Последний Ланнистер (СИ)

— Это при живом-то короле, — усмехнулся Сноу, качая головой.
— Простите, ваше величество, не подумал, — простодушно развел руками Селвин. — Но так я ж и вам еще не присягал. Дайте настоящий меч — и я мигом!
— И нам меч! — тут же оживились двойняшки Вин-Вин.
Джейме хотел прикрикнуть на всех, чтобы прекратили балаган немедленно, но не успел.
— Люди идут, — нахмурилась Джейми, глядя в сторону облагодетельствованных деревень. — Я как-то… Не готова пока принимать благодарности. И вообще, общаться.
— Если я уеду, они решат, что ими пренебрегли, — вздохнул Сноу и примирительно положил руку Джейме на плечо. Попросил, а не потребовал: — Отвези Джейми домой. Мы обязательно обсудим это вечером.
Джейме дернул плечом, сбрасывая его ладонь, помог Джейми усесться на своего коня, обменялся взглядами с Бриенной и припустил во весь опор.
— И давно ты это умеешь, такие… штуки? — спросил он, когда Винтерфелл показался на горизонте.
— Я всегда умела, — с улыбкой в голосе ответила Джейми. Она опиралась ему на грудь всем весом, но, боги! — какой она была легкой. Высокой — уже сейчас выше, чем согласно легендам были когда-то Дети Леса, но нечеловечески тонкой и хрупкой.
— Я имею в виду — сознательно, — пояснил Джейме, сильнее прижимая к себе дочь правой рукой, будто ее могло подхватить и унести ветром. Впрочем, кто знает — может, и могло?
— Я всегда делала это сознательно, — рассмеялась Джейми. — И когда угнала Дрогона тоже. Помнишь, как вы с Джоном меня ловили? Прости, давно, наверное, надо было извиниться. Но мне было три, и вы так забавно скакали по полю, там внизу, под нами.
Джейме еле сдержал ругательство — еще бы он не помнил! Та ночь оставила ему, да и Сноу, немало седых волос. Это воспоминание несколько остудило пыл, во всяком случае, больше не хотелось порвать Сноу на клочки.
— И много на это уходит сил? — спросил Джейме о том, что волновало его больше всего.
— Это немного не те силы, как у… — Джейми вздохнула и будто нехотя продолжила: — Обычных людей. Я просто теряю остроту восприятия. Не слышу зверей лесу, и как растет трава. Не могу развеять облака. В общем, на какое-то время становлюсь обычным человеком. Это совсем не страшно, просто скучно.
— Ну да, — вздохнул Джейме, не зная, что на это сказать. Как растет трава! Она слышит, как растет трава! Надо было давно об этом поговорить.
Он собирался с мыслями, чтобы задать правильные вопросы, но Джейми прервала его размышления.
— Ты злишься на Джона? Из-за Джоанны? — спросила мягко, но обеспокоенно.
— Он мог бы сначала посоветоваться, — хмуро ответил Джейме.
— В первую очередь он хотел посоветоваться с Джоанной, — возразила Джейми. — Во всяком случае, я так думаю. Ты же его знаешь.
— Знаю, — протянул Джейме, понимая, что дочь права. Черт бы его побрал, этого борца за всеобщую свободу воли Сноу!
— А спрашивать ее, не проверив, сможет ли она справиться, было бы жестоко, — закончила свою мысль Джейми.
— Все понимаю, — раздраженно ответил Джейме, скорее себе, чем ей, — но ей всего десять! Это… непосильная ноша. И делать выбор сейчас…Да и тебе рановато об этом задумываться, — одернул он себя.
— Разве у мамы был выбор, когда ее сватали за отца Джона? Того Таргариена, как его? Рейгара, — возразила Джейми. — И когда выдавали замуж за Роберта Баратеона. Мне кажется, ваш отец ее не очень-то спрашивал. А ведь он даже не был королем.
Джейме вынужден был признать ее правоту. Будь его отец жив, будь все хоть отчасти так, как до правления Джона и Тириона… Не факт, что Джейме было бы позволено решать судьбу собственной дочери, и уж ее мнения подавно бы никто не спросил. А Сноу спросит. И даже пойдет против пророчества, если услышит “нет”. Но разве можно доверять такое важное решение десятилетнему ребенку?
Именно этот вопрос он и задал Сноу тем же вечером. Гораздо спокойнее, чем собирался изначально. А вот Сноу не был спокоен. Он выглядел напряженным, подавленным и виноватым. И в ответ Джейме почти с отчаянием выкрикрикнул:
— Конечно, рано! — вздохнул и продолжил обреченно: — Но будущему монарху нужна достойная подготовка. На меня Бран и Сэм уже второй год наседают, с тех пор, как начали учить Селвина истории и политике. Говорят, что в пророчестве не могла идти речь о нем, и последний Ланнистер — это Джоанна. Я и так тянул как мог.
 
— А почему мне не сказал? — возмутился Джейме.
— А толку? — развел руками Сноу. — Что бы ты делал? Наседал на Селвина, чтоб лучше учился? Но это не в его природе. Он не создан для этого.
Конечно, не создан, — думал Джейме. Сын был весь в него, и он этим гордился — даже безрассудством, так напоминавшем его собственное. Его пренебрежением к учебе, к кабинетным занятиям, любовью к охоте и упражнениям с мечом.
— Я хотел дать им время, — продолжал Сноу виновато. — Чтобы на них как можно меньше всего давило. Но Джоанна стала проявлять интерес к этому всему — к теории управления, к экономике. И она… Умная.
— Я прекрасно знаю достоинства своей дочери, — отрезал Джейме. — Но ты мог хотя бы нам с Бриенной сказать.
— И вы бы на нее не давили? — вздернул брови Сноу. — Уверен? Сколько раз ты говорил сыну, что будущие правители так себя не ведут.
— О, боги, — простонал Джейме, вдруг осознав, что этот рычаг давления на Селвина, похоже, утерян безвозвратно. — Но зачем было делать это очевидным для детей? Можно было готовить Джоанну потихоньку, а потом…
— Когда, Джейме? — Сноу редко обращался к нему по имени, и оттого слова звучали особенно веско. — Это не такая мысль с которой легко смириться, даже если она поначалу радует. Рано или поздно это начнет подавлять, и лучше пережить это в таком возрасте, когда все воспринимается легче. Нельзя дать человеку расти спокойно, а потом, за день до совершеннолетия объявить — ну все, теперь ты правишь страной. Ты с детства жил во дворце, но вспомни, легко ли тебе было принять мысль о том, чтобы управлять хоть чем-то?
— Да я в гвардию-то подался, чтоб отцу гарантированно не удалось сделать меня хозяином Кастерли-Рок, — усмехнулся Джейме.
— Вот видишь, — кивнул Сноу. — Думаешь, мне было легко узнать… Кто я. Поздравляем, ты не бастард, ты законный наследник трона Семи Королевств! Я не был к этому готов.
— Но справился неплохо, — вынужден был признать Джейме.
— Спасибо, но повторять мой опыт никому не желаю, — вздохнул Сноу. — И потом, что касается Джоанны — цель совершенно меняет отношение к делу. Знаешь, когда я только попал в Дозор, я мечтал быть разведчиком, как мой дядя. Но меня сделали стюардом. Я взбесился. Хотел плюнуть на все, и уйти. Но Сэм сказал мне: эй, это не просто так. Тебя сделал своим личным стюардом сам лорд-командующий, это значит — он хочет приблизить тебя, научить тому, как тут все работает. Это многое поменяло. С тех пор у меня была цель — научиться. Если бы не сир Мормонт, не то время… Я не думаю, что стал бы Королем Севера. Я просто хочу, чтобы у Джоанны этого времени было больше.
Джейме молчал помолчал, обдумывая это, и вынужден был признать:
— Что ж, смысл в этом есть.
— Ну, если ты передумал меня убивать, пойдем к остальным, — повеселел Сноу. — Дети ждут сказку.
Джейме кивнул. От этой традиции они не отступали почти никогда — как бы ни было сложно, как бы ни устали за день, они с Бриенной и Сноу собирались вечером у камина и читали детям перед сном. Серсея упорно игнорировала эти собрания, используя это время, как она выражалась “для себя”.
— Папа, ты все пропустил, мне придется рассказать снова! — с упреком, в котором слышалась изрядная доля довольства, сообщила Джоанна. Лицо ее светилось от радости.
— Как это пропустил? — возмутился Джейме. — Я прекрасно видел, что вы с сестрой вытворяли с тем холмом.
— Холм — это уже пройденный этап, — пояснила Бриенна. — Наша дочь только что рассказывала Джейми, как придумала объединить деревни для создания рыбной фермы, раз уж там нашлось место для реки.
— Дядя Тирион про такие рассказывал, — гордо сообщила Джоанна.