Зараза (СИ)

Я, конечно, не стоматолог, но что-то было не так, возле верхних клыков, с виду обычных, ну может на пару миллиметров длиннее, чем у нормальных людей, виднелись прозрачные наросты с черными прожилками. А на нёбе набухали и пульсировали, чуть подсвеченные алым, мешочки, смахивающие на гнойники. Я аккуратно, кончиком молотка раздвинул челюсти еще одному трупу и обнаружил похожую картину, только мешочки были поменьше. Я сфотографировал на смартфон и отправил фотки Ксюхе, может, сможет понять, что это, а сам полез в соцсети искать аккаунт сестры. 
Самая свежая фотка с дня рождения две недели назад, на которое я, конечно, не смог приехать. Катька с родаками, молодая симпатичная девушка в очках и с аккуратным каре светлого цвета. Фух, блондинка! Среди тех, кого сейчас положил в состоянии то ли аффекта, то ли адреналиновой истерики, таких не было. Рука с ярким салатовым маникюром на плече у отца, на шее кулон в виде ключика, в ушах сережки — возьмем за ориентир и будем надеяться, что не пригодится.
Минут пять смотрел на семейное селфи, никак не мог проглотить комок, вставший в горле. Надо скорее вернуть сестру домой! Чуть успокоился и пошел осматривать остальные помещения.
В дальней комнате, единственной, где частично восстановили стены с потолком, нашлась дверь в подвал. Толстая, тяжелая деревянная конструкция была чуть приоткрыта и пропускала холодный затхлый воздух. На старой древесине вокруг отверстия под замочную скважину блестели яркие свежие царапины. Прежде чем открыть, прислушался. Близко — шелест листьев, далеко — очередная перестрелка.
Включил фонарик на «нокии» и потянул дверь, чуть не оглохнув от скрипа. Ржавые петли заскрипели не хуже пожарной сирены. За дверью еще ступеньки, а дальше — заброшенный каменный коридор. Под потолком закопченная лампочка с проведенной наружной проводкой, от которой по потолку тянулся толстый кабель, на вид еще из прошлого века. Посветив по сторонам, я нашел выключатель, пощелкал туда-сюда и, о чудо, зажегся свет. Слабенький, рабочих оказалось только три лампочки из десяти. Света хватало только на то, чтобы понять, что в коридоре я один, да рассмотреть таблички на дверях. Первые две комнаты кто-то явно использовал в роли ночлежки: матрасы на полу, хлам с мусором и пустыми бутылками. Натянутая веревка с еще влажным бельем. Только вот постояльцев не было, либо на вылазке, либо обратились уже.
Еще три комнаты остались без дверей, а внутри только толстый слой пыли. Свернул за угол и уставился на табличку LIBRARY, она же библиотека. Прислушался и, не заметив ничего странного, потянул дверь на себя. Пошло туго, но без скрипов или рычащих монстров с той стороны.
Зал, настолько большой, что телефонный фонарик не добивал до стен. Зато высветил ряды пустых стеллажей с медными табличками. На полу лежал толстый слой пыли с четкой цепочкой следов между стеллажами и еще одним фантиком с медвежатами. Не знаю, на что надеялась сестра и что пыталась найти, на полках кроме пыли валялись только пустые бумажные папки, несколько подгнивших тетрадей и просто какая-то труха. Если тут и были книги, то лет пятьдесят назад.
Но цепочка следов вела вглубь, металась между полками, потопталась возле полки с табличкой «Алмазные шахты», а потом уперлась в стену. Я поднял фонарик и присвистнул.
На стене висела карта, точнее — сама стена была картой. На гладкой каменной стене неизвестный мастер выгравировал карту города. Я сравнил с туристической, где многое, конечно, отличалось, но это был Фритаун. Центральная и западная части с аккуратно выведенными улицами и подписанными на английском значками. Большую часть я не понял, часть стерлась со временем, а часть просто не смог разобрать, вроде слова чем-то знакомые, но смысл утекал.
Одно место выделялось, совсем недавно по нему провели пальцем и стерли налипшую пыль. Значок в виде граненого алмаза, перечеркнутого костями, будто это пиратский флаг, и надпись: «Шахта Львиное сердце». Я еще раз сверился с картой, и по всему выходило, что я как раз стою где-то очень рядом. В туристическом буклете говорилось, что город основали бывшие рабы, приплывшие из Лондона в тысяча восемьдесят седьмом, а судя по подписи на карте, она всего на год старше города.
 
Хм, приехали, завалили и построили сверху город. А может уже заброшенную нашли, да косточки нарисовали, чтобы народ отвадить. Не понятно только, причем здесь сестра.
Я еще раз осмотрелся вокруг и нашел еще одну зацепку. В пыли на полу, как хлебная крошка из детской сказки, нашлась еще одна обертка от конфеты, а вместе с ней туристическая брошюрка с рекламой местного музея. «Музей мира Сьерра-Леоне» ждал посетителей, чтобы представить новую экспозицию, посвященную истории алмазных войн в регионе.
Приступ головной боли от недавнего сотрясения прервал и так не особо оживленный поток мыслей. Плюс душно и пыльно — вообще не получалось нормально думать. Я сфотографировал карту с нескольких ракурсов и хотел отправить Ксюхе, может, что нароет, но никак не мог отправить — не было связи. По старинке задрал руку к потолку и стал двигаться в сторону выхода.
Уже почти поворачивал за угол к освещенному коридору, как ржавые петли заскрипели. Потянуло сквозняком, вместе с которым пришел и запах гнили. Послышалось, как кто-то сопит и с шумом втягивает воздух, будто принюхиваясь. Я выглянул из-за угла — чертов прыгун стоял на четвереньках и водил зубастую морду между открытыми дверьми. Здоровый, хрен, будто до превращения бодибилдером был, так и пышет силой, но при этом и грацией. А сзади к нему шли еще двое.
От осознания, что это конец, стало как-то легче дышать. Эти не будут ждать, пока я к ним сзади с молотком подкрадусь, тут бегай — не бегай, и ТТ не поможет.
Поток свежего воздуха реально взбодрил, только вот непонятно было, откуда тут взялся сквозняк? Я бросился обратно в библиотеку, слыша, что прыгуны среагировали на шум, захлопнул дверь. Включил фонарик и побежал по периметру комнаты, пытаясь понять, откуда дует.
И аж закричал от радости, когда на полу увидел старую металлическую решетку. Попробовал поднять, крякнул, еще раз попробовал поднять. Зачем-то истерично заржал и подступился еще раз. Ни хрена — решетка, как влитая, даже на миллиметр не сдвинулась. Краем глаза заметил, что на местах, за которые тяну видны маленькие, но яркие салатовые отметины, будто кто-то, не жалея маникюра, так же пытался сдвинуть решетку.
Осознание, что это могла быть сестра, придало мне сил, и вопя от боли в плече, я потянул еще раз. Наконец, смог сдернуть прослойку пыли, которая за годы чуть ли не забетонировала решетку в пол. А дальше, под звуки ломаемой двери, все пошло уже проще.
Я бросил «нокию» в открывшийся темный провал, но ничего и не увидел — телефон разбился и моментально потух. Обернулся, отстреляв магазин в сторону двери и радуясь визгу монстров, сиганул в темноту.
  
Глава 9
 
Пятки обожгло от встречи с каменным полом. Я не видел, куда лечу, и не смог нормально сгруппироваться. Ударился, а потом и завалился, нарушая все техники правильного падения. Но хоть цел и даже руку уберег, а остальное до свадьбы заживет. Над головой раздался звук удара и гневный, в чем-то даже обиженный, рык.
Я достал запасной смартфон и, включив фонарик, высветил дыру, через которую прилетел. Оскаленная морда зомби и когтистая лапа. Уродец втиснулся и застрял. То пытался дотянуться до меня, то выбраться обратно, но нет. Так это не работает, морда пролезла — не значит, что пролезет остальное, а высота тут более двух метров.
Я отполз от возможной траектории лапы, а потом еще на метр для гарантии, и, косясь на монстра, поднялся. Посветил на него фонариком, разглядел те же наросты на клыках, только, как и сами клыки, в несколько раз крупнее, с которых текла мутная слюна.
Еле подавил соблазн, всадить пулю в лоб, но чересчур шуметь в незнакомом темном помещении не хотелось. А пока рычит, может и отгонит кого лишнего. Махнул монстру рукой и повел фонариком вокруг, но не высветил ничего, кроме разбитой «нокии» на полу. Чтобы найти стену, пришлось сделать несколько шагов вперед.