А на что вы готовы ради любви? (СИ)

— Давай, проваливай!… — я сложил руки на груди и облокотился о свой стол.
Мы с Игорем прыснули со смеху.
— Двигай, давай, и забирай отсюда своё барахло! Мне чужого не нужно! — мы откровенно ржали, глядя, как они все дружною толпой покидают мой кабинет.
Поржав ещё с минуту, я с абсолютно серьёзным выражением лица и заново зарождающимся гневом, повернулся к Игорю.
— А не подскажешь ли ты мне, друг любезный, какого хрена ко мне тут шастают все, кому не лень?! У нас здесь что- проходной двор?!
— Я не… — начал Игорь.
— А я наивно полагал, что у нас здесь охранное агентство…!!! Это что ж получается… сапожник без сапог?!
Игорь молчал. Вопросы я должен был задавать другим бойцам, но здесь кроме Игоря, увы, никого другого не было, вот он и выгребал за всех.
Звонок мобильного отвлёк меня от дальнейших разбирательств.
— Да, Олег.
— Добрый день, Алексей Викторович.
— Ближе к делу — поторопил я его.
— Александра сбежала.
— Что?! Как это сбежала?! — я моментально собрался, готовый бежать, рвать, убивать.
— Она сбежала через окно. Вы же знаете какой у неё характер. Сейчас я преследую её в лесу. Через пару километров уже будет трасса и там она запросто сможет остановить попутку.
— Олег, останови её любыми путями. Если слова не подействуют, разрешаю применить силу, но только в рамках разумного, естественно. Ей сейчас вообще нельзя появляться здесь!
— У нас тут война. За Сашу отвечаете головой. Особенно ты! Давай, Олег, действуй.
— Понял. Сделаю всё возможное! И невозможное тоже. — Упрямо добавил боец.
— Держи меня в курсе. — Я дал отбой.
Я верил Олегу, доверял, как самому себе. Иначе не оставил бы на него самое ценное, что у меня было! Только в глубине души меня всё равно мучал тот факт, что не я сейчас там, на его месте. Привык я сам решать свои проблемы, такой уж у меня характер.
— Черт! Сашка, Сашка! Что же ты творишь?!
— Алексей Викторович, простите, но я вообще-то по делу…
— Игорь, прости, да, что там у тебя?
Мы погрязли в документах и договорах. Никогда не любил бумажную часть моей работы, но она, увы, была неизбежна. Проморочились с ним до глубокого вечера.
Олег, как и обещал, держал меня в курсе. Пойманная Сашка сидела в доме, под неусыпным присмотром ребят, что позволяло мне ненадолго расслабиться и заняться рабочими вопросами. Представляю, что она устроит моим бойцам за срыв своего побега. Но, ничего, теперь и они не станут расслабляться. Рядом с ней всегда нужно быть начеку.
— Алексей Викторович, — звонок по мобильному.
— Что ещё Илья?! — сегодня голос Ильи меня порядочно напрягал.
— Там к Вам полиция поднимается.
— Полиция, говоришь… час от часу не легче!
Дверь кабинета открылась и на пороге появилось трое полицейских в форме.
— Прямо день открытых дверей… — пробурчал я, поднимаясь из кресла.
— Аверин Алексей Викторович?!
— Да, это я. Чем могу быть вам полезен?
— Вы задержаны за нанесение тяжких телесных повреждений господину Серову Никите Андреевичу, а так же Семёнову Филиппу Александровичу и Ермолову Артёму Петровичу.
Мне итак было всё понятно. Никиту я даже пальцем не тронул! Он просто полежал на полу, о каких тяжких, телесных может идти речь…? Хоть бы Олегу удалось усмирить Сашку. Хорошо, что Игорь ещё здесь.
— Позвони Олегу, предупреди!
— Разговорчики! — капитан грубо подтолкнул меня к выходу.
Я остановился и метнул в него молнию, сцепив челюсти до хруста. Урод!
— Я могу сделать один звонок?
— Пошли! — нагло оборвал меня капитан.
— Твою ж…!
  
Война. Продолжение.
 
В отделении полиции меня уже встречал Громов. Стало немного легче. Дело, которое мне предъявляли, было сшито белыми нитками. У них на меня ничего не было. Так, разве что нервы потрепать.
— Где Александра Панина? — пытались они зацепиться хоть за что-то. — Господин Серов утверждает, что после встречи с Вами неделю назад, её больше никто не видел. Телефон её отключён. Он не может найти свою невесту.
 
— При чем здесь Александра? Зачем она вам?!
— У нас есть заявление от её жениха об её исчезновении.
— Послушайте! Ну, какой он, на хрен, жених?! Его вообще нужно от неё изолировать. Саша не хочет видеть Никиту! Они поссорились и если бы не я, то он бы вообще её ударил. Я был её опекуном до совершеннолетия, поэтому я имею к ней непосредственное отношение, в отличие от Никиты Серова. Поверьте, с ней всё в полном порядке. Она в безопастности!
Никакие уверения в том, что она жива и здорова, их не удовлетворяли. Они требовали личной встречи с ней для убедительности.
— Лёш, я понимаю, ты переживаешь за Сашу… — я мрачно посмотрел на Громова.
— Миш, даже не начинай! Она в безопастности и для меня сейчас- это важнее всего.
— Лёш…
— Миша! Давай сразу закончим этот разговор! Спасибо тебе, конечно, но рисковать Сашкой я не могу. И не буду! Я не собираюсь им помогать и делать за них их же работу. Не верят, пускай сами поищут!
Через два дня после моего заточения, господа полицейские решили поменять тактику и воздействовать на меня физически. Не смотря на всю мою подготовку, мне хорошенько досталось от сокамерников, силы были далеко не равными. По итогу, им пришлось перевести меня в медсанчасть. Конечно, не без участия Громова в данном вопросе.
На следующий день из медблока меня отправили в нормальную больницу. На мои вопросы никто не отвечал, поэтому я перестал что-либо спрашивать. В меня вливали через капельницы какие-то лекарства, кололи уколы, пичкали таблетками. Я всё время находился в отключке и периодически приходя в себя, очень надеялся на то, что Олегу удаётся контролировать Сашкину страстную натуру, опять отключался.
Соскучился! Дико! Стараюсь не думать о ней. В памяти предательски всплывает наша последняя встреча. «Только не останавливайся», как-будто слышу наяву, кровь в венах закипает. Чувствую её запах, рваное дыхание, нежные стоны, бархатную кожу, шелковистые волосы. С ума схожу от желания. Кручусь на больничной койке, пытаясь найти положение поудобнее, и от каждого движения тело пронзает новой порцией боли. Так и засыпаю…
— Лёша! — слабо слышу родной голос сквозь сон.
Сашка! Это же моя Сашка! Сашенька… мне так хочется посмотреть на неё, сказать, как сильно я рад слышать её голос, но ей нельзя сейчас здесь находиться! Только я так и не смог ничего сказать, сон оказался сильнее.
Кое-как разлепив веки, я посмотрел на потолок. В палате было темно. Долго же я проспал. Какой же чудный сон. Что-то тяжелое лежало на моей руке и не было сил пошевелиться. Повернув голову, я увидел спящую Сашку, точнее её голову, прижатую к моей руке.
— Саш… — прошептал ей пересохшими губами.
— Лёшенька, Господи! Очнулся…
— Родной мой, — зацеловывала она меня.
— Как же так… — её голос дрожал.
— Воды…
— Да, да, конечно, сейчас, — она помогла мне приподнять голову и сделать пару глотков.
— Сашуль, что ты здесь делаешь? Где Олег?
— Лёш, ты только не волнуйся! Олег стоит за дверью. Мы под охраной. Со мной, как видишь, всё в полном порядке. Ты только не волнуйся. Твой Олег просто герой! Ты же знаешь, меня выдержать не каждый сможет, вот он смог! Обязательно выпишишь ему премию, когда выпишешься отсюда! — трещала Сашка, а я слушал её с закрытыми глазами и улыбался, ощущая себя самым счастливым человеком на свете!
— Тебе нужно поспать. Я побуду здесь, с тобой. Ты только не волнуйся, я никуда не уйду! Не оставлю тебя одного. А ты отдыхай, тебе нужно набираться сил. — Бормотала она, ласково гладя мою руку.
Её голос действовал на меня, словно наркоз, веки опять стали такими тяжёлыми, у меня не было сил на сопротивление. Сашка сладко целовала меня и гладила, шепча, что-то очень тихо и ласково, а я уплывал на волнах сна и ничего не мог с этим поделать.
В следущий раз я открыл глаза уже гораздо бодрее. В палате во все лопатки светило весеннее солнце. Сашка спала сидя, скрутившись в кресле калачиком возле моей кровати, уложив свою голову мне на руку. Не смотря на то, что моя рука онемела, я всё равно чувствовал себя великолепно. Я смотрел на неё улыбаясь и не мог насмотреться. Какая же она красивая! Вся такая нежная и трогательная. Трудно представить, что моя нежная Сашка запросто способна возглавить революцию!