Золотое перо первой любви (СИ)

Сидя за своим рабочим столом, я внимательно читал работы учеников, стараясь проверить их как можно быстрее, чтоб ночью снова вторгнуться в сон Вики. Нам надо было поговорить, я должен предупредить ее о том, что мать будет пытаться давить на неё. Да и вообще, что ей не стоит доверять.
Работа захватила меня, азарт от скорой встречи с моей девочкой, подталкивал делать работу быстрее, и ни на что не отвлекаться. Я увлёкся настолько, что даже не почувствовал ее приближающуюся энергию. Когда передо мной оставалось всего две работы, дверь моего кабинета без стука распахнулась. Растрепанная, словно пробежала марафон, и такая растерянная, в дверях стояла Вики. Я поднялся и хотел выйти ей навстречу, но не успел сделать и пары шагов, как она резко с разбегу врезалась в мою грудь, обернув руки вокруг талии и прижимаясь ко мне всем телом. Я обнял ее за плечи, крепко прижимая к себе, укрывая нас обоих крыльями, создавая непроницаемы кокон из перьев.
— Я ее видела… — она прошептала это очень тихо, но я все равно расслышал каждое слово. — я виделась с мамой.
От лица Вики
— Ну здравствуй, мама.
Голос мой был холодным как лёд. Возможно, когда я только появилась здесь, встреча с мамой была бы желанной. И то, даже тогда, меня терзали сомнения. Я ведь не знаю эту женщину. Когда она умерла, мне было всего пять лет. Что я тогда могла понимать? Я помнила, как она укладывала меня спать, читая разные сказки, как изредка пела колыбельные. Как готовила приторно сладкую кашу на завтрак, потому что другую я отказывалась есть. Но каким она была человеком я не знала. И та женщина, что я видела сейчас перед собой, не внушала мне и грамма доверия.
— Вики, доченька! — она подскочила протянув руки, желая заключить меня в объятия, на что я только сделала пару шагов назад. Заметив мой подозрительный взгляд, она тепло мне улыбнулась. — Я так по тебе соскучилась. Ты стала такой красавицей.
Сладкий мёд так и лился из неё ручьём. И красавицей я стала, и умницей, и на неё похожа, и вообще, сущий ангел во плоти. Мне становилось смешно от ее слов, но я продолжала смотреть на неё непроницаемым взглядом. Лишь сдержанно кивнула.
— Зачем ты здесь? — она чуть вздрогнула от холодности моего голоса и наигранно вскинула руки.
— Конечно, чтобы повидаться с тобой, милая! Шепфа, я так рада, что наконец добилась встречи с тобой!
Честно? Я была уверена, что ещё пара ее слов, и меня стошнит прямо на ковёр у ее ног. Почему-то сейчас я легко видела ее притворство, хотя в душе мне конечно хотелось верить, что я ей нужна. Детские иллюзии рушились об эту незамысловатую игру одного актера.
— Мама, хватит. Говори уже зачем пришла. — я выставила вперёд руку останавливая ее поток слов.
Неожиданно взгляд ее изменился, из радушной мамочки, что как наседка вьётся вокруг своих птенцов, она вдруг превратилась в холодную и строгую женщину. В ту, которой ее наверняка знают здесь все. От осознания этой перемены на душе вдруг стало очень тоскливо. Хоть и понимая ее притворство, я все равно очень скучала по маме из своих воспоминаний.
— Отлично, так даже проще. Вики Уокер, перейдём сразу к делу. — по коже пробежались мурашки от неприятности происходящего. — Ты должна стать ангелом.
Ее слова были как гром среди ясного неба. Меня поразило то, с какой уверенностью она это сказала. Неужели даже с моим личным делом не познакомилась, прежде чем вторгаться в комнату? Я громко засмеялась, не в силах успокоиться.
— Ты наверное упустила это, мамочка, но мне уже не стать ангелом. — отсмеявшись, я пожала плечами, понимая, что она просто зря явилась и сделать тут ничего не сможет.
— Я ничего не упустила, баллы, которые выставляют вам учителя, условны. Выбор проходит в душе. Выпей это. — она протянула мне склянку с непонятной, слегка мутной жидкостью. Я взяла ее в руки, пристально разглядывая.
— Что это такое и зачем мне это пить?
— Это эликсир, который поможет тебе отменить все прошлые выборы и начать жизнь на небесах с чистого листа. — она торжествующе улыбнулась.
 
— Типа вернёт к заводским настройкам?
Она странно на меня посмотрела, видимо не совсем оценив шутку. А я вспомнила все те выборы, которые принимала на заданиях, и поняла одну важную вещь. Я не жалела ни об одном из них. Каждый раскрывал мою душу, как это было нужно, и хоть своими выборами я загнала себя в опасную ситуацию, что-то менять не хотела.
— Спасибо, но нет. — Я протянула открытую ладонь с флаконом к ней.
Мама осмотрела меня так, будто я глупое дитя, не понимающее, от чего отказываюсь. Подойдя, она взяла меня за руку, и закрыла мою ладонь так, чтоб флакон остался внутри.
— Подумай, доченька, это такой прекрасный шанс. — голос снова наполнился мёдом и тошнота подкатила к моему горлу.
— Я не буду ангелом, это не мой путь.
— Демоном ты тоже не будешь! Я не позволю! — она разозлилась, как же она разозлилась. Из глаз сверкали молнии, а крылья угрожающе раскрылись.
Понимая, что словами ее не убедить, я размахнулась и швырнула флакон в ближайшую стену. Пролетев по дуге, он врезался в каменную преграду, и рассыпался на крошечные осколки, расплескав мутную жидкость по поверхности стены и пола.
— Все? Теперь я могу быть свободна? — мой голос тоже стал громче, хоть на крик я и не перешла.
— Ты лишила себя единственного шанса существовать в этом мире. Ведь между бытностью демоном и небытием, я не позволю тебе выбрать демона. — голос ее вновь стал спокойным и холодным, даже немного угрожающим.
Я развернулась и не говоря больше не слова, убежала из собственной комнаты, врываясь в объятия того, кто единственный должен был быть сейчас рядом со мной. Он крепко обнял меня, прижимая к себе, укрыл крыльями так, что я почувствовала себя в полной безопасности. Когда через пару минут мое сердце успокоилось, он усадил меня в уже полюбившееся мной кресло, вручил бокал глифта, и устроился рядом, готовый слушать мой рассказ.
Говорила я долго, в мельчайших деталях рассказывая о встречи с матерью. Нет, я не плакала и не страдала, как могла бы ещё пару недель назад. Мне было больно, но эта боль поселилась глубоко в душе, я не дала ей права выйти наружу. Геральд иногда задавал уточняющие вопросы, и в целом слушал внимательно. Все время моего рассказа он нежно поглаживал мое предплечье, едва касаясь кожи пальцами. С ним рядом я чувствовала себя так спокойно и уютно, что произошедшее стало казаться плохим сном. Но реальность была такова, что по какой-то неведомой мне причине, моей матери проще убить меня, чем позволить стать демоном.
Когда я закончила говорить, Геральд прижал меня ближе к себе, и ненадолго задумался. Почему-то только сейчас я впустила в свою голову мысль о том, насколько уместно было приходить к нему в кабинет, вот так, без предупреждения и стука. Что если он просто слишком вежлив, чтоб высказать недовольство?
— Геральд. — мой голос прозвучал тихо и неуверенно. — простите, что так неожиданно ворвалась. я вам не помешала?
— Вики, — он склонился ближе ко мне — ты можешь приходить ко мне в любое время.
Неожиданный переход на «ты» и его горячий шёпот, запустили в моем теле необратимые реакции. Мне захотелось прижаться к нему всем своим телом, и захватить эти горячие губы в плен поцелуев. Он увидел изменение в моих глазах, и ненадолго прикрыл свои, тяжело выдыхая.
— Твоя мать была права насчёт баллов тьмы и света. Учителя проставляют оценки, руководствуясь опытом. За годы работы в школе мы научились определять, как на вас влияет тот или иной выбор. — он чуть отстранился от меня, я видела, что сейчас он борется с самим собой.
Сейчас это был не сон, а явь. И если во сне мы могли себе позволить перейти границы не боясь последствий, то здесь и сейчас нам нельзя было находиться рядом и так страстно желать друг друга.
— Значит это мутная жижа обнулила бы мою душу? Избавила от всех прежних выборов, и не было бы тех 23 баллов света?
В этот момент я задумалась о том, что может не стоило торопиться и разбивать флакон. Геральд лукаво улыбнулся моим размышлениям, ему нравилось то, как я думаю теперь.