Цена прощения (СИ)

— О, нет конечно. Я про Тимура Альбертовича, это ведь он вызвал скорую. Спал в больнице на лавочке, потому что в реанимацию его не пускали. Тайком пробирался к вам в палату, — Михаил Владимирович наклонился ко мне поближе заговорщицки продолжая. — А санитары, что увозили вас на скорой вообще рассказывали, что его даже в обезьянник увезли, потому что он не хотел вас отпускать. Кричал как сумасшедший, — мое сердце, что еще минуту назад билось в унисон с размеренным дыханием, сейчас же совсем не подавало признаков жизни, пока я в ужасе слушала лечащего врача. — Майя Бориславовна, этот мужчина явно по уши в вас влюблен.
Тимур влюблен в меня? Господи, неужели это правда? Голова начала кружиться словно я два часа без остановки каталась на американских горках. Тошнота подступила к горло. В ушах звенело от реальности, что обрушивалась на меня с каждой секундой все сильнее. Пазл в голове никак не хотел складываться в реальную картинку. И отчего внутри было адски больно. Настолько больно, что против воли по щекам стали скатываться обжигающие дорожки слез. Господи… Я не верю.
Глава 6
Тимур
После неожиданной встречи с Майей я до сих пор не мог придти в себя. Практически месяц мы не общались. Лишь скудное "Привет" и такое же без эмоциональное "Пока" мог услышать каждый из нас в свою сторону. А тут разговор длился целых пять минут!
Меня раздирало изнутри. С каждым днем она убивала меня все больше и больше своим безразличием. Даже не понимая того Майя делала мне адски больно. Своим молчанием. Своим бесконечным избеганием меня. А я не понимал, чем я это заслужил? Неужели я не достоин даже жалкого "Спасибо, Тимур, за то, что спас мою жизнь". Но Майя продолжала молчать. Продолжала делать вид, что меня нет. И это выжигало меня. Я тянулся — она отталкивала. Я бежал навстречу — она убегала. Я пытался поговорить — она отчаянно молчала. А я и сам не знал откуда нахожу в себе силы изо дня в день дальше тянуться к ней. Я просто не знал…
— Тимур! Тимур! — вернул меня в реальность восторженный крик сына. Малыш влетел в комнату, с трудом устояв на ногах, а в его руках была мягкая игрушка, которая по размерам была такая же как сам Давид. — Смотри какого классного чудика мне папа подарил! Клааасный, да?
Сердце сжалось в болезненные спазмы, а по ушам словно наждачкой прошлись, стирая мои бедные уши в кровь. Я с трудом поборол зверский порыв выхватить эту чертову игрушку из рук сына, чтобы разорвать ее на куски. Кулаки сжались от этой мысли, но я остался сидеть на полу, в попытке восстановить дыхание.
И почему я должен терпеть все это? Этого уебка, что воспитывает моего сына! Урода, что забрал мою женщину! У него есть все, что так необходимо мне для жизни. У него есть счастье… Мое счастье, а я должен довольствоваться тем, что мне позволяют два раза в неделю видеться с сыном?! И в какой момент я стал таким слабым?! В какой момент весь контроль перешел в руки Майи?! В какой момент я потерял весь контроль? Ну уж нет! Теперь все будет на МОИХ условиях!
— Давид, а хочешь съездить в гости к дяде Тимуру? — соблазнительно спросил я.
Давид с интересом поднял на меня глаза и я видел как постепенно они стали загораться искорками любопытства.
— А мама нас не наругает? — тут же поинтересовался сын.
Слегка усмехнулся на его слова и такой страх не дай Бог расстроить маму.
— Мама знает, — обманывал я сына.
— Тогда я согласен, — уверенно сказал Давид.
Я собрал немного вещей в маленький портфель с динозаврами и, взяв Давида на руки, направился в сторону выхода. Прости, Майя, но теперь все будет по-моему.
Уже на самом выходе, когда я собирался обуться входная дверь открылась и на пороге появилась взбалмошная Майя, что пыталась отдышаться. Ее грудь вздымалась и опускалась как сумасшедшая. Волосы растрепались на ветру в разные стороны. Она марафон что-ли бежала?!
— Тимур… — очень многозначительно пропищала Майя севшим голосом.
 
Догадалась? Но как? Сууука. И только сейчас я вспомнил про Ларису Витальевну или Николаевну. Не помню как ее там зовут. А может она и вовсе не Лариса. Да плевать! Наверняка, она сдала нас с сыном. Ладно, этот разговор произошел бы в любом случае. Печально конечно, что при сыне придется разговаривать, но что поделать.
— Почему ты не сказал? — в ужасе спросила Майя.
Понятно. Значит точно знает. Натянул на лицо маску невозмутимости, прожигая ее лицо гневным взглядом.
— Почему? Ты серьезно? — с трудом говорил я спокойным голосом, чтобы не напугать сына.
— Я… Мы бы… Да, я понимаю, что ты пришел, когда я целовалась с Димидом… Но ведь я, — хрен пойми что мямлила Майя.
И причем здесь вообще Димид?! Казалось, что мы говорим о разном, но я решил отвечать за себя.
— Мне плевать, что у вас там с Димидом! — прорычал я. — Хватит уже! Мы с Давидом уезжаем.
И только сейчас Майя в ужасе бросила взгляд на портфельчик сына, ручку которого я то и дело нервно сжимал в руке. Растерянное до этого лицо Майя сейчас же стало абсолютно непонимающим. Она словно всеми силами пыталась сложить логическую цепочку в своей голове, но у нее никак не получалось.
— Я не понимаю, — наконец ответила она.
— Да это видно, — тут же парировал я, запихивая ноги в ботинки.
Майя быстро захлопнула входную дверь, проворачивая замок, и сама осталось стоять у двери, словно это могло меня хоть как-то остановить.
— Не усложняй, — угрожающе произнес я, выпрямляясь.
Майя активно замахала головой, нервно сглотнув.
— Тимур, что происходит? Зачем? У нас договор ты не имеешь права его нарушать! — уже кричала она и ее глаза заблестели из-за выступивших слез.
— Ты ведь знала. Зачем сейчас задаешь все эти вопросы?
— Мама, — обеспокоенно отозвался сын, сжимая своей маленькой ручкой мою ладонь.
Майя словно по щелчку пальца изменилась в лице, натягивая на губы счастливую улыбку.
— Лариса Витальевна, займите Давида! Солнышко, не волнуйся мамочка сейчас поговорит с Тимуром и мы пойдем играть, ладно? — умело успокаивала она сына.
Недовольно поджал губы, мысленно обматерив себя. Идиот! Что ты за отец, если устраивать скандальные сцены на глазах у сына! Я давал себе слово, что мой сын не увидит подобного, а что в итоге? Я еще и являюсь зачинщиком!
— Пойдем, мой хороший, покажешь мне свою новую игрушку, — тут же под предлогом утащила сына нянечка.
И как бы сильно мне не хотелось отпускать его крохотную ручку. Как бы мне не хотелось отпускать его самого. Я сдался. Нам нужно поговорить с глазу на глаз.
— А теперь объясни что я знала? — зарычала недовольно Майя, продолжая смотреть вслед уходящему Давиду.
— Что я решил забрать сына, Майя, что ты тупишь, — уже не сдерживал себя я.
Майя ошарашенно посмотрела в мои глаза, словно вообще не понимала о чем я говорю.
— Откуда мне было это знать? Я не умею читать твои мысли! И узнала я о другом! — словно разъяренная фурия продолжала она шипеть.
— Тогда зачем ты как сумасшедшая влетела в дом? — уже спокойнее спросил я.
Майя устало потерла виски, громко выдыхая.
— Я влетела в дом как сумасшедшая, как ты выразился, потому что узнала, что это ты спас мне жизнь в день аварии. Я боялась не успеть…сказать тебе "Спасибо, Тимур, что спас мою жизнь" — на выдохе выпалила Майя, точь в точь как в моих мыслях.
Отшатнулся от ее слов, словно они причинили мне физическую боль. А мозг начал активно работать пытаясь сложить весь этот бред в логический пазл. Что. За. Херня.
— Как это только узнала? — в неверии спросил я.
— Вот так, Тимур! Только что узнала! Но почему ты такой… Почему, Тимур? — словно в отчаяние повторяла Майя. — Почему каждый раз на что-то хорошее ты делаешь плохое? Почему каждый раз убиваешь все то хорошее о тебе, что только успело зародиться? Почему заставляешь меня чувствовать все это! Почему! — уже кричала она, отбивая кулаками в мою грудь, словно пыталась достучаться до моего здравого смысла.