Давай, учи любить! (СИ)

Когда мы подъезжали к подъезду, то зазвонил телефон Макса. И я увидела на экране: «Мать евреев». Меня это дико рассмешило, пока я не услышала:
— Привет. А что ты пропала? Аня чуть от меня не сбежала к тебе. Я что-то не так сделал? А… Ну, я тут не при чём. Вы уж сами разбирайтесь.
Ева ему эмоционально что-то говорила. Макс послушал и продолжил:
— Слушай, давай это при встрече обсудим? Ну, тогда в среду. Я свободен вечером. Давай в кафе, — согласился он. — Согласен. Нам давно пора обо всем поговорить.
И тут до меня дошло, что Ева собралась с ним перейти на новую стадию отношений. Как вылезла из машины, я уже не помнила. И что мне Макс говорил по дороге, я не слушала. Я думала лишь о том, что они готовы идти вперёд. А я к этому совсем не была готова.
Вдруг я поняла, что не хочу навсегда расстаться с Максом и с кем-нибудь его делить…
Дома я пила травяной чай. Бабушка всегда сама где-то покупала травы и готовила полезный отвар. Говорят люди, что он успокаивает.
Я сидела и смотрела в одну точку, вспоминая наше прощание. Макс специально промахнулся и поцеловал меня не в щеку, а в краешек губ? Нет, наверное, это случайность. Я придаю всему слишком большое значение.
Ведь Макс переходит на новый этап отношений с Евой. Я уже его потеряла…
Но я же с ним быть не могла! Я не могу встречаться с парнем, с которым вместе росла! Такой любви не бывает. Это привязанность, эгоизм, что угодно, но не та любовь, какую показывают в фильмах!
В общем, я всю ночь плакала, мучилась и пыталась убедить себя, что ничего к нему не чувствую. Что я просто его ревную, как друга, поэтому не хочу его терять.
От самобичевания меня отвлек звонок Евы. Я аж чуть не перекрестилась, благодаря небо, что подруга сама позвонила мне.
— Привет! — вокликнула я. — Вы чего забастовали?! Мы просто с Максом помирились. Ничего такого не было.
— Помирились и отлично. Дело вовсе не в тебе, а во мне. Точнее в моих отношениях с этим вредным нумерологом, — пояснила Ева. — Понимаешь, он меня халтурщицей обозвал, когда я ему нагадала на картах скорую любовь. Ну, у него выпала блондинка! А он мне, представляешь, говорит: «А вот и врушка! У меня девушка — брюнетка, волосы её натуральные, чёрные, как смола». Ну, ты меня знаешь, я ему и сказала правду. Что она не его пара, и они разойдутся. У него уже есть любовь, и она — блондинка. И знаешь, что он мне сказал?
— Не представляю, — честно ответила я.
— Что я сама к нему клеюсь и намекаю на себя! Нахал! Ну, я его и ударила, сказав, что он много о себе думает. Пусть он — отличный нумеролог, но мне такие козлы не интересны. А он мне вслед прокричал, что я — аферистка и строю из себя ангела. За что он так со мной? Вот чем я ему не угодила?
— Ты слишком близко к сердцу воспринимаешь его слова. Понимаешь, о чем я? Как ты мне сама говорила: «Если слова человека бьют тебя, то дело в самой тебе». Подумай, почему ты вибрируешь на него. Так ты это называла?
— Да, так, — неохотно согласилась она. — Если есть вибрации, то надо исследовать почему. Ну, я знаю почему! Я хочу от талантливого нумеролога получить признание!
— Зачем?
— Потому что он — мой коллега. Я с ним на одном уровне, а он ставит меня ниже плинтуса!
— Ева, зачем тебе его признание? Сдался он тебе!
— Ты не понимаешь, мы могли бы с ним вместе исследовать эту тему. И мне, правда, очень интересно изучить его.
 
— А… — я уже не знала, что и думать.
Ева влюбилась или увлеклась им, как очередным персонажем. Я думала, что ей Макс покажется интересным. Да он и правда, куда круче, чем Могила.
— Я должна придумать, как с ним помириться, но так, чтобы он извинился, — гнула свою линию Ева.
— А вот это Валя придумает!
— Ой, ей сейчас не до меня. Ей пришлось уволиться, и теперь она работу ищет. Ещё «не её» Илюхин от жены ушёл.
— Ого! Она и это смогла?
— И зря. Они все равно долго не проживут вместе. Ты поговорила бы с ней.
— Ой, нет! — сразу возразила я. — Я в чужие дела не лезу. Пусть сама разбирается.
Проговорили мы ещё час. Я в сотый раз выслушивала про то, какой мерзавец Могилевский, и про то, что я обязана придумать, как заставить парня перед ней извиниться. Но мне, кроме того, что нужно прийти и поговорить с ним начистоту, ничего не приходило в голову. Но я знала, что тот засмеется и скажет: «Ни за что! Она врушка». Это только лишь погреет его самолюбие.
Утром в институт пришла Валя. И наш Вася ходил и аж светился. Он в тот день ей купил, наверное, все, что она когда-либо у него просила. Заодно предлагал ей помощь.
— Переезжай в квартиру моего отца? — предложил он, узнав, что к ней домой ходит жена Илюхина и портит её личные вещи. — Там спокойнее будет. Всё равно папа живёт в Калуге.
— Щаз-з-з! Чтобы я ей мужа вернула?! Обойдётся! Вот пусть терпит. А он мне ещё зарплату будет носить, заодно оденет и обует во все новое!
— Хочешь я тебе денег одолжу, пока твой заработает? — предложил Василий.
— Не, не надо. У него они есть, — отмахнулась Валя. — Сегодня вечером поедем за шмотьем. Я специально во всем новом к ней в ресторан приду! Замки в его квартире мы поменяли. Хрен она теперь к нам в дом придёт!
В среду меня потряхивало. Я смотрела на Еву и ждала, когда она про свидание заговорит. Но она за целый день ни слова не проронила об этом. Лишь террорезировала нас придумать способ их примирения с Могилой. Вальке Дима дико не нравился, и она пообещала его стулом убить, как только он ещё раз хоть рот откроет в сторону Евы. А я предложила попросить Макса поговорить с ним. И вот тогда Ева вспомнила про свидание.
— Да, поговорю с ним. Может, он что-нибудь подскажет. Он — парень сообразительный. Как хорошо, что я сегодня с ним встречаюсь. Надо подготовиться.
И Валя принялась убеждать её нарядиться во что-то сексуальное. А я их слушать не хотела, поэтому сбежала от них под предлогом поговорить с куратором о дипломной работе.
А на самом деле я направилась домой. И в этот раз не поехала на маршрутке, а пошла пешком. Мне хотелось выпустить пар и подумать. И, как всегда, всю дорогу убеждала себя в том, что я — эгоистичная дрянь. Должна радоваться за лучших друзей, а не страдать.
Только легче от этих мыслей мне не становилось. Уже подходя к дому, я увидела стоявшую у нашего подъезда ту самую красивую брюнетку. В этот раз она была в джинсах и курточке. Но вся одежда на ней была брендовая. Увидев меня, она заулыбалась и поздоровалась. Я тоже улыбнулась и сказала: «Привет». Надо же! Запомнила!
Неужели эта незнакомка сюда переехала? Интересно, с кем она живёт? Наверняка у неё богатый парень и, наверное, самый красивый…