Сказка для взрослой девочки (СИ)

— Ты не спишь, — не вопрос, констатация факта.
Не люблю, когда ловят на лжи.
— Сплю! — заявила нагло и перевернулась на другой бок, оказавшись к нему спиной.
Прислушиваться, что там сзади, не имело смысла. Он растянулся рядом, не дотрагиваясь до меня, и задумчиво произнес:
— Боги за что-то меня наказали.
Не представляю, о чем он.
— Полетим на рассвете. Засыпай.
Я глубоко вздохнула. Если раньше было холодно, то сейчас сон не шел из-за жара, который осязаемо исходил от мужчины рядом. Я не оборачивалась, поэтому не знаю, насколько он близко, но, судя по ощущениям, минимально. Руками не трогает, громко дышит. И как можно заснуть под такое сопение?
— Соловей, — позвала, потому что просто так лежать уже не было сил.
— Спи.
— Да-да, конечно, сейчас. Только ответь мне на один вопрос.
— Спи, я сказал.
— Тебе что, сложно? — даже чуть повернулась, чтобы быть убедительнее. — Маленькое уточнение и все. Ну, пожалуйста.
Еще один тяжкий вздох. Думала, снова своих Богов будет вспоминать, но, надо отдать должное, сдержался.
— Хорошо. Что ты хочешь узнать?
— Если Яга меня сюда каким-то образом вызвала, значит, она сможет отправить меня обратно?
— Не ведаю.
— А теоретически?
— Тео…что?
— Ааа, точно. Ну, такое может быть?
— Да.
— Я тут подумала. А вдруг мне стоит прыгнуть в ту яму, в которую я в своем мире угодила. Тогда я тебя просто успокаивала, чтобы ты не буянил. Сам понимаешь, в том, что оказалась в другом мире — поверить сложно. Но теперь-то! Короче, если следовать логике…то есть, хорошенько поразмыслить, то колдовство должно иметь обратную силу. И портал…яма, может вывести меня обратно в свой мир.
Он молчал долго. Я вообще решила, что уснул.
— Ты спрашивала, появлялись ли здесь такие же, как ты. Их было немного, в основном, мужики, но тоже странные, — я ухмыльнулась. Представляю! — Я их не видел, мне говаривали. Всех изловил Владимир, что было дальше, мне неведомо. Только слыхал, ничего хорошего. На Руси не принято веровать в то, что нельзя объяснить. Скорее всего, их казнили.
Я передернула плечами.
— Их тоже Яга притащила? Ты поэтому на нее думаешь?
— Больше некому.
— Колдунов больше нет?
— Лиза, — он первый раз назвал меня по имени. — Наши миры сильно различны. Тот, кого ты называешь колдуном, сейчас перед тобой.
— Я бы назвала тебя оборотнем.
Кажется, он усмехнулся.
— Пусть так. Мы те, кто мы есть.
— Я поняла. Здесь все магичат. У тебя вон армия перевертышей, которые разбойничают на большой дороге, Яга в своей избушке какие-то личные цели преследует, наверняка есть всякие Кикиморы в местных болотах, а князю вы все не нравитесь, потому что не богоугодны, а не потому, что законы нарушаете. Так?
Как-то слишком закрутила, не уверена, что он поймет. Во всяком случае, ответа не дождалась. Лежала, думая о бренности сущего, и незаметно уснула.
Кажется, проспала всего часа два. Во всяком случае, Соловей разбудил меня почти в полной темноте. Небо заволокло тяжелыми низкими тучами, ветер завывал совсем не доброжелательно, и я снова поежилась.
Пока спала, он успел добыть где-то сменную одежду, и с меня свое все так же не требовал.
Мы молча позавтракали тем, что осталось после вчерашнего, он разделся, вручив мне куль вещей, видимо, на хранение, обернулся и подошел, склонив голову.
— Я вообще-то боюсь летать, — предупредила на всякий случай, хотя кто бы меня спрашивал. Да и других вариантов выбраться отсюда, полагаю, нет. — Ты только меня не урони, ладно?
Сверток засунула под пояс, если выпадет, так тому и быть, обняла птицу за шею и, подпрыгнув, обхватила еще и ногами. Вроде надежно. Колени подрагивали, вообще ощущалась некоторая слабость. Неужели все же простудилась?
Надо отдать ему должное, взлетали мы аккуратно, без резких движений. Я сразу уткнулась в перья, желания глазеть по сторонам не было. Расхлябанный хвостик распался, освободив мою лохматую шевелюру, но ловить резинку, конечно, не стала. Буду ходить как чучело, к старой ведьме летим, а не на королевский прием.
 
Когда начали снижаться, я не заметила. Почувствовав, что животное — хм, а его вообще можно так называть? — подо мной неуловимо меняется, чуть не отпустила руки. Когда же прыгнули на твердую землю, я оказалась в объятиях человека. Он крепко прижимал меня к себе, а я все еще обнимала его руками и ногами. Осторожно сползла, стараясь не цепляться взглядом за кое-что…да за все! Стало неловко.
— Спасибо.
Пока он одевался, я огляделась. Мы оказались в дремучем лесу, неба почти не видно из-за раскидистых елей и сосен. Пахло серой и сыростью.
— Дальше пойдем пешком. Она не любит нежданных гостей.
Кивнула, будто соглашаясь, хотя вряд ли мое мнение здесь кого-то интересует.
Соловей пошел первым, аккуратно ступая на влажный мох и периодически оборачиваясь. Я двигалась след в след, не хватало снова куда-нибудь провалиться.
Повсюду деревянный скрежет и скрип, словно кто-то неведомый следует за нами, наблюдая, посмеиваясь, перешептываясь. Не лес, а зловещее болото, прямо как в сказках.
Интересно, а избушка на курьих ножках будет?
Как только подумала об этом, раздался голос:
— Зачем пожаловал?
Он шел со всех сторон и даже сверху. От неожиданности я вцепилась в ладонь мужчины. Он проследил за моим движением, но комментировать не стал.
— Не признала, что ль? — крикнул в ответ. — Соловей Одихмантьевич я!
— А это хто с тобой?
— Видать, ты пуще знать должна. Не из нашего она мира…
После его слов лес перед нами пришел в движение. Прямо на глазах деревья начали вылезать из земли и расступаться, перешагивая корнями как щупальцами. Ойкнув, я спряталась за спину разбойнику, вцепившись уже обеими руками. Почувствовала, как его ладонь легонько сжала пальцы, будто успокаивая.
Из недр чащи к нам вышла… ну да, избушка, точно как описано в фольклоре. Невысокая, с косой дверцей, хлопающей при каждом шаге. Домик подошел и плюхнулся на задницу, или куда там, вытянув упитанные ножки прямо перед собой. По ним и скатилась женщина, подбежала к нам чуть не вприпрыжку.
Я осторожно выглянула из-за плеча мужчины. Маленькая, ниже меня на голову, сухонькая старушка смотрела с таким изумлением и радостью, что даже как-то неудобно стало. Седые волосы длинными косами опускались почти до колен, внимательные бледно-голубые глаза, родинка над правой губой. Темно-коричневое платье с такого же цвета передником, на ногах лапти. На вид лет семьдесят. Ничего уродливого не заметила. Разве что руки странные, словно в копоти. Ну, так может, готовила что-нибудь, а мы тут ее отвлекаем. В целом, обычная бабушка из соседнего подъезда.
Но следующая ее фраза заставила меня нервно икнуть.
— Охренеть! — пробормотала бабка, шмыгнув носом.
— И тебе здравствуй, Яга, — это Соловей, я же пока стою за его широкой спиной и прихожу в себя, а это дело небыстрое. — Пустишь аль на пороге будешь держать?
— Впущу, как не впустить, — хозяйка расплылась в улыбке, показав гнилые зубы. Хм, лучше бы она этого не делала, сразу весь вид портит. — Будьте гостями дорогими! Баньку истоплю, напотчую, все как полагается. И еще кое-что, да, Соловушка? В прошлый раз ой как складно получилося!
Я сразу забыла, что пребываю в шоке. На что она намекает?
— Ты с ней спал?! — спросила вполголоса из-за спины.
Мужчина вздрогнул и посмотрел на меня как на чумную. Яга предположение тоже услышала и залилась таким смехом, что по спине холодок пробежал. Да уж, первое впечатление обманчиво. Забираю все свои слова назад, пенсионерка не ограничится стандартным набором «проститутки-наркоманы».
— Прости, Яга, она не ведает, что говорит! — процедил мужчина, выдергивая у меня руку, которую я вообще-то не собиралась отпускать.
Та снова захихикала и направилась к избушке. Посчитав это приглашением, потянулись за ней.
Внутреннее убранство оказалось вполне ожидаемым: русская печка на половину комнаты, куча чугунков разного размера, по стенам развешаны мешочки, пучки сухой травы, на полках — скляночки с содержимым неизвестного происхождения. Но без паутины и прочих характерных атрибутов, что не может не радовать. Ведьма, конечно, но чистоплотная.