Я стираю свою тень 3 (СИ)

— Вы что творите? — первым делом выкрикнул я, перепугавшись последствий необдуманного поступка.
Апанасий повернул в нашу сторону парня.
— Мы снова забились. Они нам продули и решили отыграться. Короче, мне надо удержать его на вытянутой руке три минуты. Камила, сколько осталось? — Апанасий уже начал краснеть от усилий.
— Тридцать секунд.
— Водки бы. — Сквозь зубы попросил здоровяк.
— Это допинг, мы так не договаривались. — Произнес висящий парень. От него шел сильный запах перегара.
— Зато ты не ограничиваешь себя в допинге.
— Мне можно. Я не объект спора, а субъект. Мое состояние никак не повлияет на его результаты. — Ответил наливающийся пунцом «субъект».
Апанасий начал терять силу и, не удержав несколько секунд до окончания спора, опустил парня, достав его головой пола.
— Продул. — Напарник «субъекта» радостно подскочил к нему. — Ничья, никто никому не должен.
Апансий расстроился, как ребенок.
— Надо было спорить на две минуты.
— Ну, ты здоровый. — «Субъект» неуверенно поднялся на ноги и похлопал Апанасия по плечу. — Идем, я угощу тебя коньяком за мировую.
— Спасибо, но нам пора. — Предупредила его Айрис.
Парень прищурил один глаз, а вторым сконцентрировался на моей супруге.
— Ты позволяешь собой управлять? — Усмехнувшись, спросил он Апанасия.
— Она командир. — Ответил здоровяк. — К тому же мы у нее в гостях.
— Командир чего? — Парень откинул взглядом всю нашу кгомпанию. — Ух ты, у вас что, модельное алгентство? А понял, эскорт услуги, она бщандерша, а ты вышибала? Вот откуда у вас такое умение катать шары, часто играете с клиентами. Простите, если был заносчив. — «Субъект» сделал извиняющийся реверанс, прогнув ноги в коленках и разведя руки в стороны. — Пойду, выпью за успех вашего дела. Адью.
Мы вышли из шумного и душного заведения на улицу. Айрис посмотрела на гостей.
— Все было бы хорошо, если бы вы не связывались с подобными типами. Очень легко загреметь в полицию, а потом будет трудно оттуда выбраться.
— Почему? — Спросила Камила.
— Вас легко развели на спор, а могли бы и на пьяный дебош, и выставили бы вас крайними. А у вас нет никаких документов, откуда вы тоже сказать не можете, а это для полиции серьезное основание подозревать в чем-то большем. Например, в том, что вы скрывающиеся преступники, или являетесь иностранными агентами, спонсирующими местных недовольных властью. Потерпите пока без приключений.
— Я могу сделать документы. Не думаю, что возникнет какая-то проблема. — Вполне серьезно произнесла Камила.
Айрис задумалась.
— Пожалуй, этим стоит заняться. Только чтобы во всех государственных реестрах не было никаких противоречий.
— Не вопрос. Все будет выглядеть так, будто сделано официально.
— Вот этим и займись и пока не сделаешь, сидите дома, смотрите телевизор.
— Я могу и денег вам сколько угодно перечислить на счет в банке. Я уже пыталась внедриться в систему, никаких проблем.
— Пока не стоит. — Отказала Айрис. — Мы еще не успели пожить спокойно, чтобы браться за старое. Пока вы спорили с кем не надо, нас попросили помочь распутать одно дело. Надо вычислить городского серийного убийцу, психологический портрет которого и мотивы мы уже выяснили. Осталось вычислить адрес проживания, через файлы, которые, скорее всего, он отправил человеку, по образу которого подбирает своих жертв.
— У-у-у, какой ужас. — Киана скривилась. — Неужели такое бывает?
— К сожалению. — Признал я. — Но в нашем городе это редкость.
Мы вернулись домой, нагуляв аппетит. Снова сварили пельмени и как следует пообедали. Айрис практически выдернула Камилу из-за стола, сгорая от нетерпения узнать адрес серийного убийцы. Наша хакер с встроенной в руку модификацией, способной пользоваться сетями с более совершенными способами защиты, быстро нашла почту актрисы и проследила все письма, даже те, что были удалены после срока первого убийства. Вынула их и перенаправила на почту Айрис те, что содержали фотографии. Мы с Айрис засели за компьютер и стали смотреть их по очереди. Одни признания в любви или критика завистников. Ничего похожего на послание маньяка в них не было. Айрис разочарованно закрыла последнее письмо.
 
— Я немного просчиталась. Он намного лучше контролирует себя, чем мне казалось.
— И что теперь? — Спросил я, не представляя, что предпринимать дальше.
— На фотографии у каждой из жертв правая рука как будто намеренно была отставлена в сторону, словно указывала направление. Что если каждая жертва символизировала месяц года, указывая в центр воображаемого круга.
— И что там может быть в центре?
— Уязвленное самолюбие убийцы. То, что компенсирует ему страдания отвергнутого.
Айрис загрузила карту города и по памяти поставила на ней точки мест, где были найдены жертвы. Выбрала режим с картинками со спутника и увеличила в одной из отмеченных точек до максимума. Она вертела картинку, закрывала глаза, словно пыталась состыковать фотографию из памяти, с тем, что было на экране компьютера. Определившись, Айрис провела одну прямую. «Пошаманила» с другими и в итоге у нее получилось скрестить все три прямые в одной точке. Она обвела место пересечения прямых окружностью.
— Поеду, посмотрю, что здесь находится. — Сообщила она.
— Я с тобой. — Меня тоже заел интерес сыщика.
— А нам что делать? — Поинтересовалась Киана.
— Для начала, вытрите пыль с мебели и помойте полы, вынесите мусор и постирайте одежду. Как со всем управитесь, разрешаю посмотреть телевизор или поиграть на компьютере. — Полушутливым тоном Айрис придумала занятие нашим «квартиросъемщикам».
— Можно в обратном порядке? — Поинтересовался Трой.
— Можно, но полы и пыль в первую очередь. — Отрезала Айрис.
Раздачу заданий можно было расценить, как желание Айрис сохранить за собой статус командира, и как попытку лишить наших друзей статуса приглашенных гостей. Нам не хотелось тратить время на прислуживание. Вообще, оказавшись в своем мире, ограниченном стенами квартиры, мы с Айрис стали жуткими эгоистами, мечтающими об уединенном счастье.
Друзья поняли нас правильно. Киана отправилась на балкон за ведром. Трой вынул швабру из-под ванной, Камила закатала рукава, вооружившись влажной тряпкой. Апанасий вынул пакеты с мусором и собрался их выносить. Мы втроем вышли на улицу.
— Маленькая квартирка для такого количества народа. — Здоровяк правильно понял наши мысли. — Как только немного адаптируемся, работу подыщем, мы с Камилой отделимся. Тоже хочется пожить вдвоем, не на виду.
— Не хочу показаться негостеприимной, но с завтрашнего дня можно начать поиски вакансий. Пока Камила не сделает документы можно перебиться работой, где их не требуют. Уверена, что вы без нее не останетесь. У нас тут мода на спорт, на красивое тело, для вас это отличная перспектива.
— Спасибо. Обещайте, что после того, как мы отделимся, не забудете о нас? — Наивно, но в своем стиле, выразил свои опасения Апанасий.
— Что ты придумываешь. — Я похлопал его по плечу. — Сделаем обязательным один день в неделю для наших встреч, или два. Не для того мы столько пережили, чтобы забыть друг о друге. Наоборот, живя вместе, мы скорее рассоримся из-за каких-нибудь мелочей.
— Да, наверное. — Согласился Апанасий.
Не дойдя десяти шагов до мусорного контейнера, он с легкостью запулил в небольшие отверстия оба пакета. Стайка детишек лет семи-восьми, играющая на детской площадке, шумно оценила точные броски здоровяка.
— Дядя, вы шнайпер. — Похвалила его беззубая девочка с косами.
— Жнаю. — Подыграл ей Апанасий.
Мы с Айрис пошли к остановке. Заплатить за такси душила «жаба». Безденежье, от которого я отвык, напрягало не только меня.
— Слушай, как я теперь понимаю тебя тогдашнего, когда ты взял меня на передержку. — Айрис засмеялась. — Фактически, мы с тобой сейчас, это ты в прошлом. Надо думать, чем прокормить этих космических преступников, не обидеть их, не показать, что это нас малость напрягает.