Деревенский чернокнижник (СИ)
* * *— Самое главное — держать Ринуальда подальше от этой чокнутой, — раз за разом повторял Шечерун. — Ты же представляешь, что она может с ним сотворить?
— После того, как ты сделал его одержимым демоном, очень хорошо представляю, — в тон ему пробормотал Жмых. — Я не люблю этого разбойника, но пытки и смерть на костре — это слишком даже для него. Да боюсь, и тебе тогда достанется…
— Нет, ты не понял, демон — это мелочь, — перебил старосту чернокнижник. — Проблема в том, что раньше Ринуальд был членом ордена Белого Огня, и я немного слышал о том, как они поступают с отступниками. А уж для отступников, осмелившихся прикрывать свои грязные делишки именем ордена, они придумают настолько лютую казнь, что Троллью Напасть потом ещё несколько веков будут вспоминать только в связи с данным событием.
— Ладно, ты меня убедил. Отправлю сыновей, чтобы нашли Ринуальда и попросили держаться от деревни подальше. Тогда нужно и Мрахилее срочно передать, чтобы тоже не высовывалась. А то кто знает, какие отношения у паладинов с суккубами?
— С ней я сам поговорю, — согласился Шечерун. — Уж слишком у неё специфичный взгляд на мир. Вдруг захочет посмотреть на этих паладинов поближе.
— Кстати, я тут просил Масхурпала проследить за ними, — в голосе старосты послышались нотки беспокойства. — И вон он мчится к нам со всех ног.
Ученик чародея действительно подбежал очень быстро, явно стремясь поскорее донести важные сведения. И в сложившейся ситуации хороших новостей уже никто не ждал.
— Учитель, — пробормотал запыхавшийся Масхурпал. — Паладины поставили свои шатры, и к ним только что пришёл Атим Стат.
— Проклятие, — простонал Жмых. — Этот балагур и бездельник ради новых ушей разболтает всё, что нужно и не нужно.
— Бежим к паладинам, — моментально среагировал Шечерун. — Быть может, у нас ещё есть время, чтобы остановить Атима.
То, что времени не осталось, они поняли спустя две минуты, едва перешагнув порог шатра. Главный балагур и сплетник деревни сидел за столом напротив Энейлы и с живым интересом пересказывал ей всё, что у него накопилось за последнее время. Магу и старосте, остановленным охраной на полпути, оставалось лишь беспомощно наблюдать за тем, как инквизиторша узнаёт самые сокровенные тайны деревни.
— Да, мне многое известно, — вальяжно рассуждал Атим. — Вот, к примеру, Арлам Далеф. Казалось бы, самый обычный дровосек, однако призывал демонов, чтобы те вырубили для него лес. А Бурхом Ждос, наш плотник, заверял всех, что построил мост за одну ночь. Но все-то знают, что он приносил жертвы тёмным силам, чтобы получить их помощь. А наш кузнец Ларвал Сингорон мастер, конечно, хороший, но что Вы скажете на то, что к нему в кузню приходят огненные драконы и работают за него?
— Если мы выживем, — пробормотал Шечерун, слушая болтовню сплетника. — Я собственноручно прибью этого гада и сделаю из него зомби.
— А я попрошу сыновей подержать его тело во время твоего обряда, — в тон ему ответил староста, с ужасом наблюдая за тем, как Энейла продолжает задавать вопросы.
— Это всё очень серьезные обвинения, — проговорила женщина. — Вы можете предоставить доказательства своих слов?
— А что там доказывать? — радостно отозвался сплетник. — Вон Кадим Гар, наш строитель, давно уже продал душу тёмным силам. Вот Вы в курсе, что он призвал суккубу для того, чтобы она строила ему дома?
— Суккуба для строительства домов? — задумчиво пробормотала Энейла. — Это весьма тяжкое обвинение.
— Да-да, все деревенские знают, что дни и ночи на стройке он проводит с ней, а его жена думает, что он просто работает.
— Это всё, что Вы хотели нам сказать?
— Нет, — радостно ответил Атим. — Наш староста недавно дочку замуж выдал. Так вот, представляете, жениха ей он нашёл с помощью чёрной магии. Я сам слышал, что ему пришлось джинна призывать, чтобы он своими чарами зятька приманил.
— Это очень полезные сведения, — пробормотала инквизиторша. — Мы непременно учтём их в нашем расследовании. А пока, если Вы не против, нам необходимо вернуться к нашим делам.
— Если что, Вы знаете, где меня найти, — в голосе сплетника слышались неподдельные нотки радости. — Я всегда сижу у главного входа в «Радужного Кота», и там Вы можете…
— Да-да, я всё знаю.
Энейла махнула рукой, и её помощники быстро выдворили Атима Стата за пределы шатра. Женщина нахмуренно посмотрела ему вслед, после чего перевела взгляд на новых гостей и вдруг гневно воскликнула:
— Как же мне надоели все эти выдумщики и сказочники!
— В смысле? — ошарашенно пробормотал Шечерун. — Это вы в адрес Атима?
— Ну, вы же слышали этот бред?! Суккуба строит дома, а кузнец призывает драконов, чтобы те ковали ему инструменты! Похоже, у кого-то очень хорошая фантазия и слишком много свободного времени. Я думала, что такое можно встретить только в городах, но теперь убедилась, что и провинция может порадовать подобными личностями. Кстати, касаемо моего расследования. Вы ничего не обнаружили?
— Пока абсолютная тишина, — поспешил отрапортовать староста. — Я уверен, что сведения, полученные вами, не соответствуют реальности, поэтому…
Но он не успел договорить, так как в шатёр ворвался ещё один из людей Энайлы и прервал главу деревни:
— На юго-западе замечены клубы дыма. Я опросил местных, но никто из них не может ничего сказать об его источнике.
— Наверняка это просто кто-то из лесорубов, — вмешался Шечерун.
— Там и леса-то нет нормального, — перебил его Жмых. — Один кустарник. Я даже не знаю, что там может гореть. Наверняка дети забрались в глушь и развели костёр.
— Три года назад, — ледяным голосом начала Энейла. — Мне донесли, что в одном из парков на окраине столицы постоянно жгут костры. Меня заверяли, что это балуются дети или пытаются согреться бездомные, но наперекор всем я собрала отряд и направилась в указанное место. И там я обнаружила массовое жертвоприношение. Чтобы призвать демона, в обряде собирались использовать пятерых девственниц и два десятка детей. Так что я не могу оставить без внимания происходящее сейчас. Мы должны выдвинуться и проверить, что же именно творится в этом лесу.
Жмых и Шечерун мучительно застонали от осознания того факта, что им предстоит небольшое путешествие сквозь заторы и буреломы. И самое обидное, что у них не было ни единой возможности избежать этого похода.
* * *— Ну, и что у нас тут такое? — пробормотал староста, глядя на дымящийся пень. — Что тут может гореть?
Подожжённая коряга располагалась в глубине оврага, отвесные стены которого очень быстро отбивали желание спускаться для изучения подробностей. Лишь Энейла и один из её подручных смело бросились вниз, но вместо долгожданного сражения их, видимо, ждало очередное доскональное исследование проблемы.
— Похоже на огневика, — пробормотал под нос Шечерун. — Рандуль или, быть может, харзука. Хотя последнее, на мой взгляд, маловероятно.
— А если понятным языком?
— Мелкие разновидности нечисти, неким образом связанные с огнём. Огневикам нужно тепло для размножения, вот они и разводят костры у себя в гнёздах. Правда, обычно стараются контролировать пламя, сводя его к медленному тлению. Но иногда, когда огневиков становится очень-очень много и им, соответственно, требуется больше жара, пламя может выходить из-под контроля. Вот и здесь, думаю, как раз подобная ситуация.
— Ага, значит, зря мы десять лет назад ругали наших пастухов за непотушенные костры. Они-то, бедняги, нам доказывали, что водой залили и землёй забросали, а мы на них рычали, поскольку лес сильно выгорел и даже окраинам деревни досталось.
— Вы просто не знали про огневиков, — произнёс Шечерун. — Тем более что они тут нечастые гости, обитают дальше к северу. Но, похоже, именно не вовремя сгоревшее гнездо огневиков заставило нас прогуляться. Но это даже хорошо, пусть эта чокнутая хотя бы на время забудет про нас.
— Она, кстати, уже возвращается, видимо, поняла, что ошиблась.