Место Силы 1-2 (СИ)

Вокруг началось движение. Ходили, бегали какие-то люди, раздавались голоса. Жизнь… Простая и понятная человеческая жизнь, безо всяких боёв и ужасов.
И я так стремился в этот чёртов рейд?! Псих! Идиот!
Над левым плечом раскрыл рот и застонал Минк.
— Кто-нибудь, снимите его с меня! — заорал я. — Целителей сюда, всех, какие есть!
Минка оттащили. Кто-то перевернул меня. Я увидел интеллигентное лицо Киао.
— Крейз, ты как? — спросил он.
— Сайко и Минк, — невпопад ответил я. — Потом — Лин.
— Понял.
Он исчез из моего поля зрения. А я остался лежать на полу. Тяжело дышал, смотрел широко раскрытыми глазами в потолок. В голове вертелась одна лишь повторяющаяся бессмысленная мысль:
Здравствуй, друг!
Друг… В гробу бы я видал таких друзей.
Зато теперь у меня в жизни появилась настоящая цель. Нет, не эта смешная, детская цель — покинуть первый уровень. Это скорее задача. А — настоящая цель.
Найти того «друга», который всё это затеял, разрубить его пополам, сесть рядом и, закурив сигарету, смотреть, как эта тварь мучается. Слушать его вопли.
Почему-то в этой фантазии я был с сигаретой.
Странно. Никогда ведь не курил…
 Глава 25 
 
Алеф работала на износ вместе с Киао и двумя другими Целителями. Они разделились на две команды по два человека и поочерёдно простирали руки над Сайко и Минком. Пока двое лечили — двое запихивали в себя бесконечную еду из кухни. Все, кто мог, отдавали им свои батончики, которые, видимо, лучше всего восстанавливали «ману».
Сеансы исцеления всё сокращались. Вскоре уже каждый сеанс длился три-четыре секунды максимум.
Придя окончательно в себя, Минк мутным взглядом посмотрел на свой растерзанный живот, потом — на непрестанно вопящего Сайко и прохрипел:
— Я — сам. Его…
Минка поняли. И от него отошли.
Я сидел рядом на скамейке и, когда это случилось, закрыл руками лицо.
Минк был взрослым мужиком и мог терпеть даже такую боль, которая не имела ничего общего со здравым смыслом. А Сайко — пацан. Такой же, как я. Ну, может, чуток постарше. К тому же его ранили куда страшнее.
Сейчас я наблюдал, как постепенно, сантиметр за сантиметром, нарастает его плоть…
Целители, у которых время восстановления теперь увеличилось, встрепенулись. Дело пошло бодрее. Минк молча скрежетал зубами, лёжа на полу.
— Что там вообще случилось? — спросил Жаст, усевшись рядом.
— Не сейчас, Жаст, — процедил я сквозь зубы.
— Понимаю. — Он осторожно хлопнул меня по плечу. — Помнишь, ты интересовался, каково это — когда Наказание? Вот примерно так. Только на полу таких лежит не двое, а минимум два десятка. Не считая тех, кого уже не вернуть…
— Жаст, сделай одолжение, а?
— Понял, брат.
Жаст встал и отошёл в сторону.
Хорошо…
Мне нужно было побыть одному.
Вскоре Минка утащили в его комнату. Тащили Гайто и Скрам. Мне показалось, что это было сделано больше ради всех нас, чем ради Минка. Ему-то как раз было бы лучше лежать неподвижно до тех пор, пока чудовищно медленный (хотя и сверхъестественно быстрый) регенеративный процесс завершится. Но смотреть на этот кошмар было невыносимо для всех.
Ужина как такового в этот день не было. Столы не накрывали. Кто мог и хотел — перхватывали на ходу. Но мало кто хотел. Я, в основном, пил воду. Кусок в горло не лез, несмотря на всё усиливающееся чувство усталости.
С Сайко закончили, судя по ощущениям, далеко за полночь.
Про Лин попросту забыли. Она в какой-то момент исчезла — вероятно, ушла к себе. Как и Минк, она решила, что может потерпеть мучения с огрызком руки, не досаждая этим окружающим. Это было даже вполовину не так страшно, как то, что произошло с Сайко.
И вот Целители отошли от него. Вернее, отползли.
Дрожа всем телом — всем! — он лежал и дышал часто и глубоко. Нижняя его половина разительно отличалась от верхней. Хотя бы тем, что «наколдовать» на ней кожу Целители уже были не в силах.
— Кто-нибудь, отнесите меня в комнату, — глухо попросил Киао. — Если утром проснусь… Хоть каким-нибудь…
 
Он замолчал, видимо, не в силах даже закончить мысль.
Целителям помогли. Я взял на руки Алеф. Она обняла меня одной рукой, прижалась головой к моей груди и, казалось, вовсе не соображала, что происходит. Но это лишь казалось.
— Я живу не здесь, — пробормотала она.
— А я — здесь.
— Крейз, я просто хочу умереть…
— Ну, умрёшь у меня.
— Ла-а-адно…
Я прошёл мимо закрытой комнаты Лин, добрался до своей. Алеф я на постель практически уронил, но она не пикнула по этому поводу. Отвернулась к стене и вырубилась моментально.
У меня ещё оставались силы. Я расшнуровал и снял её ботинки, потом — свои. Улёгся рядом. Подумал, что надо было погасить для начала свет, но решил, что уже точно не смогу заставить себя встать и уснул, положив руку на плечо Алеф.
Этой ночью, слава богу, мне не снилось вообще ничего. Я словно окунулся в тёмный колодец, где, лишившись всех мыслей и чувств, пребывал благословенную вечность…
* * *
Разбудил меня голод.
«Обтяжка», продолжая адаптационные изменения моего организма, мало справлялась у мозга, стоит ли продолжать процесс или лучше тормознуть. Когда я открыл глаза, ощущение было такое, как будто я начал переваривать собственный желудок. От мучительной рези в животе я застонал сквозь зубы.
— С добрым утром, Крейз.
Я сообразил, что лежу на кровати один. Повернулся на левый бок и хмыкнул, оценив происходящее.
На моём стуле сидела Лин, а сзади неё стояла всё ещё немного бледная Алеф и заплетала ей косички. Множество тонких фиолетовых косичек. У меня в глазах зарябило от их количества. Я поспешил зажмуриться и упал обратно на спину.
— А вы чего тут? — спросил я.
— Я заскочила утром поговорить, — сказала Лин. — Увидела, что ты немного занят. Но Алеф уже проснулась.
— Я всё ещё не восстановила ману, — пожаловалась Алеф. — Так и не смогла помочь с рукой.
Угу, и решила помочь хотя бы с косами. Тоже логично, чё…
— Как рука? Совсем плохо? — попытался проявить участие я.
— Да как тебе сказать… — задумалась Лин. — У меня её нет, так что и никаких проблем с ней тоже нет. Обрубок только ноет — растёт.
— А через сколько она… Ну…
— Крейз, я всё-таки надеюсь, что сегодня кто-нибудь из Целителей хотя бы к вечеру достаточно восстановится и вернёт мне руку. Не хочу ждать, пока это произойдёт своим ходом.
— Ясно. Конечно…
Я сделал над собой усилие и сел на кровати. Ещё раз окинул взглядом девчонок.
Лин была полностью одета. Левый рукав куртки болтался почти пустым. А вот Алеф как была вчера — так и оставалась в одной «обтяжке». Даже не обулась. В этом странном мире, в моей комнате она выглядела как-то удивительно по-домашнему, как будто стояла у плиты в моей футболке.
— Как парни? — спросил я. — Сайко, Минк?
— Я не выходила, — откликнулась Лин.
— Сайко, должно быть, в порядке, — добавила Алеф. — С ним вчера практически закончили. А вот Минка, наверное, придётся ещё подлатать.
Странно. После моего эпического фейла на командирском поприще, в результате которого трое человек получили чудовищные травмы, я, наконец, могу нормально разговаривать. Лин не закрылась от меня, как я ожидал. Отвечает на вопросы, и за её ответами не слышно ни стёба, ни злости.
— Ну вот и всё, — сказала Алеф, выпустив из пальцев последнюю косичку.
— Спасибо, — улыбнулась Лин, встала и подошла к зеркалу.
— Тебе вообще не идёт, — ляпнул я.
По-моему, этого только слепой бы не увидел. И только тупой не предположил бы этого изначально. Вообще никогда не понимал этих «дреддов», или как их там. А у девчонок так тем более. Хуже только если девчонка вообще наголо голову обреет.
— Ты так галантен, Крейз, я прямо не знаю, что ответить, — безразличным тоном отозвалась Лин. — Значит, по твоему уважаемому мнению, я, попав в чужой мир, где вынуждена жить в общаге с первыми попавшимися людьми без личных вещей и возможности куда-либо выйти, где меня постоянно пытаются убить живые мертвецы и прочие твари, где у меня, в конце концов, даже одной руки уже нет, всё равно должна изо всех сил стараться соответствовать стандартам красоты, навязанным обществом, которого я, с вероятностью сто процентов, никогда больше не увижу?