Академия Нави. Лучше стыдно, чем никогда! (СИ)
- То есть, я умерла? – спросила я, чувствуя, что от одной этой мысли мне уже холодно. – И это правда? Это – не шутка и не розыгрыш? Но я чувствую себя живой! И … Прости! У меня в голове не укладывается!
Я спрятала лицо в руках, пытаясь хоть как-то объяснить себе происходящее.
- Ты стала нечистью. Где-то между жизнью и смертью, - Сирин посмотрела на меня очень внимательно.
Я чувствовала, как по телу растекается что-то такое светлое, прекрасное, спокойное. Такое ощущение, словно я вышла из ванной и завернулась в пуховое одеяло.
- Ты могла бы скитаться по тому озеру, бесплотным призраком. Одинокая и несчастная. Куда бы ни шла, все к проклятому озеру возвращалась бы, - голос Сирин стал густым, тягучим, словно карамель. – А потом бы одичала. Озверела бы. От одиночества. И сама бы людей в озеро заманивала, чтобы утопить. В надежде, что не одна будешь… Что кто-то еще станет призраком, как и ты…
- Да но… - хотела поспорить я, не сводя взгляда с птицы. Она уже не просто говорила. Сирин пропевала слова так, убаюкивая мои страхи. – Впрочем, неважно… Хотя…
И тут я дернулась, словно приходя в себя. Не то, чтобы я окончательно пришла в себя. Скорее, просто одна мысль оказалась настолько важной, что заставила меня снова потревожиться. Дремотный туман вокруг снова стал темным лесом. Я мотнула головой, не в силах отвести взгляд от странных, горящих, как самоцветы глаз Сирин.
- Ты сказала, что Смерть ходит рядом? – спросила я, видя мрачноватый сырой лес вокруг.
- Смерть взяла твой след, - пропела Сирин, пока я чувствовала себя, словно во время корпоратива на старой работе. Весь корпоратив мне казалось, что я веду себя целомудренно и скромно. А на утро выяснилось, что был тройничок. Так начальница отдела называла удлинитель, от которого запитывался компьютер, кондиционер и еще восемь компьютеров. В силу возраста она не вкладывала в это слово тот самый смысл, от которого краснеют даже дорвавшиеся до прелестей взрослой жизни студенты.
Я каким-то чудом уронила на него кулер с водой, вызвала короткое замыкание. Тем самым я переплюнула даже Машу, которая решила соблазнить генерального директора танцем, в силу опьянения, перешедшего в брейк-данс на каблуках.
- Смерть взяла мой след? – удивилась я, едва не хихикнув. Почему-то сейчас это начинало казаться забавным. И вовсе не страшным.
Я хотела сказать что-то еще, но мысли превратились в карамель. Меня окутывала песня, от которой сладко сжималось сердце. Это какие –то … как его… или как их… Слово забыла! Представляете?
Внезапно Сирин вспорхнула, звеня украшениями
- Прощай, - послышался голос Сирин. – Я вестница страшной судьбы…И часто являюсь перед тем, как кто-то найдет свой конец! Обернись!
Огромные крылья прошелестели. И ветка опустела, словно и не бывало ее.
Я стояла, пошатываясь, словно только что в одно прекрасное личико употребило половину магазина со спиртным. Соображала я медленно! Такое чувство, словно мысли устроили конкурс улиток. И теперь все зависит, кто быстрее доползет.
- Так! И где мой конец? – задала я вопрос, покачнувшись на ногах. Я отчетливо слышала шорох за спиной. Обернувшись, я увидела, как кто-то затаился в темноте. И внимательно смотрит на меня. Я видела лишь смутный силуэт. И ощущала чей-то пристальный взгляд.
Мне показалось, что мне море по колено. Если море по колено, то остальное вообще чуть ниже пояса. Не трезвые женщины могут все. Но некоторых успевают остановить. Я не чувствовала ни страха, ни леденящего ужаса, холодными пальцами гладящего меня по спине в такие моменты.
- Ааа, вот и мой конец! А не про тебя ли эта фраза: «Отбросить концы!». Может, из сказки какой-то.. Змий отбросил концы. Звучит, - философски протянула я, понимая, что там точно Змий! - Извини, но у меня сейчас голова болит! Понимаешь? Или не понимаешь? Когда у женщины болит голова, это означает, что Амур промахнулся, и попал стрелой не в сердце, а в голову. Так максимум на что я способна, так это притвориться дохлой.
Ответом мне была тишина.
- Слышишь! Ты что обиделся?
Я обнаглела до такой степени, что могла смело сказать невесте, что это не фото медленно сохраняется. Это ее потекший макияж и развалившаяся прическа долго поправляется!
- У меня сегодня критические… ! – продолжила я, пытаясь отсрочить безвременную кончину. – Годы! Да, годы! Ты заходи через пару лет, когда кончатся…Нет, конечно, ты симпатичный, и все такое… Любоваться тобою, да… Ой, а давай любовь у нас с тобой будет платоническая! Ты знаешь, что такое «платоническая» любовь? Нет? Сейчас расскажу!
Я набрала воздуха в грудь и мысленно попросила землю не вертеться так быстро. А то меня что-то куда-то уносит!
- Платонические отношения – от слова «платить» и «ничего». Мужчина платит. А девушка ему ничего! Плато- Нические! – ответила я сама себе, чувствуя, как во мне проснулся философ. Говорят, греческий философ Диоген жил в бочке. Но не уточняли, что вероятно, он сам ее и выпил!
Силуэт не шелохнулся. Я прищурилась, умоляя мишек, которые трутся спинами о земную ось тереться не так быстро. А то меня уже уносят в звенящую снежную даль три белых коня. Ой!
- Ладно! – закатила я глаза, тяжко вздыхая. – Так и быть! Прости за пощечину! Просто руки распускать не надо! А то еще чуть –чуть и… Ну ты же сам понимаешь, что это были чары! Ой! Ой-е-ей!
Я с трудом удержала равновесие, размахивая руками. Силуэт пошевелился и стал бесшумно красться.
- Нет, конечно, ты мне нравишься, - созналась я, тут же прикрывая рот ладошкой. – Но у меня и так в жизнь разочарований хватает! Одна квитанция за вывоз мусора чего стоит! И крем, который рекламировали из каждого утюга. Так что давай не будем! Я сегодня не в настроении умирать.
Внезапно я вздохнула, от чего-то ужасно расстраиваясь.
- Просто… Просто… Ну как бы тебе это сказать? Я не верю в то, что ты меня, и правда, так сильно любишь! Мне кажется, что ты просто решил добиться меня любой ценой! Вот и все! Ну это что-то вроде … крепости, которая сдалась! Только вместо флага на ней женские панталоны болтаются! – продолжала я, чувствуя, что меня все еще несет по невидимым рельсам откровений.
Только сейчас я начала понимать, почему после моего дня рождения со мной многие перестали здороваться. Тень резко исчезла, заставив меня уставиться на то место, где она только что была. Как вдруг я увидела ее возле другого дерева. Еще ближе.
- Ты что? Обиделся? – вздохнула я, понимая, что соображался ушла в отпуск. – И поэтому молчишь? Да? Ну хорошо!
К меня сейчас такое чувство, что я нашла огромные залежи наглости.
- Хорошо! Тогда я на тебя тоже обижусь! А за что не скажу! – ответила я, чувствуя какую-то безмятежную легкость.
И тут позади меня послышался треск веток. Я обернуться не успела, как меня схватили за плечи. По принципу «лучше подло, чем никогда», меня сгребли в охапку, прижав к себе до хруста косточек.
- Сердце мое, я не говорю о том, что долг нагишом красен, - послышался голос Змий, пока я не верила своим глазам. – Если бы ты знала, что мне хочется с тобой сделать за ту пощечину, то наверняка бы уже начала плакать и раздеваться.
Он прижимал меня к себе так, словно в его учебнике биологии была вырвана страница с важным параграфом: «Женщины тоже дышат. Им тоже нужен кислород».
- П-п-погоди, - замешкалась я, поглядывая на лицо Змия. Он! Точно он!
Тогда кто там? Я снова бросила взгляд на дерево, возле которого стояла таинственная тень и … никого не увидела.
«Смерть уже взяла твой след!», - пронеслась гремящим локомотивом в моей голове страшная мысль. Так значит, смерть – не Змий?
Глава шестнадцатая. Как тебе не стыдно!
Глава шестнадцатая. Как тебе не стыдно!
Нет, это точно Змий! Хотя… А вдруг мне примерещилось? Просто показалось! Однажды мне показалось, что зарплаты хватит до конца месяца. Но через четыре дня я поняла, что это просто показалось!