твой отец прав. Это крестьянская еда.
— Но я думал, тебе нравится рыбачить? — сказал он. — На балу ты сказала…
— Я получил твою новую шаль, — сказал я, делая шаг вперёд и прерывая губительный разговор. Джессалин посмотрела на меня с явным раздражением. А Ксавье?
Он снова улыбнулся мне, как и накануне. Казалось, он согрел меня до кончиков пальцев ног.
— Два дня подряд, Элдон, — сказал он. — Мы могли бы сделать это привычкой.
Джессалин выхватила шаль из моих рук и осмотрела её.
— Я полагаю, эта подойдёт.
— Думаю, это прекрасно, — сказал ей Ксавье. — Цвет тебе идёт.
Она захлопала на него глазами, жеманно улыбаясь. Я представил, как вырываю волосы из её хорошенькой головки.
— Спасибо тебе, Ксавье.
Он вздрогнул, когда она произнесла его имя, хотя и скрыл это, вытирая лицо салфеткой.
— Хорошо, — сказал он, откладывая салфетку и отодвигая свой стул. — Думаю, я пожелаю тебе спокойной ночи.
Он встал, Джессалин протянула ему руку, он взял её и покорно поцеловал тыльную сторону. Затем повернулся ко мне.
— Элдон, ты не присоединишься ко мне, чтобы выпить?
Я постарался сохранить нейтральное выражение лица, чтобы Джессалин не увидела моего счастья и не попыталась помешать мне. Но это было то, на что я надеялся. Именно по этой причине так тщательно спланировал свой день, чтобы после ужина точно найти его. Надеялся, что у нас будет несколько минут, чтобы провести их вместе.
— Я бы с удовольствием… — начал я говорить. Но, конечно, Джессалин прервала меня.
— Он не может, — сказала она. — Мне нужно, чтобы он приготовил мне ванну.
Она всё ещё сидела за столом, и когда Ксавье повернулся к ней лицом, я увидела, как мало у него осталось терпения для неё.
— Я уверен, что кто-то ещё может тебе помочь.
— Ты знаешь, как я отношусь к тому, чтобы впускать незнакомцев в свою комнату.
— Теперь это твой дом, — сказал он. — Они не незнакомцы. Они слуги, и им платят за то, чтобы они прислуживали.
— Я не знаю, кого просить…
— Найди. Кто-то. Ещё.
— Да, но Синдер — мой слуга.
Он стиснул зубы. Он глубоко вздохнул и сказал со спокойствием едва сдерживаемой ярости:
— Он больше, чем твой слуга. Он твой двоюродный брат. И он мой друг.
— Наверняка у тебя есть другие друзья…
Наверное, реакция Ксавье не была бы такой внезапной и такой сильной, даже если бы она дала ему пощёчину. Он выпрямился во весь рост и посмотрел на неё сверху вниз с презрением.
— Я твой будущий муж, — сказал он ледяным голосом. — Более того, я твой принц. Я хотел бы провести час или два с твоим слугой. Неужели я прошу слишком многого? Это тебе ничего не будет стоить. Неужели ты действительно не можешь удовлетворить мою такую простую просьбу?
Она уставилась на него широко раскрытыми глазами, понимая, что рискнула и проиграла, зайдя слишком далеко. Я видел, как она перебирает варианты, пытаясь решить, как успокоить его. Но что бы она ни собиралась делать, ему было неинтересно это слышать.
— За мной, Элдон.
Это была не просьба. Это был приказ. Возможно, первый, что он мне отдал. У меня не было выбора, кроме как последовать за ним. Он был рекой, а я — листом, пойманным его течением. Я позволил ему вынести меня за дверь и дальше по коридору.