Укрощение тирана (СИ)
Ректор вдруг прыснул и заговорщицки подмигнул ей.
— Ну, что? Тогда, может, по кофейку? Пока там угроза расходится?
— Честно говоря, я бы чем-нибудь покрепче дух перевёл! — Евгений Константинович устало плюхнулся в кресло, — Это какой-то кошмар! Не баба, а бульдозер, точно вам говорю! Как я, вообще, сумел вывернуться?!
— На минуточку, не «сумел», а «спасибо, дорогая и сообразительная Арина Родио-… Тьфу! Арина Владимировна!» — девушка сложила руки на груди, намекая, что ожидает, что профессор повторит благодарность.
— На «спасибо» ты не наработала! — поморщился «Квази», — Она тебе не поверила! Видишь, за нами увязалась!
— То есть, «проси, что хочешь» мимо пролетело, да? Я Вас правильно понимаю??? — девушка подскочила и гневно нависла над профессором, — Что ж… Я думаю, это не последняя подобная ситуация!..
— Намекаешь, что в следующий раз не кинешься своего профессора спасать? — ректор весело расшифровал «угрозу».
— Намекаю, что в следующий раз сами усмиряйте свой взбесившийся Голливуд! С ума сойти! Она ещё и, оказывается, Йоханссон*!
---------
*Скарлетт Йохансон — известная Голливудская актриса.
---------
***
— Я так понимаю, история с помолвкой для отдельных элементов не прокатила? — Владимир Степанович сделал маленький глоток коньяка и откинулся в кресле.
— Поверишь, прям не знаю, что предпринять! — горестно махнул сразу всю стопку закручинившийся приятель, — Впервые со мной такое! На неё же, по-сути, управы нет! Как думаешь, открыто её послать будет совсем неприлично?
— А как ты обычно отбриваешь баб? — Вовке вдруг стало любопытно.
— Да нормально отбриваю! Если это подчинённые — всё элементарно! — стал кипятиться «неотразимый ловелас», — А если кто чужой — открыто шлю лесом! А тут же… вот чёрт! Ваш универ — какая-то зловонная клоака!
— Но-но! Я попросил бы! У нас здесь — свет интеллигенции! — возмутился ректор «клоаки», — Не рыдай! И подотри сопли! — он потянулся к ящику и достал оттуда коричневый пушистый комок с бежевой и белой полоской.
Евгений Константинович с недоумением развернул кривенький волосатый ромбик.
— Офигеть! Да достаточно взглянуть, какие у вас тут приняты носовые платки, чтобы…
— Это шарфик!!! — наконец в беседу вклинилось третье, до сих пор просто молча надирающееся звено, — Кстати, профессор, с Новым годом!..
Опоздравленный мужчина перевёл недоумённый взгляд на громко прыснувшего друга, а тот восторженно закивал:
— Ага-ага! Мне почти такой же подарили!
— Я не понял… это ч-что??? — удивлению профессора не было предела, — Ты, вообще, имеешь представление о значении слова «шарф»? — он снова повернулся к студентке.
— Вы конкретно не определили мне длину. Жёстким требованием была лишь палитра… И вообще… Вы хоть представляете, сколько на свете имеется разных коричневых цветов?! Скажите спасибо, что я оттенок «кожаного седла лошади» не использовала!..
Девушка вдруг осеклась, на чём-то мысленно сосредоточившись, а потом, залпом опрокинув в себя рюмку и закусив всё тем же отвратительно смердящим сырком, развязно хрюкнула:
— Из «седла», я, пожалуй, свяжу шарфик одному моему знакомому рысаку! Она, видимо, из-за отсутствия сбруи такая вся… необъезженная!
Мужчины переглянулись, дескать, о чём это она? А потом оглушительно заржали — Елена Сильвестровна, действительно, отдалённо напоминала буйно-помешанную лошадь!..
ГЛАВА 15
— А вообще, знаете… неплохой сыр! — девушка, освобождаясь от комплексов, расслабленно закинула ногу на ногу и положила на язык очередной кусочек овечьего сыра, — Я прям начинаю уже привыкать к этой тошнотворной вони.
— Вот-вот! Ещё пара таких пятниц, и сможешь гурманом стать! — довольно закивал Владимир Степанович, — Я обожаю сыры, — а потом, взглянув на друга, который приуныл, потому что из закуски был только тонко нарезанный копчёный сыр, покровительственно добавил, — Женечка, а тебе что, не нравится мой оштьепок*!
Арина от неожиданности прыснула, оросив коньячно-оштьепковым коктейлем по-домашнему расстёгнутый пиджак сразу надувшейся «Женечки».
— У меня идея!!! Давайте переиграем и «Квазимодо» заменим на «оштьепок»! По-моему, очень органично приживётся!
— Намекаешь, что Женечка у нас — на гурмана? — похоже Вовка решил с почтением подойти к прозвучавшему предложению.
— Я конечно, больше обонятельное имела в виду, но Ваше замечание звучит утончённо-изысканно!
— Офигеть! Кроме того, что от меня, оказывается, шмонит, теперь я уже и официально… на гурмана? — разобиделся впечатлительный Оштьепок, — в следующую пятницу принесу лука с селёдкой!
— Если мы сегодня достигнем уже привычный нам предел, то к следующей пятнице как раз только водка и останется! — расплылся в довольной улыбке овечий гурман, — Так что закуска будет — в самую тему!
— Не понимаю, вы что? Каждую пятницу тут бухаете в тайне от секретарши? — Арина икнула, хрюкнула и теперь уже с удовольствием запихнула в рот новый кусочек сыра.
— Почему это, в тайне? Аннушка обо мне знает всё! — не без гордости заметил ректор.
— Ваша «Аннушка» думает, что мы просто смотрим, а Вы пьёте один… Ну, судя по тому, с каким обожанием она на Вашего приятеля смотрит… И потом… Вы знаете, что она уверена, что я с Вами, извините, сплю? Причём, судя по её логике, на глазах у ничем не замаранного Евгения Константиновича!
— Так давайте её разубедим! — засуетился ректор и, ткнув в нужную кнопку, проорал, — Аннушка! Нам, кажется, не хватает новизны! Не хочешь к нам присоединиться?!
Наверное, Арина, всё же начала вырабатывать иммунитет к крепкому алкоголю, потому что, несмотря на уже изрядно принятое на грудь, даже она сообразила, насколько двусмысленно прозвучало это игривое предложение.
На том конце селекторной связи послышался неопределимый, но очень громкий и явно недружественный звук, а потом в кабинет ректора влетела гневная секретарша.
— Ну, знаете, Владимир Степанович!!! — начала свою возмущённую тираду она, а потом, резко на секунду замолчав, поразилась, — Вы что тут? Просто пьёте???
Похоже, самым трезвым в этой развратной толпе был, всё-таки, наименее остроумный господин.
Потому что сразу сообразив, что именно здесь пошло не так, Евгений Константинович согнулся пополам, немного порыдал, а потом, спохватившись, придвинул новому члену пятничного клуба стул, усиленно промокая глаза «шарфиком».
— Ой, так неожиданно! — пропела новый член, — Я даже не собиралась… Ох, сначала пойду схожу двери запру. Чтобы нам тут не помешали.
— Сидите-сидите! — остановила её Арина, — Среди нас, к счастью, есть джентльмен! — она, чуть наклонившись к профессору, развязно похлопала того по коленке, — Женечка, чего расселся?! Метнись! Видишь, среди нас есть «присутствующие здесь дамы»…
— За-ме-ча-тельный тост! — снова вскочил Вовка и, безуспешно поискав глазами четвёртую рюмку, вложил Аннушке в руки гранёный стакан, — Ну, милая, на брудершафт штарфную!..
---------
*Оштьепок — овечий копчёный сыр
---------
***
— Вы издеваетесь! — это прозвучал вовсе не вопрос, а возмущённая констатация факта.
Распахнувшая дверь Елизавета, застыла на пороге их с подружкой комнаты и поискала глазами вторую мужскую фигуру.
— Володька сейчас Аннушку понёс, — отвечая на её немой вопрос, прокряхтел Евгений Константинович, — Во всяком случае, надеюсь, что он таки смог её от земли оторвать… Хотя, конечно, я о-о-очень не уверен…
— Вы сюда ещё и Аннушку свою принесли? — пропуская гостей, Лиза отошла чуть в сторону и теперь уже окончательно высунулась в коридор, — Пока никого не видно…
Она сбегала к лестнице, чтобы взглянуть, не показался ли там их ректор. Стрёмно было как-то афишировать такую странноватую традицию педсостава университета — по пятницам спаивать студенток, а потом их по комнатам разносить.
Не дай Бог, кто увидит! Конечно, свидетель не сможет всё правильно понять, увидев на ступенях общаги пьяного в дрова ректора. Да ещё и с какой-то Аннушкой, как с портупеей, через плечо. К тому же, Аннушка, судя по намёкам профессора, была далека от габаритов мини-бандероли!