Деревенский чернокнижник (СИ)
— Может, завершишь свою тираду у меня дома? — недовольно проворчал Шечерун. — Там стоит бочонок с пивом и немного вчерашней свинины. На мой взгляд, столь пафосные речи лучше произносить только после хорошего ужина и обильного возлияния. А если честно, прости, но твои слова выглядят попыткой оправдаться за допущенную неудачу.
— Боюсь, ты прав, — слегка смутился Ринуальд. — Ну, коль ты зовёшь меня в гости, я с радостью воспользуюсь твоим приглашением. Тем более есть очень хочется, ведь большую часть наших походных припасов сожрали голодные демоны.
* * *Свинина оказалась достаточно сытной, а пиво умеренно крепким, чтобы кладоискатели смогли, наконец, расслабиться и перейти к обсуждению вопроса, который волновал их последние три часа. Шечерун был погружен в глубокую задумчивость, поэтому Ринуальд откинулся на стуле, завёл руки за голову и пробормотал под нос:
— А всё-таки кто же смог нас опередить?
— Извини, но я не медиум, поэтому ничего конкретного на этот счёт не скажу.
— Да, я понимаю. Просто думаю, существует ли возможность вычислить этого счастливчика?
— И как ты его вычислишь? Хоть представляешь, сколько уже времени прошло?
— Если ориентироваться на монету, то около пяти лет. Странно, кстати, что её там обронили. Смахивает на издёвку.
— Нет, думаю, срок гораздо меньший, — произнёс чародей, слегка нахмурившись. — На дне ямы лежало несколько травинок, уже порядочно истлевших. На уроках некромантии нас учили определять древность предмета по степени разложения. Трава это, конечно, не останки покойника, но полученные знания можно применить и к ней. По моим прикидкам, тайник был вскрыт примерно три года назад. Ну, а учитывая, что я живу здесь около полутора лет, то, боюсь, ничего не смогу сказать по данному вопросу. Лично мне ничего не говорили о том, что кто-то когда-то сумел найти сокровищницу и враз разбогатеть. А что касается найденной монеты, никакой издёвки здесь нет. Существует же обычай после значительной находки или прибавления жертвовать месту приобретения какую-либо мелочь, имеющуюся при себе, просто бросая её на землю. Видимо, и в этом случае имел место данный ритуал. Впрочем, эти догадки ничуть не приближают нас к цели. Ты ведь тоже ничего не слышал о внезапно разбогатевших?
— Я живу здесь уже достаточно давно, но подобные слухи не доходили и до меня. А мои ребята старательно отслеживают любую информацию, связанную с большими деньгами.
— Отсюда можно сделать следующие выводы. Либо тот, кто заполучил сокровища Гарамокла, так и не смог ими распорядиться и перепрятал в другом месте. Либо нашедший и без того был очень богат, и лишние деньги никак не сказались на его состоянии. Ну, или тот, кто обнаружил клад, родом не из этих краёв и, обретя искомое, поспешил вернуться домой.
— Независимо от того, какой вариант имел место быть, мы всё равно ничего сделать не можем, — усталым голосом проговорил разбойник. — Остаётся лишь сдаться и всё забыть.
— Я могу поговорить со старостой, — предложил Шечерун, который, несмотря на его задумчивый вид, явно пока не потерял надежду. — Он просто эксперт по части сбора слухов. Есть ещё, конечно, Атим Стат, но его лучше не трогать, растреплет так, что потом вся страна над нами потешаться будет.
Именно в этот момент с улицы донёсся какой-то шум. Чародей повернулся в сторону окна и, усмехнувшись, произнёс:
— Похоже, боги решили нам подсобить. Стоило только упомянуть Жмыха, а он уже здесь.
Через пару секунд староста с интересом заглянул внутрь дома. Правда, его лицо резко вытянулось, едва он увидел Ринуальда, которого явно знал. Но, похоже, дело, с которым пришёл старый Жмых, было настолько важным, что он решил потерпеть общество известного разбойника.
— Прошу прощения, но раз ты уже вернулся, может, поможешь? А то вопрос как раз по твоей части!
— Что, неужели нечисть опять взбунтовалась? — искренне удивился чародей.
— Нет, с этим пока всё тихо. Проблема в магистре Рыжоуглане. Он тут собирается посетить восточные поля, а там бегают огненные волки. Ну, помнишь, которых ты призвал, чтобы отгоняли ворон и разных грызунов. Но мне кажется, что магистр Рыжоуглан останется не очень доволен, если увидит такое, вот я и решил попросить тебя хоть на время огненных волков убрать.
— Всего-то, — фыркнул Шечерун. — Я тебе сейчас дам управляющий свисток. Если свистнешь один раз, волки спрячутся в лесу, а если два раза, вновь вернутся к патрулированию. Сейчас только вспомню, куда я его убрал.
С последними словами маг подошёл к массивному, явно древнему сундуку, стоявшему в углу. Крышка противно скрипнула, а пара дощечек, которыми он был оббит, резво отскочила на пол. Чародей выругался под нос, но поиски свистка продолжил. Пока Шечерун копошился в сундуке, Ринуальд решил не тратить время и тут же на скорую руку расспросить так удачно заглянувшего на огонёк старосту.
— Скажи-ка нам, старик, ты действительно знаешь обо всём, что случалось в округе за последние годы?
— Память у меня уже не та, — недовольно поморщился Жмых, которому явно претило общение с атаманом. — Многое позабыл за давностью лет.
— Давность лет нам не нужна. Что было три года назад, помнишь?
— А что там было такого? Разве что налоги в очередной раз увеличили, да саранча нас краем зацепила.
— Ринуальд, не мучай человека, я сам с ним поговорю, — Шечерун поспешил прервать начинающийся допрос. — Лучше помоги мне сундук закрыть, а то разваливается на глазах.
— Да без проблем.
Разбойник с грустью посмотрел на старосту, уже успевшего натянуть на себя личину старческого слабоумия, и нехотя подошёл к чародею. Подобрав одну из отлетевших деревяшек, Ринуальд попытался пристроить её на место, но тут же нахмурился.
— Постой, а что значат эти символы? — спросил атаман, ткнув пальцами в слой внутренней обивки, по которой шла вязь рун.
— Сторожевые руны, причём давно вышедшие из употребления. Лет эдак пятьдесят назад.
— Пятьдесят, говоришь, — задумчиво пробормотал Ринуальд, а затем рывком извлёк из кармана уже изрядно помятую карту. — Смотри, тут по краю идёт цепочка точно таких же рун. Никто их мне расшифровать не смог. Я позвать-то тебя решил, поскольку подозревал, что это некое сторожевое заклятие.
— Нет, это обычный наговор от магического вторжения, — ответил Шечерун, лениво скользнув взглядом по карте, после чего нахмуренно посмотрел на сундук. — Впрочем, знаешь, как-то всё странно. Этот атрибут мебели достался мне от покойной предшественницы. И вот только сейчас до меня дошло, что не мог дорогущий сундук явно столичной работы просто так оказаться в жилье обычной сельской травницы. Поэтому, — обратился чародей уже к старосте. — Меня очень заинтересовало, когда же именно он тут появился?
— Так года три назад и появился, — поспешил ответить Жмых, тревожно поёжившись под взглядом мага. — Как я помню, старая Бельда ездила в Винную Долину за какими-то настоями, а вернулась с этим сундуком. Я ещё тогда пошутил, что раз её на обновки потянуло, значит, решила подольше на этом свете задержаться. А она всё глупо хихикала и выставляла меня из дома.
— И было это, скорее всего, весной?
— Да, как раз весной, точно! Я в тот год по весне дочку замуж выдавал, а Бельда перед свадьбой и уезжала.
— И как ты догадался? — поинтересовался у чародея удивлённый Ринуальд.
— В окрестностях той сосны растёт рыжуха. Растение очень ценное и редкое, даже на том острове я больше нигде его не видел. А эту траву надо рвать только весной, — произнёс Шечерун и задумчиво посмотрел на сундук. — Тогда всё складывается. Дорога на Винную Долину проходит именно вдоль Изильмарских болот, и старая травница не могла упустить возможности заодно пополнить запас лекарственных растений. Скорее всего, она споткнулась об плиту, обратила внимание, что там что-то не так и сдвинула её.
— Но сундук же тяжёлый.
— Мне рассказывали про старушек, которые ходили на костылях, но в случае чего этими костылями переламывали спину боевому слону в полном военном облачении. Так что, думаю, и наша травница сумела вытащить сокровище, хотя изрядно повозилась. Судя по царапинам на полу ямы, сундук действительно долго двигали туда-сюда.