Ты (СИ))
— Мне не больно! — тихо произносит девочка и опускает голову, после дует на свои ссадины. Мне, с одной стороны, стыдно за свой поступок, но, а другая сторона ликует, так как мне нравится смотреть на её страдания. — И зачем ты меня толкнул? Специально?
— А ты как думаешь? — её вопросы заданы без упрёка, совершенно спокойно, словно она не злится на меня, наоборот, ищет оправдание в моих действиях, и это меня ещё больше выводит из себя. Глупая малолетка!
— Неважно, как я думаю, важно, как ты поступил на самом деле! — после этого она встаёт на ноги и поднимает свой мяч. —Ты ведь Майк Тэндел, брат Арона, правильно?
— Допустим! — огрызаюсь, я точно не такого исхода желал. Она должна была расплакаться, бежать, возможно, разозлится на меня, но нет, она словно инопланетянин.
— Почему тогда ты не приходишь к нам играть? — её огромные карие глаза разглядывают внимательно меня, в какой-то момент мне даже становится неуютно от такого пристального взгляда.
— Не хочу! — не знаю, как ответить на её вопрос, у меня нет определённой причины, просто она меня бесит, и её сестра, и даже мой наивный влюблённый брат! — Не хочу, и всё! Для меня это детский сад, поняла!
— Да, поняла! — спокойно произносит она, — Ну тогда я пойду… в песочницы поиграю! — эта мелкая дрянь, стукнув мячом, обходит меня и неспешна отдаляется, а я как идиот рычу орт злости, стоя в облаке пыли, который подняла малявка, ударив своим мячом.
Настоящее время
Почему я тогда, в детстве испугался этого приезда? Да наверно потому, что впервые увидел такую реакцию Арона. Он так светился, так был счастлив, и я заведомо возненавидел семью Гастингс, а в особенности сестёр. Если одна из них завладела сердцем брата, который после этого рокового дня просто помешан был на старшей, то Нила Гастингс стала ему что-то вроде младшей сестры. Они часто вместе играли, просто проводили время, и это не могло меня не напрягать. Однажды я попросился в их компанию, и всё бы ничего, но от ванильно — клубничных отношений брата и сестричек соседок меня тошнило ещё неделю. Я понял одно, что теперь мой Арон перестал быть только моим другом, он нашёл себе ещё друзей, с которыми ему было не менее веселее. Мы стали реже рубиться в компьютерные игры, ездить на море, да и просто тусить. Арон пропадал в компании Габриель, в которую был тайно влюблён. Именно тогда я закрылся, стал злым и нелюдимым. Именно тогда я понял, что не хочу слышать ничего об этих девчонках, которые бессовестно украли моего брата.
Нила успокоилась, и даже решила со мной поесть. Мы сидим молча, хрустим салатом и думаем каждый о своём. Она наверно о сестре, я о ней, смотрю на эту хрупкую, красивую девушку, которая намного сильнее и мудрее меня. В глубине души всегда восхищался её силой духа, и тем, как ей удавалась, даже в самых тёмных поступках людей видеть свет. Нила всегда относилась ко мне по-особому, из раз в раз, доказывая доброту, которую я по сей день не могу оценить, как того она заслуживает.
— Прости меня! — мой голос нарушает тишину, которая прочно укрепилась в этой комнате. Вилка с зелёным салатом застыла в руке девушке, но она не смотрит на меня. Застыла и молчит. — Нила, мне правда, очень стыдно за всё, что я делал по отношению к тебе! Подожди, я должен это сказать, так как в другой момент, возможно, не хватит духа! Я кретин, с испорченным, извращённым взглядом на мир, и представлением в отношениях между людьми, но я пробую пересмотреть свои взгляды… — замолчав, пытаюсь понять, правдивы ли мои слова, врать и приукрашивать я не хочу и не буду. — Нет, я не пытаюсь измениться, факт, а теперь, когда нет Арона, словно остатки чего-то светлого покинули меня, я лишился его, и вся доброта моей души ушла с ним…
— Майк, ты не должен извиняться! — Нила кладёт вилку и теперь смотрит в мои глаза. Её взгляд наполнен грустью и настолько обречён, что мне становится не по себе. С первого дня я старался подавить её, сломить, поставить на колени, но она как птица феникс, всегда возрождалась из пепла.
— Нет, Нила, должен! Смерть Арона показала мне, насколько мы ничтожны перед ней, насколько у нас мало времени на жизнь. Я так мало сказал ему, так мало провёл времени рядом с ним, так как считал, что Арон что-то собой разумеющее, то, что никогда не исчезнет, и вот его нет, а я не могу даже допустит мысль, что я не успел…так вот, о чём это я… — пытаюсь перевести дух, так как раны от потери брата ещё настолько свежи, мне нужно время. — Нила, прекрасная, добрая и любимая моя девочка, я подлец и испорчен, извращён и совершенно недостоин тебя…
— Не нужно решать за меня, я сама решу, кто достоин, а кто нет! — старого произносит она, и в этих словах Нила настоящая. Несмотря на её нежный образ, возраст и милое личика, она сильная и мудрая, та, кто не даст себя в обиду, но никогда не сделает это грубо и поверхностно, нет, она искусно укажет на ошибки, протянет руку помощи и не ударит в спину.
Глава 28
Нила
— Давай в кино сходим? — голос Майка спокойный, словно ничего и не произошло всего несколько часов назад. Я поднимаю удивлённо брови, немного улыбаясь, сейчас его умиротворение растекается по всей комнате, и мне от этого становится хорошо.
— Вот так просто? В кино? — хмыкаю, опуская ладонь ему на шею, немного сжимая, чувствуя, как мышцы мужчины заметно напряглись. Он проводит руками по лицу, будто снимая с неё невидимую пелену, после вновь смотрит на меня, но сейчас в этом взгляде отображается ещё что-то, словно огонёк зажёгся где-то в глубине.
— Это очень опасно, Нила! — мои органы слуха получают дозу невероятного наслаждения, так как его голос звучит низко и тягуче, растекаясь во мне волной удовольствия.
— И почему же? — конечно, я всё понимаю, и поэтому моя ладошка опускается ниже, запускаю её под футболку, касаясь обнажённой спины. Майк словно перестаёт дышать, а просто гипнотизирует меня, на что естественно, поддаюсь, словно кролик на удава. Перекидываю ноги через него, усаживаясь на коленки Майка, улыбаясь прямо в лицо. Конечно, я понимаю, что такие игры могут закончиться только сексом, но я не против такого исхода. Руки Майка проводит по моей талии, поднимаясь к вверху, цепляя футболку, а после стягивает через голову. Как только я остаюсь перед ним обнажений, а он внимательно рассматривает мою голую грудь, в голове мелькает мысль, а может всё же остановиться, возможен это отразилось на моём лице, так как Майк в туже секунду задаёт вопрос:
— Боишься?
Конечно, боюсь. Я так долго об этом мечтала, и так вожделела, что наверно слишком зациклилась в своих представлениях о нашем сексе, что сейчас словно столкнулась с собственными грёзами. Нет, конечно, мне хочется испытать это с Майком, это ещё больше распаляет во мне нервозность вперемежку с возбуждением. Но признать это мужчине, которого я хочу с лет так пятнадцати никогда и ни за что!
— Неа! — и в правдивость своих слов, также стягиваю его футболку, откидывая её назад.
— Врушка, кино откладывается! — растягивая буквы произносит Майк и обрушивается на меня с поцелуем
***
Открыв глаза, передо мной возникает мужская грудь, на которой лежит моя голова. Ощущаю планомерное дыхание, умиротворённое и спокойное. В голове тут же возникают картинки прошлого дня, события которого и для меня, и для Майка очень важны. Жалею ли я? Нет, я безусловно, счастлива, что именно он стал моим первым мужчиной. Майк Тэндел и так давно завладели моим сердцем, что никому не под силу оттуда его выкорчевать. А сейчас, после нашей совместной ночи, я полностью принадлежу этому мужчине, и этот факт никогда не изменится, чтобы с нами не произошло.
— Ты чего? — Майк уже открыл глаза, и смотрит на меня, я мотаю отрицательно головой, разворачиваюсь и кладу подбородок ему на грудь. Теперь наши глаза на одном уровне. — Чем займёмся?
— Думаю нужно сделать то, что мы не смогли сделать вчера! — мне так сейчас хорошо, что даже не вериться, что эта правда. После подтягиваюсь и целую мужчину в губы.