Морозко или тот ещё подарочек (СИ)

─ Я сказала, что не буду! ─ вонзив свои ногти ему в руку, как кошка, выкрикнула я, заметно удивив мужчину, но что-то в нём неуловимо изменилось всего за долю секунды.
Он покачнулся, упёрся рукой в стену над моей головой и зажмурился, словно от боли, тут же прижимая пальцы к виску, а я наконец-то была свободна, ожидая, как минимум пощёчины. Но в следующий миг Дар открыл глаза, и на меня обратился совершенно растерянный взгляд напуганного человека, который совсем не понимал, что происходит.
─ Я… Что я сделал с тобой? ─ будто испытывая нестерпимые мучения, прохрипел он, опуская взгляд ниже и заставляя меня всерьёз обеспокоиться за его ментальное здоровье.
Серьёзно?
Я взглянула на него насторожённо, не понимая, это новая игра или он на самом деле не в порядке, но притворством тут и не пахло. Похоже, у Дара имелись нешуточные проблемы, и я оказалась настолько счастливицей по жизни, что именно мне довелось с ними столкнуться.
─ Прости, ─ почти в панике залепетал он, пряча свою… дубинку и совсем перестав быть похожим на прежнюю версию себя, а потом стащил рубашку и накинул мне на плечи, даже умудрившись просунуть мои руки в рукава и кое-как застегнуть пуговицы. ─ Я не знаю, что произошло, но прошу прощения. Малышка, ты слышишь? Поговори со мной…
Я готова была расхохотаться, не представляя, чего ещё ждать от этого мужчины, сейчас выглядевшего так трогательно, что любая бы дрогнула, глядя на эти бровки домиком — такое же даже если захочешь, не сыграешь.
─ Я пойду, пожалуй. Время позднее, спать пора… ─ даже нашла в себе силы подняться, хоть ноги и дрожали, но была остановлена.
─ Я отнесу — пол же холодный! ─ быстро нашёлся он, и, не дав мне даже мяукнуть, поднял на руки, неся на второй этаж. ─ Показывай комнату.
Ничего не оставалось, кроме как просто указать на свою спальню — в ту, где случилось наше слишком тесное общение, я не хотела, потому и возжелала уединения. Но куда там… Дар решил, что он зорко проследит за тем, как я укладываюсь, а убедившись, что одеяло надёжно скрывает все мои части тела, кроме головы, ещё и подоткнул его, как ребёнку, и только после этого поинтересовался:
─ Это… прости, но как твоё имя?
Неловко запустив пальцы в свои волосы, он посмотрел на меня самыми несчастными глазами, и мне с трудом удалось сохранить бесстрастное выражение лица — просто истерика подступала, а когда в доме уже двое сумасшедших, это не есть хорошо.
─ Настя. Ты — Дар. Я нашла тебя в лесу без памяти. Это всё, что я знаю. ─ И, возможно, ты убил пару-тройку человек, но это уже мелочи.
Словно прочитав мои мысли, мужчина посмотрел на свои руки с засохшими багровыми разводами, непритворно вздрогнул, и его губы скривились так, словно он собирался выругаться, но сдержался.
─ Можешь согреть воду на кухне — там и вымоешь их, ─ сказала, чтобы этот остекленевший взгляд, пугающий до чёртиков исчез. ─ Заодно проверь, заперты ли двери. ─ Ибо новых гостей я ждать не хочу.
Он сосредоточенно кивнул, а затем, не глядя на меня, вышел с опущенной головой, как провинившийся ребёнок, позволяя мне выдохнуть. Как удалось сохранить самообладание, не знаю, но видно правы были те, кто звал меня ледышкой — моя психика порой поражала даже меня саму…
Прислушиваясь к звукам, изредка доносящимся снизу, я не заметила, как на меня подло напал сон. В последнее время я не могла уснуть сразу, но тут просто вырубило, погружая тело и разум в нирвану, так что последние события просто перестали иметь значение. Ничто не могло помешать мне предаться порочной связи с подушкой и одеялом!
Правда, спустя какое-то время в мои чудесные сновидения о море и безлюдном пляже ворвались чьи-то прикосновения, но они казались мне частью красивой картинки, какую нарисовал уставший от всего разум. Кажется, меня крепко обнимали сильные руки, шепча что-то, несомненно, важное, и этот голос приятными мурашками разбегался по телу.
─ Спи, малышка… ─ сказал кто-то, задев губами ухо. ─ Не знаю, кто ты, но спасибо. Ты не представляешь, как помогла, и за это я тебе отплачу.
 
Наверное, стоило испугаться, но был ли смысл, если мне нравились его объятия? Так надёжно и защищённо я себя никогда не чувствовала, и это был самый лучший сон, пожалуй, за всю мою жизнь. Нет, обладатель чудодейственного голоса может говорить, что угодно — только пусть обнимать не перестаёт…
─ Что ты больше всего хочешь на завтрак, снежная?
─ Пирожки с грибами, ─ на автомате ответила я.
Бабуля всегда будила меня этим вопросом, и спросонья я забыла, что её больше нет, а то, что пожилая женщина слегка басит, так это ничего — она в своё время покуривала не самый качественный табак и много орала на деда.
─ Не вопрос, малыш, ─ ответили мне, звонко чмокнув в глаз. Нехорошо это, к расставанию же…
И только когда до мозга дошло, что моя старушка давно не в этом мире, а чьи-то руки поглаживают по голым ягодицам, глаза резко распахнулись,
─ С добрым утром, Настенька, ─ улыбнулся мне Дар. Улыбнулся! Искренне! Что?
─ П-привет, ─ поздоровалась я, стараясь как можно дальше от него отодвинуться, и он слегка нахмурился, отметив мои телодвижения.
─ Ты пока лежи, а я там на кухне всё закончу, ─ сообщил он, подмигнув, и я просто выпала от этих внезапных перемен.
Очень хотелось спросить, что конкретно там заканчивать, кроме расчленёнки, но вовремя прикусила язык, провожая взглядом его фигуру. Я имела дело со странным типом, и его поведение ошеломляло в самом жутком смысле этого слова. Когда мне снова ждать изменений? Или это у него связано с лунными циклами и переменами погоды? Вон, вроде как раз метель разыгралась…
─ Зря я, наверное, сюда приехала, ─ произнесла, поднимаясь с кровати и уже продумывая новый план побега.
Рубашка по-прежнему была на мне, что несколько обнадёживало — значит, раздеть снова меня не пытались. Легче мне от этого, разумеется, не стало, а вот запахи, доносившиеся с кухни и уже наполнившие дом, заинтриговали, и, желая скорее утолить своё не в меру разыгравшееся любопытство, я быстро вытащила из сумки первые попавшиеся вещи.
Ледяная вода в ванной помогла проснуться окончательно, и вскоре я спустилась вниз, а едва вошла на кухню, застала весьма и весьма любопытную картину. Дар накрывал на стол, будучи одетым только в дедушкины штаны и бабушкин фартук, порхая около печи, в то время как еды только прибавлялось, а те самые, заказанные мной пирожки уже манили румяными боками, высясь над всеми остальными яствами.
─ Ты это всё приготовил… кому? ─ осматривая богатства, которых у меня точно не было, спросила я, вспоминая ёлку, которая уже украшала комнату — оставалось только игрушки повесить.
На меня посмотрели, словно на неразумную, а потом подвинули стул, как для леди, приглашая присесть. Ну я и присела.
─ А что, в доме кто-то ещё есть? Знаешь, кроме домового, прячущегося от меня по углам, я никого больше не заметил, малыш.
Взгляд сам собой забегал по кухне, и почему-то снова захотелось глотнуть дедовского самогона, а лучше закурить папироску. Ну так, спокойствия для.
─ Ты ведь сейчас пошутил, да?
Озадаченная пауза, и мне опять обезоруживающе улыбнулись.
─ Конечно, Настенька. Разве ж стал бы я серьёзно тебе такое говорить?
Да кто тебя знает…
Я потянулась к пирожку, вгрызаясь в его плоть, как дикое животное, и Дар присел напротив, глядя на меня так умилительно, словно накормить меня было его важнейшей миссией.
─ Вкусно?
─ Мхм… ─ кивнула, и мне наполнили чашку.
Запах малины сразу проник в нос, вызывая чувство небывалой ностальгии, но хоть я совсем не понимала, в какую задницу умудрилась угодить, вся эта забота почему-то не выглядела подозрительной. Я даже ненадолго расслабилась, рассудив, что пока ничего криминального не произошло.
Зря…
В дверь внезапно постучали, и я первой подорвалась с места, по-прежнему не желая, чтобы этого человека видели рядом со мной. Дар только бровью дёрнул, позволяя мне выйти из-за стола, и никак не препятствовал, а я воспользовалась этим его спокойствием.